Больному юмор стих


Лика Верх: другие произведения.

Журнал "Самиздат": [Регистрация]   [Найти]  [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Аннотация:

     

    _______________________________________________________________

    .

    КНИГА ЗАКОНЧЕНА, выложена не полностью, выйдет в издательстве АСТ в 2016 году. Прежнее название "Обреченная. Сквозь пространство"

    _______________________________________________________________  

    Вторая часть: "Академия темных. Преферанс со Смертью"

    Вы когда-нибудь читали истории про попаданок? Может вы их любили, любите сейчас или вам это только предстоит, - не важно. Главное, я их никогда не любила и считала откровенной глупостью в силу профессии. Теперь же мои взгляды на это приходится менять, в силу обстоятельств!

    Можете представить себе другой мир, другой менталитет, другие законы? Представили? А теперь представьте что вы сами, да-да, именно вы, попали в другой мир по ошибке, вас просто перепутали с другим человеком и отказываются в это верить? Не самая приятная ситуация, из которой нужно срочно выпутываться.

      


  

Глава 1. Полное попаданство

"Жизнь - непредсказуемая штука.

В один момент она может кинуть тебя

Лицом в грязь, в стену и в ромашки,

Не испытывая при этом муки совести"

Автор

   Фух... Все-таки тяжелое дело - переезд.    Я устало плюхнулась на кресло и рассмотрела дело рук своих.    Окна закрывают симпатичные шторы цвета мяты, которые хорошо сочетаются с желтым цветом стен. Кофейный столик рядом с диваном и двумя креслами у противоположной от окна стены. Книжный шкаф, расположившийся рядом с диваном чтобы далеко не ходить, ибо телевизоры я смотреть не люблю и держу его только ради новостей, а свободное время провожу за книгами.    Дешевая, но красивая картина, купленная на барахолке за двести рублей, красовалась над диваном. Не помню, когда я ее купила, но за долгое время она нисколько не утратила свой вид. Рама сделана из мягкого пластика под цвет золота, на самой же картине изображена маленькая девочка в белом платьице на ромашковом поле, на голове венок из ромашек, платье развивается на ветру, а рядом преданно сидит щенок. Выполнена картина, кстати сказать, масляными красками и не выглядит дешевой. Хотя и не особо важно, насколько она выглядит, главное, что она красивая.    Наконец-то, наконец-то у меня появилось свое жилье! Ну как свое... Это служебная квартира, которая предназначается каждому, закончившему Академию МВД России, который пошел работать по контракту. Я закончила Академию в этом году по специальности следователь, чему несказанно рада.    С понедельника я должна приступить к работе в местном отделении полиции, поэтому переезд старалась осуществить в максимально короткие сроки.    Скромненькая однушка в центре города, с хорошим ремонтом, теперь принадлежала мне на ближайшие пять лет. Именно такой срок указан в контракте.    Так, пожалуй, на сегодня хватит. Вещи все распаковала, уборку сделала, завтра оставшиеся вещи разберу и примусь готовиться к работе.    Из дальнейших построений планов меня вырвал звонок домашнего телефона. Странно, я еще никому не успела дать этот номер.    - Алло?    - Адептка Савелье! - раздался в трубке мужской крик. - Потрудитесь объяснить где Вас черти носят?!    - Что, простите? - Савелье? Адептка? Ничего не понимаю.    - Что? Что?! - Разорялись на крик на том конце провода. - Вы пропустили пол семестра, у Вас на носу экзамены! Я такого халатного отношения в своей жизни еще не видел!    А я еще ни одной спокойной нотки в Вашем голосе не услышала.    - Уважаемый, я не понимаю, о чем Вы говорите.    - Не понимаете?! - Крик раздался такой, что впору оглохнуть. - Немедленно! Я приказываю немедленно вернуться в Академию!    Приказывает? Вернуться в Академию? Я уже закончила обучение, экзамены сдала. Стоп! Я ведь не Савелье.    - Простите, но Вы меня с кем-то путаете! Меня зовут Василиса Соколова и свою Академию я уже закончила. - Из трубки донеслось гневное сопение.    - Какая еще Соколова?! Ты мне эти шутки прекращай, Савелье!    - Мужчина, Вы меня с кем-то путаете, еще раз повторяю.    - Не хочешь по хорошему, будет по плохому! - Рыкнули в трубке.    - Послушайте...    Но меня слушать явно никто не хотел, потому как в трубке размеренно зазвучали гудки.    Телефон положила, а сама так и осталась стоять на месте. Мне может кто-нибудь объяснить, что это сейчас было? Этому разговору должно быть логическое объяснение.    Савелье, Академия, адептка, экзамены... Это розыгрыш. Просто неудачный розыгрыш.    Был у меня однажды подобный случай, когда я только поступила в Академию МВД. Каждый день я находила в разных местах одинаковые письма. Написано там было следующее: "Соколова Василиса Сергеевна, Вы приглашены на бал по случаю юбилея лорда Венского в Венское Королевство. Сие торжественное мероприятие будет проходить 25 июля в 19.00".    Только вот глядя на эти письма я сразу все поняла. Найти эту группу юных юмористов труда не составило, не даром я перечитала добрую сотню детективов. Шутниками оказались парни со второго курса, которых большинство, откровенно говоря, избегали. Артем, Федя и Вася, три самых невменяемых человека. Как позже мне рассказали, письма были самой малой их шалостью. Некоторых, как мою сокурсницу например, пугали используя страхи человека. Нина жутко боялась грызунов, что нагло использовали шутники. Они подкидывали ей живых лабораторных мышей в сумку каждый день, чем чуть не свели ее с ума. В конце концов она попала в больницу с нервным срывом.    Я же на письма не обращала никакого внимания, сжигая их или выбрасывая.    Больше чем уверена, этот звонок - дело телефонных шутников. Правда, признаться, поразил меня этот дяденька своими неподдельными эмоциями. Смело можно Оскар за лучшую мужскую роль давать.    Ладно, шутники шутниками, а мне сейчас не помешает контрастный душ, легкий перекус и мягкая, уютная кровать.    Взяв с собой халат и полотенце, я неспешно направилась в ванную комнату. Все-таки как хорошо жить одной в своей квартире и...    Что происходит? Нет, не так вопрос ставить надо. Что произошло?    - Ну что, адептка Савелье, как Ваше самочувствие? - Вопрос прозвучал с издевкой, от сидящего за столом напротив меня мужчины. На вид лет 50, на лбу прорези от морщин, глаза же гневно смотрят на меня.    - Я... это... - Я обернулась посмотреть, куда делась моя ванная и как вообще я оказалась где-то, куда явно не собиралась. Покрепче сжав халат и полотенце, я решила прояснить ситуацию. - Мужчина, где моя ванна и что это вообще за место?    Место было кабинетом, судя по обстановке. Массивный стол из красного дерева, за которым восседал незнакомец, шкафы, из такого же дерева, забитые книгами, диван из черной кожи (или не кожи, со стороны не очень понятно), два кресла в тон дивану, между ними небольшой столик на кованых железных ножках. Кабинет ярко освещается люстрой, а цвет стен поглощает свет (темно-серые, очень мрачно).    - Адептка Савелье! - Мужчина грозно сверкнул глазами. - Вы совсем страх потеряли?!    Как раз наоборот, именно сейчас я его обретаю.    - Вы должны были явиться в Академию к началу учебного года! Где Вас носило?! - Злобный рык сотряс стены кабинета, я же недоумевающим взглядом смотрела на столь громко кричащего.    - Как это где носило, я дома была. - Севшим голосом просипела я чувствуя, как у меня подкашиваются ноги.    -Дома? Дома?! - Мужчина подскочил с кресла, опираясь руками на стол. - Мы обыскали все Королевство, Вас нигде не было! А теперь потрудитесь объяснить, какого демона мы должны напрягать межмировых стражей, чтобы найти одну эгоистичную адептку, которая так нагло наплевала на свою учебу и на Академию в частности?!    Ужаса всей этой ситуации придавало то, что я вообще перестала что-либо понимать. Во-первых, когда на тебя озлобленно смотрят и орут пуще грома мозги сами отказываются работать, а во-вторых я начала сомневаться в своем психическом здоровье, ибо то, что сейчас происходит, выходит за рамки разумного.    - Какие миры, какие стражи, о чем Вы говорите? - Так же сипло проговорила я и еле удержалась, чтобы не шлепнуться на пол.    -Савелье! - Этот рык, как мне показалось, сотряс не только кабинет, но и все здание. Я не смогла больше стоять на ногах и приземлилась на свою пятую точку прямо на пол.    - Объясните мне, что здесь происходит? - Голос по-прежнему отказывался возвращаться, мужчина поморщился от моего сипа.    -Объяснить что происходит? Я объясню, объясню. - Голос стал более спокойным, лицо же наоборот стало бордовым от злости. - Вы, адептка Савелье, не явились на учебу в начале года, на поисковых маячках не значились, на послания не отвечали. Мы подняли лучших адептов на Ваши поиски, но ничего не обнаружили. В конечном итоге нам пришлось делать запрос верховным магам на получение разрешения межмировым стражам на Ваши поиски. Три месяца. Три месяца были потрачены на Ваши поиски, Савелье! - Под конец снова перешел на крик, я же выхватила из всего сказанного лишь два слова. Верховные маги.    Что он несет? Что за шутки? Какие маги? Какие стражи? Какие адепты? Однако ни один из этих вопросов не задала, результат все равно будет один - крик.    -Через два месяца перед главой Королевства состоятся показательные турниры всех Академий, в том числе и нашей. Вы не могли об этом не знать, Савелье! - Удар кулаком по столу заставил вздрогнуть. - Вы каждый год участвуете в этих турнирах, Вы обязаны были явиться к началу года, демон Вас задери!    Паника, чистая, самая что ни на есть настоящая, паника.    Спокойно, Василиса, спокойно. Королевство, турнир, каждый год... Я нигде не участвовала, про Королевство не знаю и Савелье я тоже не знаю! Кажется, я влипла. По полной влипла. По самые помидоры попала...    -В этом году турнир будет проходить исключительно по боевым искусствам и этого Вы тоже не могли не знать! - Еще один удар по столу заставил вздрогнуть. - У Вас два месяца на подготовку, адептка Савелье, и никаких поблажек в учебе на этот раз не будет! Выкручивайтесь сами!    Выкрутиться, похоже, не удастся.    -А теперь вон из моего кабинета!    -Я...    -Вон! - Прогримело теперь, вероятно, на всю округу.    Лично я была не в состоянии пошевелиться. Мои ягодичные мышцы будто приросли к полу. Серьезно, я уже начала ощущать родство с этим напольным покрытием.    Мужчина демонстративно повернувшись спиной стал смотреть в окно. Что там можно увидеть, когда на улице кромешная тьма - непонятно, зато то, что разговор продолжен не будет я поняла точно.    Поднявшись, на негнущихся ногах дошла до единственной двери, дернула за ручку и мечтая оказаться в своей ванной, в своей квартире, сделала шаг вперед.    Вопреки всем моим ожиданиям я вышла не в свою квартиру, а в незнакомый мне коридор. Пустой коридор. Ни единой души. Куда идти? Что делать? Куда я попала? Что это за место? Что за Академия? Рой вопросов кружил в голове не давая сосредоточиться.    Что нас учили делать в ситуациях, когда нет улик и не за что зацепиться? Опрашивать соседей, знакомых и прочих. В моем случае надо просто кого-нибудь найти. Допустим, встретила я кого-то, и что я скажу? "А Вы не знаете, где живет Савелье?" Глупо, мужчина, не удосужившийся представиться, во время своих изливаний душевных упоминал турнир, в котором эта самая Савелье каждый год участвовала. Следуя логике, некую Савелье здесь знает если не каждый, то каждый второй точно.    С одной стороны это облегчает задачу, с другой... Нет, ничего не облегчает. Если бы я знала хоть что-то о Савелье, а я ведь ничего не знаю. Не имею представления, куда я попала. Как "Алиса в стране чудес" или как "Хроники Нарнии". Второе, кстати, больше подходит. Только вместо шкафа у меня была дверь в ванну, и в обратную сторону она не работает.    Пока я не до конца осознала всю глубину зад... сложившейся ситуации, надо придти хоть к чему-нибудь. Иначе у меня начнется паника, истерика, и паника вместе с истерикой. А для следователя это непозволительная роскошь.    Будь это детектив, то читая, с уверенностью сказала бы что сейчас должен появиться убийца. К счастью, это не детектив.    Коридор был широким и длинным уходя в глубь, в темноту. По левой стороне протянулись двери с табличками. Подойдя ближе смогла прочитать "Некромантия".    Некромантия? Что-то знакомое... А, был у меня одно время знакомый, некромантом себя называл, я делала вид что верю.    На следующей двери надпись гласила "Классическая некромантия". Это как в литературе: классика, проза, драма, сатира. Я, похоже, в сатиру попала.    По мере моего продвижения в коридоре загорался свет. "Боевая некромантия", дальше "Судебная некромантия", "Научная некромантия", "Туалет". Последняя дверь как раз кстати.    Я ожидала унитазы в виде гробов, люстры в виде черепов, стены черные, а оказалось обычный туалет. Не прочитай я таблички на дверях, решила бы что я в родной Академии нахожусь.    Быстро сделав свои приспичевшие дела, порадовалась, что для слива используется обычная вода, а не кровь, вернулась в коридор. Дальше туалета не пройдешь - стена, пошла в обратную сторону.    Велик шанс заблудиться и остаться в этих стенах навсегда, но думать все равно надо о хорошем. Натянув улыбку на лицо подумала о том, что мой труп может пойти на благо научной некромантии неизвестной мне Академии.    За "черным" кабинетом обнаружилась лестница, как я ее сразу не заметила - вопрос. Наверх подниматься смысла нет, во всех учебных заведениях наверху тоже кабинеты. Значит идем вниз.    Ступени спиралью уходили вверх и вниз, камень холодил ноги, тапочки от этого не спасают. Со стороны должно смотреться необычно для этого места. Свободная футболка грязно-розового цвета, я все-таки дома уборку наводила, джинсовые бриджи с потертостями не от моды, а от старости, тапочки розовые, а в руках полотенце и халат.    Спустившись на первый этаж, я сама ознаменовала его первым, а вообще там лестница еще вниз идет, очутилась в большом холле. В разные стороны отходят четыре коридора. На черном каменном полу холла расчерчены знаки, символы, на темно-серых стенах прослеживаются надписи на незнакомом языке. Напротив лестницы массивные двустворчатые двери из черного... из чего-то черного.    Не могу высказать радости такой "находке", но это лучше, чем ничего. Правда в следующее мгновение я перестала так думать.    Двери открылись и в холл хлынула толпа адептов, одетых во все черное и весело о чем-то переговаривающихся. Я попятилась назад, не разворачиваясь нащупала ногой ступеньку, собралась уже было бежать наверх, услышала выкрик из толпы:    -Савелье! - И все разом уставились на меня.    Да, меня трудно не заметить. Во-первых, я была аккурат напротив дверей, только холл перейти, во-вторых, моя розовая футболка напрочь выбивается из этого интерьера.    Гомон стих. Стало страшно от такой тишины. Быть объектом всеобщего внимания в незнакомом месте и в незнакомой толпе не то, о чем я мечтала.    Изобразив подобие улыбки я застыла на месте. Толпа тоже перестала двигаться. Блуждающие взгляды заскользили по моему наряду, ноше в руках, отдаленно начали доноситься шепотки, суть которых я разобрать не смогла, да и не пыталась я их разобрать.    Никто ничего не говорил, шагов не делал, с чистой совестью решила развернуться и побежать наверх. В крайнем случае можно закрыться в туалете сославшись на диарею.    Моему плану, прошу учесть, шикарному плану, не суждено было сбыться. Я успела только на несколько ступеней подняться, как по холлу раскатилось громкое:    -Ирэне! - Чего в этом оклике было больше: радости или гнева тоже разбирать не стала, я крикам особо не внимаю, поэтому путь свой решила продолжить, только гораздо быстрей.    В холле по прежнему было тихо, очень тихо, благодаря чему я с особой четкостью расслышала стремительно приближающиеся шаги. Насущный вопрос, и не один: что делать, куда бежать, и зачем вообще бежать? Шаги становились все ближе, страх накатывал все больше, ноги бежали быстрее, разум призывал оставаться на месте.    На середине пути меня резко дернули за руку. Потеряв равновесие представила, как кубарем скатываюсь по лестнице. Меня наглым образом впечатали в холодную, каменную стену. Лучше бы я вниз покатилась.    -И почему ты от меня убегаешь? - Вкрадчивый с угрозой голос прозвучал над ухом.    Почему? Я Вас впервые вижу, мой побег логичен.    -А, Ирэне? - Одна рука говорившего скользнула на талию, вторая схватила за подбородок заставляя смотреть в черно-синие глаза.    Сердце начало судорожно биться, ладошки вспотели, в глазах отразился страх, голос пропал, и я, похоже, тоже.    -Я не понимаю, что происходит? - Такой же вкрадчивый, но уже с нотками злости голос заставил содрогнуться. Удерживающий меня это заметил. Вообще я тоже не понимаю что происходит.    -Боишься... - Выдохнули мне в губы. - Рано, рано ты начала бояться, Ирэне. Ты ушла, сказав, что на неделю, в итоге пропала на три месяца и я нигде не мог тебя найти. - Ты и сейчас не нашел, я вовсе не Ирэне. Страх понемногу начал отступать, дрожь прошла.    Черноволосый взял мою правую руку, не отпуская при этом подбородок, взглянул на миг, повернулся... Страх накатил снова, с большей силой, гораздо большей. Тот страх, испытанный в кабинете неизвестного показался сущим пустяком по сравнению с тем, что я испытала сейчас.    Синий цвет исчез из глаз черноволосого, полностью юмор слившись с цветом волос. Дикая злость отразилась в этом мраке. Я вскрикнула от боли в руке, услышала хруст своих костей, после чего руку отпустили, а меня еще сильнее вжали в стену.    -Где кольцо? - О, Боже. Какое кольцо? У Ирэне еще и жених был? Мама моя... - Я тебя спрашиваю, где кольцо?    И что мне ответить? Потеряла, украли, выкинула? Не поверит ведь. Молчать тоже глупо, меня либо в стену вдавят, либо размажут по оной.    -Я... - Красноречивый ответ, ничего не скажешь.    -Я - что? - С рычащими нотками вопросил черноволосый.    -Я... сняла, чтобы не потерять. - Промямлила я. А что мне было сказать? Он мне тоже не поверит, что я не Ирэне Савелье, а Василиса Соколова.    -Сняла? - Быстро кивнула. - Чтобы не потерять? - Еще раз кивнула. - Ты что меня за идиота держишь?! - Гневный рык отскочил от стен и понесся по всем пролетам. Я отрицательно покачала головой.    -Это кольцо могу снять только я и ты знаешь это! - О, ужас. Ничего я не знаю! Ничего! - Еще раз спрашиваю, где кольцо?    Думай, Лиса, думай. А что тут думать? Ответить ему все равно нечего! Благоразумно будет отложить разговор, когда я хоть немного буду владеть информацией, а пока придется использовать мамин метод.    Свободной рукой я аккуратно убрала руку черноволосого с подбородка, медленно потянулась к нему. Он не шевелился, лишь наблюдал за мной, я тоже наблюдала за ним, до момента, когда мои губы коснулись его и...    И меня накрыло волной. Черноволосый тут же взял инициативу в свои руки, вернее губы и начал властно и жестко целовать, выплескивая всю злость, ярость, желание, тоску. Я не сопротивлялась. Полностью завладев моим ртом по-хозяйски исследуя каждый уголок рта, пока я не начала задыхаться. Сразу сбавил напор и наполнил поцелуй нежностью и лаской.    -Ирэне, - шепот в губы, - я больше никогда никуда не отпущу тебя одну.    Взглянув в его глаза осознала - он не шутит. Главное, мамин способ сработал, теперь можно и уйти от разговора.    -Я... мне надо идти. - Только вот куда - большой вопрос.    Черноволосый хитро улыбнулся, подхватил меня на руки и понес вниз. Это не входило в мои планы. Пусть планов и не было, но все равно перебор.    -Я сама могу идти. - Скорее жалко, чем возмущенно получилось, мою реплику проигнорировали.    Радует, разговор он сам не затевает, я тоже лучше помолчу. В холе, вопреки моим ожиданиям, стояла все та же толпа адептов и теперь на нас взирали с любопытством - юноши, с завистью - девушки. Похоже, этот носитель пользуется здесь популярностью. Неудивительно. Черные волосы до плеч, лицо по аристократичному вытянуто, нос с еле заметной горбинкой, губы... Да, эти губы прекрасно целуются, а бы даже сказала шикарно. Глаза, вернувшие темно-синий цвет, заметив мой изучающий взгляд, смотрели на меня.    Пока я его разглядывала, мы подошли к одной из дверей, в каком коридоре не обратила внимания, и меня уже заносили внутрь.    -Добро пожаловать домой. - Нежно прошептали мне на ушко опуская на пол.    Кажется, я по крупному влипла.    Комната больше походила на квартиру. Из открытой слева двери виднелась невероятных размеров двуспальная кровать. Справа от входа дверь была закрыта, нетрудно догадаться что там ванна с туалетом. И гостиная, на пороге которой я сейчас стояла, не в силах сделать и шага.    -Ирэне, ты как будто впервые здесь, - почему как? - Проходи, нас ждет серьезный разговор.    Голос хозяина комнаты стал жестким. Нет, только не это. Нельзя нам никаких серьезных разговоров проводить, по крайней мере сейчас.    Лиса думай, думай. Что может отвлечь от разговора? Упасть в обморок, притвориться сильно уставшей, еще можно...    -Ирэне, - я до сих пор стояла на пороге, а черноволосый тем временем переоделся и предстал перед моими очами в длинных черных шортах. Без верха.    Я, усиленно изображая статую, молча смотрела на обеспокоенное лицо этого мужчины. Не только на лицо. Торс у него оказался притягательным. В голове всплыл наш поцелуй на лестнице, щеки заалели, сердце бешено забилось, естественно без внимания это не оставили. Грациозной хищной походкой он двинулся ко мне.    Надо что-то придумать. Срочно, срочно, срочно, Василиса!    -Ээ... Я в душ. - Сорвавшись с места натянуто улыбнулась захлопывая на ходу дверь.    О, черт. Фраза "Я в душ" автоматически дает понять, что я совсем не против и очень даже "за". А я ведь не "за"! Хотя душ мне и правда не помешает, благо халат и полотенце с собой.    Холодная вода немного освежила мысли.    Я попала в другой мир, параллельную вселенную или как это называется. Попала по ошибке. Та, с кем меня спутали, была помолвлена с этим красавцем, училась в этой проклятой Академии чего-то на кого-то и должна участвовать в каком-то турнире, по каким-то боям... Мне конец. И он не будет светлым, учитывая атмосферу данного заведения.    Зеркало над раковиной позволило узреть себя до пояса. Темно-русые волосы, собранные в хвост на затылке, ярко голубые глаза, чуть вытянутое лицо... Мне всего 23 года, я не хочу так рано умирать.    Соберись, Лиса, даром что ли почти шесть лет выдержки училась? Не закрывай крышку гроба раньше времени ибо там может оказаться кто-то другой.    В любом случае сейчас у меня выбор невелик. План "остаться в ванной и сидеть до победного" заведомо обречен на провал, смирившись, одернула халат, длиной до середины бедра, улыбнулась и с этой легкой улыбкой вышла из временного убежища.    Черноволосый сидел на диване с книгой в руках. Комната окутывала теплом, веяло уютом, не смотря на мрачность обстановки.    Стены темно-серого цвета, черные шторы на окнах плотно задернуты, слева от окна диван, справа шкаф с книгами, рядом с диваном небольшой столик.    Никаких картин, никаких приятных мелочей, но при этом уют. Странно.    -Ирэне, - черноволосый заметил меня в дверях ванной комнаты, - тебе идет этот цвет. - Да, изумрудный мне к лицу.    С игривой усмешкой подошел ко мне, приобнял за талию и повел к дивану.    Упала на диван тряпичной куклой, прикрыла глаза, изобразила усталость... Не помогло.    -Итак, перейдем к разговору, - игривость из голоса пропала. Открыла один глаз, наткнулась на пристальный взгляд темно-синих глаз, пришлось открывать второй. - Где кольцо?    Ну вот, опять. Вероятно там же, где и твоя невеста. А я понятия не имею где она, хотя с радостью бы вернула ее в эту Академию.    -Там... ээ... ну... - "Жених" сел рядом.    -Девочка моя, вразумительный ответ мне дай. - Так нет его, ответа этого.    -Так там... А оно вот... И в общем так... - К черту все, мамин способ уже проверен.    Притянула его к себе впиваясь в губы поцелуем, застыл, не ожидая такого напора, всего на мгновение, а после повторил то же, что было на лестнице. Только теперь его захлестнула страсть. Мамочка моя, что же мне с ним теперь делать...    По телу разливался жар, словно я погрузилась в ванну с кипятком, здравые мысли начали вынужденно покидать мою голову, хотя их там и не было...    Его рука скользнула по ноге вверх постепенно поднимая халат, послышалось сдавленное рычание и его глаза... Они почернели, неизвестный бешеный огонек плясал во тьме...    В один миг его рука замерла на моем правом бедре, недобро прищурился, откинул халат и прорычал:    -Где шрам? - Какой шрам? У меня шрамов отродясь не было.    Страх понемногу наполнял душу, мысли начали возвращаться, черноволосый подскочил и уставился на меня совсем недобрым взглядом. Я закрыла глаза и на одном дыхании призналась:    -Я не Ирэне Савелье. Я здесь оказалась случайно, по ошибке, меня спутали. - Не открывая глаз, продолжила, - Когда я сказала, что я не Ирэне мне никто не поверил, а я вообще не из этого мира.    Не знаю, что в это время делал черноволосый, но глаза открывать я побоялась. Во-первых стыдно, во-вторых страшно.    Ощутила, как в ногах прогнулся диван и решилась смотреть прямо страху в глаза.    Черноволосый держался за голову руками, на лице было написано отчаяние. Мне даже жалко его стало, все-таки он невесту найти не может, а тут еще и эта ситуация интимная...    Я запахнула халат, села рядом, ободряюще дотронулась до его плеча...    -Не трогай меня. - Грозный рык пробудил инстинкт самосохранения, я отползла от него на край дивана.    -Извини, не знаю как тебя зовут и... Я вообще не знаю ничего касаемо этого места... Если ты можешь, верни меня в мой мир, пожалуйста... - Слезы скатились по щекам. - Пожалуйста... - Прошептала я и зарыдала.    Да, я впервые осознала всю мерзость ситуации. Я ведь чуть не переспала с чужим мужчиной! Если бы не шрам, вернее отсутствие оного, это бы случилось! Как это низко с моей стороны. Надо было ему сразу все рассказать, может он бы нормально выслушал, помог чем-нибудь, а сейчас...    -Витор. - Холодный, отстраненный голос привел в чувство.    -Что?    - Мое имя Витор, Витор Гарье. - Ледяной взгляд скользнул по мне, ощущение будто ледяной водой окатили.    -Василиса Соколова, житель планеты Земля. - Теперь уже бывший житель.    Гарье проследил взглядом за моей попыткой потуже запахнуть халат, ушел в спальню, вернулся с черным платьем в руках. Молча протянул его мне, указал на дверь, а сам снова скрылся в спальне.    Надо же, какая щедрость. Хотя, лучше не иронизировать. Розовая футболка и голубые бриджи не та одежда, в которой стоило бы здесь появляться.    Переодевшись в ванной я выглянула в гостиную, в комнате никого не было.    -Витор? - Тихо позвала я. - Витор?    Гарье лежал в спальне на постели, заложив руки за голову с непроницаемым выражением лица смотрел в потолок.    -Витор, извини еще раз, но, ты бы не мог ввести меня в суть дела? - Он недовольно на меня глянул и даже не пошевелился. - Я понимаю, это все странно, но тот мужчина, который меня сюда затащил, отказался верить что я не Савелье.    Витор не шевелился.    -Я сама не хочу здесь оставаться, но меня никто не вернет на Землю. - Это я отчетливо поняла. - Может я смогу помочь тебе найти твою невесту... Не знаю как, но я над этим подумаю.    Черноволосый резко сел и не глядя на меня начал рассказывать:    -Ирэне Савелье, родилась в Клинском Королевстве, поступила в Академию НЦБМ, трижды участвовала в показательных турнирах, занимала вторые и третье места. Учится по направлению боевая магия.    Вряд ли он все это рассказал из-за моего предложения помощи, помощник из меня тот еще.    -А НЦБМ это что? - На меня бросили полный презрения взгляд.    -Академия Некромантии Целительства и Боевой Магии. - Вот, уже кое-что.    -А кто занимал первые места на Турнирах? - Чистое любопытство. Главное мне за первое бороться не придется.    -Я. - Холодно бросил Витор. - Еще вопросы?    -Да. Где жила Ирэне? - В этом взгляде читалось "ты полная дура".    -Здесь. До того, как переехала ко мне жила в 312 комнате.    Значит, туда и направлюсь.    Поблагодарила Витора за платье, пообещала вернуть при первой возможности, получила еще один прожигающий до костей взгляд и удалилась из комнаты.    Его можно понять. Вроде бы нашел невесту, обрадовался, а оказалось что Ирэне не Ирэне.    Идя по коридору, не сразу обратила внимание что платье черное, а вот тапочки - розовые. Это открытие заметно прибавило мне скорости. Поздно сообразила что не посмотрела номер комнаты Витора. Ну так, на всякий случай.    Вышла я из правого крайнего от большой двустворчатой двери коридора. В холле уже никого не было. Ладно, пойду в коридор напротив, все равно ничего не теряю, а стоять и ждать когда еще кто-нибудь придет не целесообразно.    Важно во всей сложившейся ситуации не терять себя. Ты же никогда не была забитой, бесхарактерной девочкой, Василиса. Соберись, будь в себе уверена и может удастся выбраться отсюда живой.    Не знаю, какой характер у Ирэне, но лично у меня характер ежа. Колючий, сложный и тяжелый (и рога, как у барана). Фраза "еж - птица гордая" именно про меня. Надеюсь, мне не придется притворяться мягкотелой.    Помню еще в детстве, когда я играла в детектива, заставляла подружек притворяться трупами и убийцами, а сама изображала Шерлока Холмса с метр ростом и в юбке, меня никто не мог убедить, что Холмс - вымышленный персонаж. Я изводила родителей своим желанием познакомиться с Холмсом и Ватсоном. Они чуть с ума не сошла.    Дед, узнав о столь нервном состоянии родителей, взял меня с собой на работу. Генерал милиции, уважаемый человек, явился с внучкой в следственный комитет. Я тогда была уверена, что все следователи - Шерлоки Холмсы и доктора Ватсоны, и начала убеждать родителей в клонировании оных.    Годы шли, я поняла что Холмса и Ватсона никто не клонировал, поверила в то что их не существует и смирилась с плодом моего детского воображения. Однако горе родителей на этом не закончилось, ибо их дочь Василиса (они хотели Василису Премудрую), пошла учиться в Академию МВД! Мама подсела на валериану, папа на деда. Дед единственный был рад моему решению и всячески помогал при поступлении и во время учебы.    Что-то я отвлеклась. В этом коридоре помимо номеров значились еще и фамилии, судя по всему это комнаты преподавателей. 420, 421... Значит, мне в соседний коридор. Кстати, очень удобно. У нас в Академии первая цифра обозначала корпус, вторая этаж, а тут коридор.    А вот и 312 комната. Интересно, я, то есть Ирэне, жила одна? Если одна, то где взять ключ? А если нет...    Я осторожно толкнула дверь и, о чудо, она поддалась. Значит, не одна.    Свет горит, относительный порядок, тепло, - жить можно.    -Рэне? - Удивленный женский голос. - Рэне!    Девушка с черными волосами (уже не удивлена), бросилась мне на шею, сдавила в объятиях так, что я чуть легкие не выплюнула.    -Рэне, черти адовы, как я рада тебя видеть!    -Эм... - Добровольно меня отпускать не собирались. Я обняла девушку в ответ и отстранилась.    На моем лице вероятно отразилось недоумение, девушка прищурилась, вгляделась в мое лицо и проникновенно так:    -Рэне, а что происходит? - Этот вопрос меня весь вечер преследует. И ведь надо отвечать.    -Извини, я просто устала.    Глаза соседки превратились в тоненькие щелочки, бегло оглядели с ног до головы, задержались на розовых тапочках и подозрительно спросила:    -Это что? - Я лишь натянула улыбку и стала соображать.    Так, как меня дед учил? "Блефуй, ври, лги без зазрения совести, если это требуется для получения информации или для сохранения жизни. И помни, информация - самое грозное оружие из всех имеющихся". Значит, буду врать и лгать, жить то охота.    -Я в такую историю попала... - Самым печальным голосом известила я, на ходу сочиняя эту самую историю. - Я частично потеряла память.    А что? Очень даже неплохая легенда.    Глаза девушки округлились, она испугано прикрыла рот и еле слышно:    -Не может быть... - Надеюсь, что все-таки может. - Ты... а... как ты теперь будешь?    Меня этот вопрос тоже очень сильно волнует.    --Как-нибудь справлюсь. - Я ободряюще похлопала "подругу" по плечу, села на стул рядом со столом и тут мой желудок высказал все, что думает о нерадивой хозяйке.    Девушка глянула на мое голодное лицо, бросила "я сейчас" и выбежала за дверь.    Комната просторная, одна, без ванны и туалета. Типичная общага. По разным сторонам довольно широкие для односпальных, недостаточно большие для двуспальных, кровати. Стол, за которым я сижу и письменный и обеденный, шкафа два, один с книгами, другой с одеждой, два стула, черный ковер. Мрачно, даже очень. Учитывая что стены темно-серые.    --Вот, - девушка зашла с подносом в руках, ногой закрывая дверь. - Все, как ты любишь. Тушеное мясо, макароны и пара бутербродов.    Передо мной поставили тарелки, всучили вилку, только вот...    --Ты уверена, что я любила именно это? - Соседка кивнула.    Да... Голодать тебе, Лиса, либо менять свои вкусы.    Никогда не любила мясо. Сколько помню себя, всегда ела овощи. Про разные мясные деликатесы типа колбасы, сосисок и прочего говорить даже не стоит. От мучного по большей степени тоже всегда отказывалась. В Академии приходилось всегда держать себя в форме, привычка сохранилась.    Еще раз взглянула на девушку, та непонимающе смотрела на меня. Ненавижу этот мир. Больше от досады. Надо же было так глупо попасть.    Отказываться от еды крайне неразумно, в случае отказа человека обидеть можно, она старалась, несла.    Что ж, Лиса, ешь уже, теперь ничего не поделаешь.    Со стороны не представляю как это выглядело, но ела я зажмурившись, представляя баклажаны, жареные с помидорами и луком.    --Рэне, а где твое кольцо? - Обеспокоенный голос вынудил открыть глаза. Карие глаза пристально за мной следили.    --А... ээ... мы с Витором расстались. - Глаза девушки расширились до размеров теннисного мячика. Я уже представила как они выпадают и скачут в направлении двери, а соседка бежит их собирать.    --Вы? - Кивнула. - Расстались? - Еще один кивок. - С Витором? - Снова кивок.    --Вот Тьма... - Да, к новым выражениям предстоит привыкать.    --Что тебя так удивляет? Мы взрослые люди, надумали, передумали, в этом нет ничего такого.    Девушка снова подозрительно прищурила глаза.    --У тебя травма головы, да? Включи мозг, подруга.    Как раз сегодня мне не довелось его выключать.    --Либо ты свихнулась окончательно, либо считаешь себя бессмертной. Одно из двух.    Первый раз я внимательно вгляделась в лицо "подруги". Острый подбородок, прямые черные волосы до плеч, слегка пухловатые губы, карие глаза, надменное выражение...    --Нет, ты всегда была немного двинутая, но чтоб настолько... -- Из голоса девушки пропало все удивление, остался отрезвляюще-холодный тон.    --Я не могу понять твоей реакции.    --Память, да? - Я кивнула. - Эх, ладно. Влипла ты, -- это я и так знаю, -- Витор не тот человек, с которым можно просто расстаться. Эгоист, собственник, напрочь лишен инстинкта самосохранения, в прочем, как и ты, жесткий, непоколебимый, властный. Одним словом - некромант.    Хвала Богам, что этот орел не по моему курсу летел. Пусть ищет свою невесту, а я тем временем выберусь отсюда, вернусь домой... О, черт! Завтра там, на Земле, у меня первый рабочий день. Я здесь, соответственно там прогул, потом увольнение, квартиру заберут... Страх, паника, истерика. Лиса, успокойся. Ты может вообще отсюда не выберешься. Зачем, в таком случае тебе работа и квартира?    И то верно. Буду жить сегодня и сейчас. Вернее, пытаться жить.    Девушка не отводила от меня пристального взгляда, следя за всеми моими эмоциями. Страх не остался не замеченным и был воспринят по-своему:    --Не стоит так переживать. У тебя ведь есть варианты.    --И какие?    --Ну тебя украдут, запрут в склепе и будут держать, пока не дашь своего согласия на брак.    Не радужная перспектива.    --Или убьют. - Одно краше другого. - Или...    --Или?    --Или ты пойдешь и помиришься с ним сама, добровольно.    К нему добровольно точно не пойду. Во-первых, он меня послал. Нет, это во-вторых. Во-первых, он знает что я не Ирэне, а Ирэне - не я, а во-вторых он меня послал, но благородно одолжил платье. Короче, я к нему не пойду.    --По-моему ты преувеличиваешь. Мы обоюдно пришли к выводу, что не пара друг другу, и...    --И ты дура. - Девушка облокотилась руками о стол. - Ты действительно думаешь, что тебе удастся от него так просто отвязаться? Умножай на два все его обещания и дели на пять его согласия, тогда получишь точный результат.    Это бред. О, вспомнилась песенка: "полночный бред терзает сердце мне опять, О, Эсмеральда, я посмел тебя желать..." Уже начала напевать мотив, осеклась, заметив шокированный взгляд нежелательного свидетеля.    --Ты точно башкой стукнулась.    "Святая Дева, ты не в силах мне помочь..."    --Ты только представь, что будет завтра на занятиях.    "Любви запретной не дано мне превозмочь..."    --Он же тебя одним только взглядом насквозь прожжет.    "Стой, не покидай меня безумная мечта, В раба мужчину превращает красота..."    --А если к тебе еще и Нелин подойдет... Жалко парня.    "И после смерти мне не обрести покой, Я душу дьяволу продам за ночь с тобой."    --Рэне, ты меня вообще слышишь?    Я начала раскачиваться в мысленный такт музыки.    "И днем и ночью лишь она передо мной, И не Мадонне я молюсь, а ей одной. Стой..."    --Рэне! - Меня потрясли за плечо.    --Что? - Я невинно похлопала глазками, черноволосая тяжко вздохнула, махнула на меня рукой, села на кровать продолжая читать книгу.    Неудобно вышло, просто очень я люблю эту песню. Я вообще музыку люблю.    Пересев на свободную кровать посмотрела на соседку.    --Извини. - Она глянула на меня поверх книги. - Можешь повторить, что ты говорила?    Демонстративно захлопнув книгу, сложила руки на груди и язвительно так:    --Опять будешь песенки напевать? - Я что вслух пела? Щеки от стыда покраснели, девушка миролюбиво улыбнулась. - Я пыталась до тебя донести примерную картину завтрашнего дня. Витор будет везде следить за тобой, взглядом прожигать. А если еще и Нелин к тебе подойдет, а он подойдет, то... В общем, парня жалко.    --А Нелин это кто? - Вылетело быстрее, чем я успела сообразить.    --Не помнишь? - Недоверчиво переспросила соседка.    Отрицательно покачала головой.    --Нелин твой лучший друг, Рэне. И он, между прочим, всегда был против ваших отношений с Витором, потому что сам по уши в тебя влюблен.    Еще один, на мою голову. На счет Витора я уверена - он не станет ко мне подходить.    --А мы с тобой вместе учимся?    --О, мать, ну ты даешь. Я на факультете некромантии, дорогая. А ты боевой маг, если забыла.    Как раз это я уже знаю.    --А Нелин?    --Нелин на четвертом курсе боевой магии.    --А Витор? - Девушка вновь прищурилась, на миг показалось что вот сейчас она обо всем догадается. Но мне лишь показалось.    --Витор на пятом, некромант, так же как и Дин. - Вопросительно изогнула бровь. - Дин - брат Витора, по совместительству твой друг, и мой тоже.    Много у меня однако друзей.    --А сколько всего учиться?    --Шесть лет. - Все с тем же прищуром ответила соседка.    Шесть лет... Хорошо хоть не на первый курс попала. Это ужасно! Я ничего не знаю! Как я появлюсь на занятиях не имея представления о боевой магии. Я даже о магии никакого представления не имею, что я буду делать? И почему нельзя было меня просто вернуть домой? От меня здесь все равно никакого толку.    --Так, все, хватит сидеть, пора спать. Нам рано вставать.    Девушка убрала книгу, переоделась в черную пижаму, выключила свет, а я продолжала сидеть.    --Здесь есть мои вещи или они все у Витора?    --Ты переехала к нему за месяц до исчезновения, конечно все твои вещи у него. - Договорив отвернулась к стенке.    И что теперь идти к Витору и выпрашивать одежду?    --Мне неудобно тебя просить, но, ты не могла бы дать мне пижаму? - "Подруга" повернулась ко мне лицом.    --А не хочешь ли ты сходить за своими вещами к бывшему женишку? - Нет, не хочу. Он моим женихом не был и вещи у него не мои. Не дождавшись моей реакции девушка встала.    --Ладно, - она покопалась в шкафу. - Держи. Завтра сходишь за своими вещами.    --Я...    --Не обсуждается. - Легла, отвернулась к стенке и довольна. Команды раздала и спать.    Переодевшись легла на кровать и начала думать. Согласна, время не совсем подходящее. Мне надо каким-то чудным образом найти настоящую Савелье, показать этому мужику на его ошибку и вернуться домой. Вопрос: где искать Савелье? Ответ: черт бы ее знал. Если ее тут со всеми "собаками" искали и не нашли, то что могу сделать я? Правильно, ничего.    Пообещав себе поразмыслить над поисками без вести пропавший завтра, провалилась в сон.    Снилось мне что-то до ужаса странное.    Сижу я на пеньке, вокруг густой лес, передо мной полянка усыпанная цветами. Солнце ярко освещает полянку, тепло согревая. В лесу - темно, где-то вдалеке что-то завыло, потом другой подхватил, в следующее мгновение к вою присоединился кто-то третий, четвертый, пятый, вой сотряс деревья. Птицы бросали свои гнезда и быстро улетали, а я сидела на месте не двигаясь.    Я точно понимала - надо уходить, только куда? В лесу не было ни одной тропинки, да и неизвестно кто там воет. Встала посреди полянки, оглянулась и мне почудилось, что я не одна и здесь есть кто-то еще.    --Кто здесь? - Уверенно спросила я пустоту. - Покажитесь! - Никто не появлялся.    --Я здесь. - Мелодичный женский голос разнесся над полянкой.    --Где Вы, я Вас не вижу. - Обернувшись вокруг себя несколько раз никого не увидела.    --Я теперь всегда здесь. - Страх начал укутывать с ног до головы.    --Покажитесь, я не понимаю где Вы! - Отчаянно прокричала я кружась вокруг себя.    Закружилась голова, но я не остановилась, надеясь увидеть хоть кого-нибудь, ноги начали заплетаться, не удержавшись, упала на колени.    Попыталась встать. Внезапно на плечо легла чья-то холодная рука, сердце замерло, крик застыл на грани зарождения, медленно повернулась и...    Проснулась. В холодном поту, липкая, с дрожащими руками и с чувством дикого страха.    --Рэне, с тобой все в порядке? Ты кричала... - Еще не проснувшись до конца спросила "подруга".    --Да, я... в порядке. - Мне в ответ промычали что-то невразумительное, я же попыталась придти в себя.    Мне никогда раньше не снились кошмары. Поздравляю тебя с премьерой, Лиса. Горько усмехнувшись с самой себя поднялась с кровати. Свет с трудом просачивался сквозь плотные черные шторы, намекая на утро.    Выглянув в окно я обомлела. Солнце играло светом на капельках росы, цветочки радостно подставляли себя лучам, здесь даже бабочки кружили над лужайкой. Чуть подальше блестела вода небольшого озера, еще дальше начинался лес. Не думала, что здесь так красиво.    --Рано ты встала. - Соседка бодро подскочила, потянулась, достала из шкафа халат и полотенце, и повернулась ко мне. - В душ пошли, а то одна заблудишься. - И вышла за дверь.    Немедля схватила свои вещи, сунула ноги в тапки и помчалась следом.

Глава 2. Остаться в живых

"То, что не убивает, делает нас сильнее"

Фридрих Ницше

   На пути в душ нам никто не встретился. Малена (я таки узнала имя соседки) пояснила, что сейчас у первых групп проходят учения, а вторые еще спят.    Учения проходят по две группы. Всех адептов из трех факультетов разделили на две группы, курсы идут парами. Получается первый-второй курс две группы, третий-четвертый курс две и пятый-шестой.    Возвращаясь из душа нам повезло куда меньше.    --Савелье. - Слащаво протянул незнакомец, подходя в плотную. Малена зашипела на него как змея, он отреагировал на это воздушным поцелуем и вновь обратил все свое внимание на меня.    --С каких пор ты предпочитаешь розовый цвет черному? - Так же слащаво задал вопрос.    --С тех пор как была рада не видеть твою мерзкую рожу три месяца. - Прошипела соседка. Парень хмыкнул.    --Ирэне, неужели ты по мне не соскучилась?    Даже в мыслях не было.    --Я вижу, колечко исчезло с твоего прекрасного пальчика... - Теперь Малена зарычала.    --Слушай, Гарн, валил бы ты куда шел, пока я тебе руки к одному мету не прирастила.    Черные волосы собраны в хвост, жесткие угловатые скулы, рубиновые глаза... Ничего себе, никогда не видела такого прежде.    --Малена, я не с тобой разговариваю, так что ротик прикрой и дай взрослым людям поговорить.    --Вообще-то мы спешим. - Это уже я свое слово сказала.    --Я провожу, мне не сложно. - Приставучий тип, однако.    --Давай как-нибудь в другой раз. - Я фальшиво улыбнулась, взяла Малену за руку и, обойдя Гарна, пошла в комнату.    Едва дверь за нами закрылась, спросила:    --А что это за пиявка к нам сейчас цеплялась?    Малена свыклась с моими постоянными вопросами, перестала щуриться и недовольно коситься. Может, она что-то подозревает, но виду не показывает.    --Гарн, редкостная сволочь. До того как вы с Витором начали "встречаться" -- почему-то выделила последнее слово, - он за тобой везде следил. Проходу не давал. Пытался даже украсть тебя, но Витор его быстро на место поставил. Гарн его остерегается. - Малена вытерла волосы, провела по ним рукой и вот они уже сухие и аккуратно уложены. К такому надо привыкать. - Пока вы были помолвлены у тебя была прекрасная защита. Теперь готовься, Гарн не единственный, кто грезил о тебе долгие годы.    Этого мне только не хватало для полного счастья. Поклонники-маньяки это то, о чем я всю жизнь мечтала.    Молча села на кровать, Малена увидев мое лицо добавила:    --До того как ты исчезла все знали - Савелье может дать отпор. Сейчас ты появилась так же внезапно, как исчезла и никто понятия не имеет что с тобой происходило. - Грустно улыбнулась. - Многое изменилось, Рэне, и ты тоже.    Неправда, я всегда такой была, просто я не Ирэне, в этом вся разница.    --Ты чего сидишь? - А что еще делать? - Нам через десять минут на учения идти.    Как? Уже? Нет, я не готова. Ни морально, ни физически. И вообще я не хочу.    --Можно я не пойду? - Малена фыркнула.    --Рэне, не говори ерунды. Ты либо сама придешь, либо тебя приведут. В первом случае ты ничего не теряешь, а во втором как минимум неделю работ на благо любимой Академии.    Выбор невелик. И вовсе не любимая Академия, а даже наоборот. Сбежала бы отсюда при первой возможности.    --Подруга, вставай. Хватит сидеть. - Малена сняла с моей головы полотенце, проделала с моими волосами тоже, что и со своими, и наглым образом начала меня толкать к двери. - Забыла, я тебе вчера говорила сходить за вещами к Витору?    --Малена, я...    --Ничего не хочу слышать, иди, а то опоздаем.    С этими словами меня вытолкали за дверь.    --Малена, подожди, я не могу. - Крикнула я через дверь, ответом мне было:    --У тебя нет выбора. Либо ты забираешь свои вещи у бывшего жениха, либо на учения идешь в халате.    --Так нечестно!    --Дорогая, ты в обществе некромантов, здесь слов о честности быть не может.    Действительно. Тоже мне, подруга, в наглую выставить за дверь!    --Ты хоть напомни номер комнаты.    --115. У тебя три минуты!    Вот так всегда. Что за несправедливость.    Бегом преодолев расстояние до комнаты 115, благо в моей Академии нас гоняли нещадно, перевела дух, постучалась... И ничего. Никто не открывает.    Постучала еще раз. Почему, спрашивается, ты не мог уйти в другое время? Я уже собиралась постучать последний раз, как из комнаты донеслись женские стоны.    Кобель! Потерял невесту, а сам там с какой-то девчонкой кувыркается!    Теперь я буквально тарабанила по двери. Плевать, что не один, плевать, что я не имею права его осуждать, плевать, что я для всех его бывшая невеста, хочется ему в лицо плюнуть.    Раза с седьмого дверь открыли. На пороге стоял злой, взлохмаченный, полуголый Витор. Лицо его вытянулось от удивления, он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я его опередила:    --Развлекаешься? - Ехидство сквозило в моем тоне. Из спальни выглянула девичья голова.    --Витор, кто там? - Недовольным голоском пропело это "ангельское" создание.    --Иди в комнату. - Не поворачивая головы приказал кобель. Девушка возмущенно пискнула. - Я сказал иди в комнату. - Рыкнул он даже не удостоив ее взглядом.    Зато я гордо выдержала его разгневанный взгляд. Пусть я не Ирэне, но я не дам ему спокойно наращивать ей рога.    --Что тебе надо? - Как грубо.    --Для начала - мои вещи. - Да, я так и сказала, настолько громко, чтобы его "ангелок" непременно это услышала. - И знаешь, ты - падший мужчина, опустившийся до измены.    Что-то меня понесло, а стоило бы сдержаться. Дверь, которую некромант держал правой рукой, треснула.    --Что ты сказала? - До дрожи спокойный голос.    --Вещи. - Холодно напомнила я, наблюдая, как чернеют его глаза.    Правда, я бы не осмелилась на такое, но у меня всегда был пунктик по поводу измен и неверных мужчин. В такие моменты во мне просыпается кто-то абсолютно бесстрашный.    --Уходи. - Еле слышно рыкнули мне. Стало жутко.    --Отдай мне мои вещи. - Еще громче сказала я, чтобы точно не отвертелся. Малена ведь без вещей не пустит, обратно отправит.    Лицо кобеля исказила ярость, перед моим носом хлопнула дверь, во всю длину которой красовался разлом.    Не хотела бы я быть на месте Ирэне. Что я несу? Я ведь и так на ее месте. А не хочется...    Дверь открылась, в меня кинули большой черной сумкой и дверь снова захлопнули. Только теперь на ней сияли два разлома.    Псих. Хорошо хоть вещи отдал.    --Ну что? - Малена стояла полностью готовая к учениям. Проследив за моим гневным броском сумки, прокомментировала:    --Вижу, удачно.    Не то слово.    Не знаю почему, но злость меня не покидала. Такого со мной еще не было. Эта Академия плохо на меня влияет.    Среди вещей нашла форму, искренне обрадовал тот факт, что у нас одинаковый размер с Ирэне, переоделась и последовала за Маленой.    --Ты сама не своя. - Мы вышли в холл и теперь направлялись к выходу.    --Ты не поверишь.    Глазам своим не поверила, когда мы вышли на улицу. Никаких цветочков, бабочек, озера, леса - ничего, даже газона нет, одни проплешины.    Челюсть стремительно отвисла. Как такое возможно? Не может же природа за час так измениться. Или может?    --Мален, а куда делись лужайки с цветочками, бабочки, озеро? Я в окно видела. - Малена хмыкнула.    --Это иллюзия, Рэне.    Лучше бы я этого не знала. Было так хорошо, верить, что тут такая природа. А тут такая... грязь.    --Так что там у вас с бывшим произошло?    Мы пересекли поляну с проплешинами.    --Он был с какой-то девкой, я на него разозлилась, нахамила, обозвала и ушла.    Малена резко остановилась, скривилась и вынесла приговор:    --Ты дура. Тут даже целители не помогут.    Нет, я не дура и считаю что правильно поступила.    --Кто-то говорил что мы опаздываем. - Заметила я.    Подруга вышла из ступора, ускорила шаг не переставая при этом причитать:    --Рэне, ты что совсем с головой не дружишь? Ты хоть примерно представляешь, что тебя после этого ожидает? - Я неопределенно пожала плечами. - То-то и оно. Не будет тебе теперь покоя. Самолюбие Витора очень "ранимое". - Малена поморщилась. - Он будет мстить, пока ты не признаешь его величайшим из великих.    Теперь морщилась я.    --Нет, я согласна, немного перегнула. Но не до такой же степени! - Тропинка начала сворачивать в кусты.    --Немного? Да ты ему чуть не по яй... в общем, потопталась. Вспомнишь мои слова, когда твой ад начнется.    Мой ад начался около 12 часов назад и продолжается до сих пор, вряд ли меня еще что-то сможет так удивить.    Ошибалась я, ой как ошибалась...    Остановившись перед коваными металлическими воротами, Малена что-то беззвучно прошептала, ворота открылись. Лучше бы у них механизм заел или сломался.    Перед взором моим, пред очами сверкающими, предстал огромных размеров стадион, или полигон. В центре полукругом, к нам спиной, стояли адепты, рядом, слева и справа было по три педагога, учителя, профессора, как их правильно здесь называть пока не знаю. За этим полукругом стояли огромные клетки, в которых свирепствовали... существа.    Клеток около восьми, может и больше, издалека непонятно, а ближе подходить желания нет. Достаточно рассмотреть первый ряд этих "забавных животных", написать в штаны и убежать. Окаменев от ужаса, рассматривала сию картину. Честно, я именно так бы и поступила наплевав на гордость и на все остальное, но рядом со мной был "страж порядка", который бдел.    --Чего застыла? Тебя никто не укусит. - Заверила Малена так, чтобы только я услышала.    Как же, не укусит. Сожрет сразу! Даже не заметит, бац и все, нет больше Василисы и якобы Ирэне. Растворимся в желудке одной из этих тварей. А может и не одной, там как пир пойдет. Живот скрутило в рвотном позыве от таких мыслей, но я это дело на корню обрубила.    Меня буксиром дотащили до трех стоящих слева преподавателей. Они увлеченно о чем-то беседовали (держу пари, ставки делают на того, кого первым сожрут; так и хотелось сказать "ставьте на меня, не ошибетесь", но я сдержалась).    Первым обернулся седоволосый старичок, с длинным кривым носом, широко распахнутыми глазами и:    --Савелье! - Радостно пискнул старичок и заулыбался.    --Неужели, адептка Савелье, мы и не чаяли Вас увидеть. - Женщина, стоявшая рядом удивленно меня разглядывала. Я тоже не чаяла себя здесь увидеть.    Женщина заулыбалась, а вот последний из повернувшихся был явно безразличен к моей скромной персоне.    Черные волосы наполовину заплетены в тугую косу, черные глаза "колются", руки сложены за спиной (военная выправка), коварная ухмылка, скользнувшая по его лицу, не сулила мне ничего хорошего.    --Адептка Савелье, безмерно рад Вас снова видеть, - а по голосу и не скажешь, - надеюсь, Вы готовы продемонстрировать нам всем свои навыки? - Сказал издевательским голосом, чуть ли не пел.    Малена рядом заметно напряглась после его слов.    --Я...    --Айнех, что Вы набросились на девочку буквально с порога? - Пришла на помощь женщина.    --Правда, магистр, дайте ей в себя придти, еще неизвестно что пережила эта бедная девочка. - Пропищал старичок.    Я взглянула на того, кого именовали магистром Айнехом, и лучше бы я этого не делала. Прищуренные глаза вглядывались в мое лицо, губы недовольно поджаты.    --Ладно, посидите один час, после будете сражаться... одна. - И уже еле слышно добавил:    --Посмотрим, что с Вами стало.    И так он это произнес, что у меня закрался червячок, нет, куча червячков сомнения и страха одновременно. Только бы он не догадался... Да хотя что теперь скрывать? Придет время боя и все всё узнают.    Старичок и женщина проводили меня до скамеек, которые стояли по периметру, заверили, что они окружены магическим контуром и бояться не стоит, после чего вернулись к адептам.    Я никакой контур не видела, поэтому боялась. Жутко боялась. До дрожи во всех частях тела.    Малена, надо сказать ей спасибо, периодически подбадривала меня взглядом. Даже пыталась развеселить. Пинала всех рядом стоящих. Сильно она увлеклась этим делом и не заметила, как наградила пинком магистра Айнеха. Он разгневанно смерил ее взглядом и вытолкал вперед, в это же мгновение одна из клеток распахнула свои двери.    Я подпрыгнула на месте от неожиданности. Сказать что я испугалась - ничего не сказать. Найду после этих учений половину седых волос на голове, если доживу до конца.    Малена держалась стойко. По ней было видно - она знает что делать. Сохранить невозмутимое спокойствие, когда на тебя надвигается нечто с двумя головами, мне казалось невозможным. Одна голова похожа на голову увеличенной в сто крат и изуродованной ящерки, другая - на добермана размером с валун. Теперь я знаю что значит сочетать не сочетаемое. Ящеродоберман в высоту был с двухэтажный дом, в ширину... Огромный, невероятно огромный. Чешуя в солнечных лучах переливалась радужным цветом, только красоты это чудищу не добавляло.    Девушка двинулась ему навстречу, на ходу доставая откуда-то меч (не представляю, где он был все это время спрятан), в левой руке образовался голубоватый шар, периодически искрящийся, будто сотканный из электрических разрядов.    Чудище сделал выпад огромными лапами, я инстинктивно зажмурилась, представляя как этот ящеродоберман раздавит ее. Но услышав звук, похожий на лязг металла, тут же открыла глаза, как раз в тот момент, когда Малена запустила в него светящийся шарик. Ух... шарик подпалил шерсть на голове добермана, голова мутированной ящерки взвыла, видно впрягался за своего и побежал на девушку. С трудом подавила рвущийся наружу крик, ухватившись обеими руками за скамью. В воздухе блеснул меч вонзаясь в ногу чудища. Округу заполнил дикий рев, гневное рычание и...    И чудище упало. Нет, это не Малена его так, она стояла в стороне.    Стремительной походкой магистр Айнех подошел к подруге и начал громко вещать:    --Никогда не повторяйте подобной ошибки. Вонзив меч в опорную конечность существа во много раз больше вас, рискуете быть погребены быстро и без лишних вопросов под весом этого... хм, животного. Первая атака была сделана правильно, точно в голову. Продолжать атаку следовала в эту же точку, тогда вывести противника из строя проще и быстрее.    Черт, черт, черт... Какой кошмар... Я не смогу так, я вообще никак не смогу! Мне ведь даже неизвестно откуда меч вытаскивать и как его держать. Я стреляла из ружья, пистолета, автомата, но никогда не упражнялась с холодным оружием.    Решено, надо бежать. Сошлюсь на плохое самочувствие.    Медленно, не привлекая внимания, на трясущихся ногах поднялась со скамьи, по краю бортика начала продвигаться к выходу, почти дошла, как:    --Адептка Савелье! Вы далеко направились? - Ехидненько так прозвучало, чтобы сразу все поняла. - Сейчас как раз Ваш выход.    Ну, вот и все. Пришел твой конец, Василиса. Семью хотела, детей? Сейчас получишь все и сразу. Хоть и не то о чем мечтала.    Адепты смотрели на мои еле передвигающиеся ноги с блеском в глазах. Старичок с восторгом, женщина с придыханием... Надо искать подвох. Здесь что-то не так. Один только магистр Айнех взирал с кривой усмешкой и презрением. Ох, чует моя ягодичная мышца неладное.    --Готовьтесь, адептка Савелье. - Голосом, полным презрения окатили меня, а я ведь не готова.    Клетка уже отворилась и из нее начал вылезать... дракон. Большой, чешуйчатый, с паром из ноздрей, крыльями за спиной...    Да, мне определенно конец.    Что могу я сделать без магии, без меча, без ничего? Стоять на месте и с гордо поднятой головой ожидать гибели. Так и стояли, я - задрав голову, дракон - ожидая нападения.    Сколько мы так простояли только свидетели знают, для меня минуты в часы растянулись. Дракон не выдержал первым. Сделав шаг вперед вдохнул воздух по самые ноздри и в следующую секунду я ощутила жар. Пламя было в миллиметре от меня, врезавшись в невидимую стену. Яркие всполохи будто огибали, лаская и прощупывая каждую точечку невидимого купола. Дракон не понял в чем проблема и почему на моем месте до сих пор нет горстки пепла. Мы с драконом вместе гадали над этим вопросом, пока я не услышала суровое:    --Магистр Айнех, Вы собирались зажарить мою невесту на открытом огне? - К нам легкой походкой приближался некто иной, как Витор.    Дракон вмиг оказался снова заперт в клетке, только на него внимания теперь никто не обращал. Все взгляды были устремлены на некроманта.    Волосы развиваются на ветру, полы плаща летят следом. На Бэтмена похож, только маски нет.    --Мистер Лассен, а Вы уверены что это Ваша невеста? - Хитрая улыбка исказила лицо магистра.    --А у Вас есть еще какие-то варианты, магистр Айнех? - Невозмутимо обнял меня за талию и добавил:    --Еще вопросы будут?    --Где же Ваше кольцо, невеста? - Я хотела ответить что потеряла, но рука "женишка", покоившаяся на моей талии болезненно сдавила, давая понять что мне лучше молчать.    --Кольцо забрал я. Решил его поменять.    Адепты, стоящие рядом, внимательно вслушивались в разговор.    --Фамильное кольцо, поменять? - Магистр Айнех оскалился в подобии улыбки.    --При всем моем к Вам уважении, не кажется ли Вам, магистр, что это мое лично дело? - Холодно поинтересовался "жених".    --Безусловно. - В тон ему ответил магистр.    --Тогда мы, с Вашего позволения, пойдем. Ирэне не в том состоянии, чтобы сражаться.    Магистр ничего не ответил, я ничего не поняла, а Витор уверенно пошел к воротам. Не держи он меня, рухнула бы прям там.    Едва мы вышли за пределы полигона, я попыталась отстраниться, на что мне холодно сказали:    --Не дергайся.    Стоит ли говорить об усилении попыток освободиться?    --Я тебе сказал не дергаться.    --А я не терплю приказы от посторонних мужчин. - Рявкнула я в ответ.    Меня прижали к дереву, кора начала больно давить на спину. Тихим, леденящим душу голосом, оповестил:    --Если ты еще хоть раз дернешься, я верну тебя на полигон. - Веский аргумент. Достаточно веский для того чтобы смириться с рукой этого типа на моей талии.    Зайдя в холл Академии Витор свернул в свой коридор, увлекая меня за собой. Отчаянно хотела воспротивиться, но нежелание возвращаться на полигон было сильнее, и я беспрекословно пошла за лже-женихом.    Минута и вот я уже стою в знакомой гостиной, где витает аромат миндаля.    --Слушай меня внимательно, - Витор снял плащ и кинул на стул, - я тебя обучаю, даю тебе защиту, а ты выполняешь мои условия.    Сел на диван, закинул руку на спинку и пристально глядя на меня спросил:    --Устраивает мое предложение?    Относительно. Обучение это хорошо, защита тоже, а вот условия.    --От меня что ты хочешь взамен? - Поинтересовалась я.    --Я говорю - ты рядом, я прошу - ты делаешь, я приказываю - ты исполняешь.    Ничего себе условия.    --Марионетка в твоих руках.    Витор хмыкнул.    --Называй как хочешь, мне разницы нет.    --Надо подумать. - Такие решения спонтанно принимать нельзя.    --Думай. - И издевательская улыбка. - У тебя есть пять минут.    Пять минут? Да за пять минут ничего не решишь.    --Сутки.    --Пять минут. - Уступать, значит, не хотим.    --Пол дня.    --Четыре минуты. - Невозмутимо смотрит на меня.    --Один час.    --Две минуты.    Черт. Судорожно начинаю размышлять взвешивая все "за" и "против". Ладно, что я имею? Комнату, соседку, вещи. Не густо. Что предлагает лже-жених? Обучение, защиту и кучу условий, обязательных к исполнению.    --Если я откажусь?    Витор пожал плечами и безразлично:    --Магистр Айнех догадывается что ты - не ты. Ему потребуется не больше десяти минут, проведенных один на один с тобой, чтобы убедиться в этом полностью. Потом тебя ликвидируют.    --Что значит ликвидируют? - Мой голос внезапно сел.    --То и значит, - говорит он безразличным тоном, глядя в сторону, - в свой мир ты точно не вернешься.    К горлу подкатил комок, на глаза набежали слезы, не говоря ни слова забежала в ванную, заперлась, включила воду и зарыдала, давая волю эмоциям. За то время, что я здесь нахожусь, ко мне впервые пришло осознание собственной никчемности. Я никому здесь не нужна. Всем нужна Ирэне, но не я. От меня избавятся при первой возможности...    Слезы градом стекали по лицу, нос распух, глаза покраснели... Как жалко я сейчас выгляжу. Показаться в таком виде перед Витором - значит подписать безоговорочную капитуляцию. Но и без него мне долго не протянуть.    Малене я не могу сказать правду, она не поймет, или не поверит, или сдаст магистру Айнеху. Получается, выбора у меня и нет, и не было. Зря только рыдала.    Соберись, Лиса, не будь тряпкой. Ты была сегодня на волосок от смерти, но жива и дышишь. Не все еще потеряно. Русские так просто не сдаются.    Пару раз умылась холодной водой, оценила свое ужасное состояние и пошла капитулировать.    Витор сидел на том жесте с книгой в руках, бегло осмотрел мое красное лицо, обреченно вздохнул (хотя этот вздох мне полагался), отложил книгу, не забыв вложить закладку, встал с дивана и пошел в мою сторону. Я попятилась назад, следуя инстинкту самосохранения. Витор насмешливо изогнул бровь.    --Надеешься убежать от меня в моей же комнате? - Да, глупо.    --Я не буду от тебя убегать если ты пообещаешь меня не трогать. - Насмешливость сменилась безразличием.    --Я не буду тебе ничего обещать. Ты можешь идти куда хочешь, тебя никто не держит.    Он вернулся на диван.    --Только пути обратно уже не будет.    До меня только сейчас дошло что это капкан, ловушка. Ступи один раз - останешься навсегда. У каждого варианта событий есть три исхода. В этот раз все три не в мою пользу.    --Хорошо, я согласна. - Победная улыбка тронула его губы. - Только давай договоримся сразу: без интимных пожеланий.    Витор хмыкнул.    --Дорогая, ты сегодня уже убедилась - мое мужское одиночество есть кому скрасить.    Ах да, как я могла забыть? Ярость снова накрыла волной, и мне бы промолчать, но...    --Не смей называть меня "дорогая", кобель. - Лицо его вмиг изменилось, наполнилось злостью, глаза стали черными, зубы сжались и меня сжали, придавив к стене.    --Ты можешь плеваться словами сколько угодно, но имей в виду, я не терплю оскорблений в свой адрес. Скажешь что-нибудь подобное снова, и я не посмотрю на то, что ты девушка.    Мне бы и в этот раз смолчать, но я ведь не могу.    --То есть бить девушек для тебя в порядке вещей, норма? - Меня придавили к стене с такой силой, что дышать стало тяжело, легкие начали биться в конвульсиях, в глазах потемнело.    В следующее мгновение меня бросили на диван, в приступе дикого кашля сделала вдох, пытаясь восстановить нехватку кислорода. Голова закружилась, унося меня в вальс пяти таких комнат.    --Ты ненормальный. - Прохрипела я и снова закашлялась.    --Я предупреждал.    Сволочь. Как можно так с девушкой обращаться? Кашель все никак не унимался.    Мне так обидно и досадно последний раз было, когда у меня цыганка, якобы для моего счастья, забрала пятьсот рублей. Для студента это большие деньги.    Стук в дверь немного отвлек от сожаления самой себя.    --Сгинь. - И дверь закрылась. Не радушно он гостей встречает.    Стук повторился.    --Только после тебя. - До боли знакомый голос. - Где Рэне?    --Малена, уйди. - Рыкнули в ответ.    --Ма... - Горло сжало, отчего получился полу-хрип - полу-стон.    --А ну пусти! - Я не видела происходящее в дверях, зато отчетливо слышала ругань.    --Что ты с ней сделал, идиот? - Перед глазами возникло лицо Малены.    --Следи за выражениями, сестренка. - Сказано было с ядовитой неприязнью.    --Сводная! - Гаркнула подруга и вновь повернулась ко мне. - Вставай, к Дину пойдем.    Мне хоть к Дину, хоть к Гарну, хоть на полигон, лишь бы подальше отсюда.    --Она никуда не пойдет. - Таких трудов мне стоило встать с этого чертового дивана, после рыка упала обратно.    --Не смей на мня орать! - Кто-то несколько часов назад втолковывал мне, как опасно грубить Витору. - Я забираю Рэне, и тебе на моем пути лучше не стоять!    --Хочешь помериться силой, сестренка? - Его эта ситуация явно забавляла.    --В твоем стиле бить девушек. - Ухмылка стерлась с его лица.    --Прошли те дни, Малена, когда ты могла меня оскорблять и чувствовать при этом себя защищенной. - Глаза садиста начали чернеть.    --Прошли те дни, Витор, когда Рэне беспрекословно тебя слушалась. Хочешь ее вернуть - измени себя. Только в этот раз я не дам ей так опрометчиво прыгнуть в это болото. - Говоря про болото, она обвела рукой комнату и показала на Витора.    Больше никто и слова не сказал. Мы молча вышли из комнаты, за нами громко захлопнулась дверь.

Глава 3. Луч света в темном царстве

Ты сегодня не властен над завтрашним днем,

Твои замыслы завтра развеются сном!

Ты сегодня живи, если ты не безумен.

Ты - не вечен, как все в этом мире земном.

Омар Хайям

   Глубоко вздохнув окончательно успокоилась. Легкие перестало саднить, зато появилась жуткая всепоглощающая обида. Обида на некроманта, который мог убить меня не моргнув глазом, с тем же надменно-холодным лицом, и я готова поклясться, что муки совести его никогда бы не посетили. Они не знают к нему дорогу, душа Витора во тьме обретается. Не надо быть проповедником или священником чтобы это понять.    --Мален, а он со мной всегда так... - Запнулась, подбирая слова. Подруга бросила на меня сочувствующий взгляд.    --Не помнишь? - На мой отрицательный ответ она лишь вздохнула и все стало понятно без слов. - Он сразу на тебя глаз положил, как только ты порог Академии переступила. И не только он. Дин тоже симпатизировал, пока Витор права на тебя не заявил.    --Права на меня?    Мы вошли в наш коридор.    --Да, он собственник. - Малена хмыкнула. - Ты достойно боролась с ним два с половиной года. Многие парни начали тебя побаиваться. Неприступная крепость сейчас мало кого привлекает.    А мужики, похоже, во всех мирах одинаковы.    --Витор начал беситься, когда узнал о твоей симпатии к Нелину. Он его чуть не убил. - Я остановилась напротив нашей комнаты, но меня повели дальше. - После этого ты сдалась. Спустила белый флаг... смирилась со своей участью, и он тебе вроде даже нравиться начал.    Смириться с унижениями и болью? Да никогда!    --Когда ты исчезла, я думала что ты просто не можешь больше терпеть общество моего братца.    Может Савелье и правда поэтому сбежала, и не хочет чтобы ее нашли? Просто не желает возвращаться к такой жизни? Я даже начинаю ее понимать.    Пройдя до конца коридора мы свернули налево в незаметный издали проем и уткнулись в дверь.    Малена постучала, с той стороны донеслись шорохи, сдавленное "я сейчас" и дверь открылась, погружая нас в аромат кофе и корицы. В наслаждении прикрыла глаза вдыхая глубже столь любимые сердцу нотки.    --Рэне, - радостно протянул стоящий в дверях незнакомый парень, - где тебя носило? Без меня развлекалась?    Серые глаза весело подмигнули мне, я растерялась, не зная что сказать в ответ, но тут он неожиданно приобнял меня и втащил в комнату. В замешательстве переводила взгляд с него на Малену, всем видом давая ей понять, что не знаю, кто этот горячий парень.    --Дин, есть одна проблемка, - Малена, молчавшая до этого момента, пришла мне на помощь, - Рэне частично потеряла память.    Парень удивленно присвистнул, обошел меня по кругу, затем еще раз, после весело воскликнул:    --Добро пожаловать домой, крошка. - Слыхали уже фразы подобного рода.    Малена фыркнула, села на диван и недовольно пропела:    --Зря радуешься. Я ее только что в ужасном состоянии от Витора забрала. - Веселость Дина улетучилась, кулаки сжались.    --Что он сделал? - От этого голоса мурашки по коже побежали.    --Да ничего особенного, - я пожала плечами присаживаясь рядом с подругой, - хренакнул об стену и все.    Две пары глаз не мигая уставились на меня. Дин очнулся первым:    -Хрена... что сделал? - Поздно сообразила, здесь наверно таких слов не знают, а жаль. Пояснила:    --Впечатал в стену.    --Дин, не заводись. - Малена бросила на него обеспокоенный взгляд. - Ты ничего не сделаешь, а он ее все равно в покое не оставит.    Высокий, не слишком широкий в плечах, достаточно мускулистый парень с волосами цвета серебра в немом гневе сжимал и разжимал кулаки.    --Ээ... Я не помню, какие между вами тремя отношения, но... - пробормотала я, - но я тоже считаю, что в открытую против него идти бесполезно.    Дин мгновенно расслабился, на лицо вернулась улыбка.    --Да, узнаю мою девочку. - Весело протянул он.    Малена снова фыркнула, недовольно глядя на него.    --Это у него юмор такой. - Я, напрягшаяся после его слов, вяло улыбнулась.    Устало прикрыв глаза, погрузилась в свои мысли.    Сегодня должен был быть мой первый рабочий день следователем, который я так долго ждала. Если я отсюда не выберусь, то получается шесть лет учебы коту под хвост. Ай, что там... Даже если выберусь - все равно под хвост. Контракт не отработал - считай, дорога тебе в органы закрыта. Разве что дворником или уборщицей.    Уборщица... А что если предложить Витору взамен на обучение - уборку? Не каждый день такие предложения на голову сваливаются. У меня на Родине на такое скорее всего согласились бы, студенты по крайней мере.    Родина... Песенка вспомнилась:    "Я люблю свою Родину, вроде бы.    Я полжизни рабом на заводе был,    И штаны носил, прямо на скелет,    А теперь меня это не торкает".    Когда мы дома - мы не скучаем, не тоскуем, наоборот, хотим уехать, уйти, убежать на встречу новым приключениям, новому. Но вот ты ушел, и вроде доволен, место ведь новое, все как и хотел, а тоска разъедает, жжет, ломает. И ты начинаешь задумываться "как хорошо было там", "вернуться бы", а если вернуться не можешь, что тогда? Да ничего. Молча тоскуешь, заглушая внутри себя чувства и эмоции, и идешь дальше, потому что выбора у тебя нет. От этого еще хуже становится. Ты же всегда считал, что выбор в любом случае есть, а оказывается, что его нет либо он тебя не устраивает. Какого это осознать? Тяжело. А если ты, лишенный выбора, с тоской в сердце, вынужден под кого-то прогибаться, выполнять чьи-то приказы, указания, тогда как? Все так же молча, выбора ведь у тебя нет.    Парадокс, верно?    До меня приглушенно донеслись голоса Дина и Малены. Глаза открывать не стала, интересно послушать. Ох и сгубит тебя когда-нибудь любопытство, Василиса.    --В розовых тапочках? - Чрезмерно удивленно воскликнул Дин.    --Да я сама в шоке была. Я ведь не знала, что у нее с памятью... того. - Пауза. - А потом ее заявление, что они с Витором расстались и прочее.    --А что она тогда у него в комнате делала?    --Так он ее с учений увел, прямо из под носа Айнеха, магистр такой злющий потом стал, гонял нас беспощадно. - Дин выругался, затем спросил:    --Просто так увел?    --Ну... нет. Перед этим я ее отправила к нему за вещами, она застала его с девкой, нахамила, нагрубила... - Дин еще раз выругался.    --Айнех теперь не отвяжется.    Мне же мало одного садюги-извращенца, конечно, еще одного надо для полного букета. Чтоб эти некроманты провалились здесь все, черти адовы.    --Надо срочно ей пробелы в памяти восстанавливать, иначе конец.    Подскочила на месте, широко распахнув глаза. В каком смысле конец?!    Из дверного проема, который я до этого не заметила, высунулись две головы. Я что, вслух это сказала?    --Да мы тут... - Начал было Дин, Малена его перебила.    --В том смысле, что вышибут тебя из Академии, Рэне.    И куда я пойду? К дракону в клетку? Авось приютит.    --Так давайте это... - Я замялась, не зная как сказать. - Восполнять пробел. Я всегда готова.    Говоря прямо, я готова была начать обучение прямо сейчас. Чувство "Ах, как хочется жить" напрямую этому способствовало. Однако мое рвение по достоинству не оценили.    Дин положил свои руки мне на голову, стоял так несколько минут, и выдал:    --Рэне, а ты нам ничего рассказать не хочешь?    Он что сейчас мысли мои читал? Тогда не стал бы спрашивать, а раз сам спрашивает, значит вопрос не на тему "ты - не ты".    Я молча переводила взгляд с Малены на Дина и обратно.    --А что я должна вам рассказать? - Волнение в голосе скрыть не удалось.    --А расскажи-ка нам, как получилось, что раньше у тебя магический резерв был в 50 магэн, а сейчас в 100, и магический уровень стал в два раза выше?    Уровень, резерв, магэн - не ведаю, что это такое и о чем речь. Откуда у меня, землянки, может взяться магический уровень? Лично я даже в экстрасенсов никогда не верила, а сама подобной ерундой тем более не занималась.    --Ты серьезно? - Малена округлившимися глазами взирала на Дина. - Увеличился?    Дин был абсолютно серьезен. С момента нашего знакомства у него впервые ни намека на улыбку нет.    --Ребя-я-ят... Давайте я уже в комнату пойду, а? - Произнесла я. Мой жалобный взгляд, полный невинности голос... Не подействовал.    --Сидеть. - Приказал Дин строгим тоном. - От ответа не уходить. На жалость не давить.    --Рассказывай. - Присоединилась к нему Малена.    Вид у них как у гестаповцев. Того и гляди пытать начнут. А я ведь под пытками и рассказать все могу. А рассказывать нечего...    --Рэне, отмолчаться не получится. - Не меняя тона сказал Дин.    По такому случаю и песенка вспомнилась:    "Наверх, о товарищи, все по местам!    Последний парад наступает!    Врагу не сдается наш гордый "Варяг",    Пощады никто не желает!"    Я уже мотив напевать начала, как до меня донеслось:    --Все, это бесполезно. - Малена тяжко вздохнула.    --Почему? - Дин удивился.    --Я ей когда про Витора объясняла она тоже песенки пела. В итоге ничего не услышала. - Раз такое дело, то я еще попеть могу. - Я же говорю, бесполезно.    Вообще-то я все слышу, просто музыка - она прекрасна. Переключаться с нее на тяжелые разговоры - бессмысленно.    --А мне все-таки интересно, где она была. - Дин сел рядом.    --Не тебе одному. - Малена села с другой стороны, но тут же, выругавшись, подскочила:    --Тьма, мы же опаздываем. Рэне! - Тут не среагировать нельзя было. - У нас через семь минуть занятия по классическому бою.    --Так у нас же факультеты разные. - Малена уже бежала по коридору, мне пришлось ее догонять.    --Это общий предмет. Давай быстрей, переодеться надо. - Подруга распахнула дверь в нашу комнату.    Сумка с вещами валялась на кровати, половина вещей была раскидана рядом. Лже-жених не трудился складывать их в сумку аккуратно, что значительно осложнило мне поиски.    --Рэне, поторопись, опоздания наказываются. В лучшем случае окна будешь мыть, в худшем - туалеты.    А почему бы и не поторопиться? Ради туалетов я на занятия лететь готова!    Платье схватила первое попавшееся, на ходу натягивая его перед зеркалом. Рукава сплетены из тонкого кружева, никаких разрезов на подоле, декольте отсутствует. Струящееся, по фигуре платье, длинное, по щиколотку. Женщина-вамп. Не люблю черный цвет, но это платье мне нравится.    --Смело для первого дня. Волосы распусти. - Малена уже стояла в дверях. - Вот так отлично.    Занятие проходило на третьем этаже, куда и стекался сейчас весь третий курс. Меня периодически окликали, делали комплименты, после чего Малена меня быстро уводила, дабы избежать ненужных вопросов.    Кабинет по размеру не уступал холлу, даже больше оказался. Столы стояли рядами, один за другим.    Малена повела меня в самый конец, по началу я не поняла, зачем было так далеко садиться, но после была благодарна ей за это.    В аудиторию влетел разъяренный магистр Айнех, с которым я уже имела честь познакомиться. Разговоры мгновенно стихли. Похоже, на его лекциях принято не дышать. Все замерли на своих местах, как замороженные. Ощущение, будто я среди восставших мертвецов. Никто не шевелится, не моргает, не... дышит. Я прислушалась к Малене и она не дышала! В ужасе посмотрела на близсидящих... Грудная клетка в полном покое, дыхания нет... Дрожь пробежала по всему телу, руки начали дрожать, страх... всепоглощающий страх.    Только один человек сохранял абсолютное спокойствие, если не учитывать гримасу ярости на лице.    --Так, так, так... - Протянул магистр, быстро скользя взглядом по аудитории. Я невольно вздрогнула, когда его взгляд обратился ко мне. - Адептка Савелье. - Двинулся в мою сторону плавными движениями, как хищник, загоняющий свой обед в клетку.    --Самое время обсудить некоторые вопросы.    Что ж за день сегодня такой? У всех вопросы, хоть кто-нибудь сказочку поведал, что ли.    --Ну, не стоит так бояться. - Магистр сел на край моего стола, при всем своем желании убежать от него подальше, я продолжала твердо сидеть на месте, молясь про себя, чтобы все обошлось. Надеюсь, Боги меня здесь услышат. - Лучше расскажи мне кто ты, как здесь оказалась, и где сама Ирэне Савелье?    Черт. Это конец. Витор же предупреждал...    Сглотнув подпустивший к горлу комок, решила начать издалека:    --Я... так я... вот и я. - Всегда отличалась прекрасным талантом к сокращениям.    --Еще раз повторяю, не надо бояться. - Это все равно что кот, держа мышку на тарелке и поливая соусом, сказал бы "не надо бояться".    --Да я... не боюсь вовсе. - Врать тоже надо уметь. - Я просто не понимаю суть Ваших вопросов.    Вторая часть прозвучала менее уверено.    --Не понимаешь... Я объясню.    "Позови меня тихо по имени..."    --Когда ты подошла на полигоне, я заметил некоторое несоответствие.    "Ключевой водой, напои меня..."    --Твой магический фон сильно отличается от фона Савелье.    "Отзовется ли сердце безбрежное..."    --Но это можно объяснить, а вот твое поведение во время боя...    "Несказанное, глупое, нежное..."    --Далеко от объяснений.    "Снова сумерки входят бессонные..."    --Савелье никогда не стала бы стоять и ждать, когда на нее нападут.    "Снова застят мне стекла оконные..."    --Во-первых, она хороший боевой маг для своего возраста, во-вторых, сильно гордая.    "Там кивает сирень и смородина..."    --Ты меня вообще слышишь?    "Позови меня, тихая Родина..."    Видимо, магистр догадался что его словам я не вняла.    --Кто ты? - Лицо магистра оказалось в паре сантиметров, а глаза не мигая пронизывали насквозь.    --Ирэне Савелье. - Песенка меня отвлекла, страх ушел и ответить я теперь могла спокойно.    Глаза магистра и без того черные почернели еще больше.    --Врешь. - Вру. Нагло. Но Вы мне выбора не оставляете!    --Простите, магистр, я, правда, искренне не понимаю смысл Вашего допроса. - Лицо его напряглось. - Вы утверждаете, что я - это не я, когда я и есть я, а не то что Вы думаете будто я не я, а кто-то другой.    Глаза напротив прищурились, левый начал немного подергиваться. Меня уже было не остановить.    --И, честное слово, мне до глубины души обидно, что Вы меня не признали, магистр. - Где бы мне чувство меры приобрести? - Вы уважаемый человек, и не узнать больному юмор стих меня, простую адептку... непозволительная роскошь для магистра Вашего уровня.    --Молчать! - Рык сотряс помещение, задергался и правый глаз. Я, не будь дурой, замолчала.    Осознаю, за грань вышла, но слово не воробей, как говорится.    --Значит, Савелье? - Уточнил он.    --Я. - Некоторое время он продолжал смотреть в мои глаза, после кивнул самому себе, прошел к своему столу, и...    Все ожили! Зашевелились, задышали, заговорили... А интересно, он точно был уверен, что они потом все очнутся? Я бы засомневалась. Там вон парень у окна сидит, до сих пор не двигается...    --Он с тобой говорил, да? - Шепотом спросила Малена.    --Да, мило побеседовали. - Так же шепотом ответила я.    --Он всегда так делает, когда хочет с кем-то поговорить.    Шикарный способ уединения, ничего не скажешь.    Захотел - все умерли, перехотел - ожили. Кошмар какой.    Лекция была длинная и нудная. Кроме меня так больше никто не считал. Все с благоговением внимали речам магистра, записывали, задавали вопросы... А я просто бездумно писала, не вникая, потому что ни одного слова понятного не было.    На себе постоянно чувствовала взгляды и замечала, как смотрит на меня магистр. Он не поверил моим словам. Да что там, я бы сама себе не поверила!    Вела я себя спокойно, в отличие от соседки, которая изъерзалась и изнервничалась вся. Я начала бояться, как бы она на себе волосы рвать не начала, но до этого не дошло.    Пересказывать наш с магистром разговор я Малене не стала, хоть она и просила, и уговаривала.    Вечером к нам пришел Дин. Пришел не один. С ним был суп, салаты и бутерброды. С его приходом настроение вмиг улучшилось. Он, кажется, единственный, кто в этом темном царстве улыбается, веселиться и шутит. Ни за что не поверила бы, что этот солнечный мальчик - брат садиста, маньяка, в общем плохого человека. Он тоже пытался расспросить про разговор с магистром (Малена ему все рассказала), и тоже был недоволен моим молчанием.    Пока они в унисон недовольно ворчали, я уснула. Об этом сладостном моменте я уже давно мечтала.    Приснилась мне та же полянка. Я ее узнала по пеньку и по вою.    На этот раз я была более осторожна, вернее менее подвижна. Просто сидела на пеньке и ждала. Не знаю, чего я ждала, но сидела долго, всматриваясь в окружающее пространство.    Бабочки меня приняли либо за свою, либо за цветок. Порхали возле меня постоянно. Я начала расслабляться, настороженность пропала. Никто не придет. Тот сон был обычным кошмаром. Но только вот... Почему я снова оказалась на этой полянке? Может это другая полянка?    Оставив насиженное на пеньке место, пошла по кругу. Свежий воздух, травка, так приятно... Солнце очень ярко светит, только жар не ощущается. Комфортная температура, даже ветерком обдувает. И это странно. Деревья не колышутся, откуда ветерку взяться?    Вышла на середину полянки, и обомлела. Трава была примята на том месте, где я прошлой ночью упала... А рядом никаких следов. Чья тогда была рука? Призрака? Невидимки? Или...    --Я говорила, - послышался мне голос, от которого внутри все задрожало от страха. Ноги начали подкашиваться и я опустилась на траву, боясь пошевелиться и даже повернуться, - теперь я всегда здесь.    С этими словами на тоже плечо опустилась холодная рука.    --К-к-кто т-т-ты? - Произнесла я тоненьким голоском.    --Я -твой вечный незримый спутник.    Голова закружилась, в глазах начало темнеть и я проснулась.

Глава 4. Учение - тьма, не ученье - смерть.

Если умыть кошку она, говорят, уже не станет умываться сама.

Человек никогда не научиться тому, чему его учат.

Джордж Бернард Шоу

   Вставать с кровати я не спешила. Малена еще спит, где душ я смутно помню, лучше не рисковать, иначе забреду не туда.    Не помешает обдумать прошедший день, может я на что-то не обратила внимания, а стоило бы, или наоборот. Вспоминаю все по порядку.    Начну со сна. Сон... Вроде обычный кошмар, но он снова повторился. Не знаю, повторяются ли обычные кошмары, но этот сон обычным назвать нельзя. Ощущение страха, холодной руки на плече - все, как в реальности, аж холодок по спине пробежал. Даже ветер я чувствовала кожей. И женский голос... "Я - твой вечный незримый спутник". Что это значит? Она меня теперь всегда будет так пугать? Хотя этот вопрос не так важен, как кто эта девушка? Почему она вдруг стала моим спутником? Может здесь у всех такие есть, надо будет потом у Малены спросить.    Дальше был душ, Гарн... Гарн. Помимо клейма Малены "редкостная сволочь", я бы еще приписала "странный тип". Он подошел к нам, и обращался так, будто я, то есть Ирэне, что-то ему должна, и Малена знает что, учитывая ее рычание, шипение и огромное желание разорвать его на миллион маленьких Гарнов. Напрашивается вопрос: исходя из каких соображений она мне ничего не рассказала? Глупо полагать, что Гарн не напомнить мне об этом сам. Еще одна загадка в мою личную копилку "хочешь жить - включи мозги".    Что было после... А, испытание "забери вещи у Витора". Испытание я прошла, только вот... Не кажется ли странным, что этот "убиенный" любовью к пропавшей невесте ни сколько от этого не страдает? Это очевидно. Иначе как объяснить присутствие девушки в его постели? Не могу браться утверждать об отношениях Ирэне и Витора, но сомневаюсь я в согласии невесты на "тройничок". Тут два варианта: либо он так стресс снимает, либо чувства к Ирэне - фальшивка. Я больше склоняюсь ко второму.    Следующими в хронологическом порядке шли учения. Вот уж что вообще не хочется вспоминать. Осознание факта, что я могла быть кремирована заживо - радости не приносит. Ладно, жалость к себе - удел слабых.    Первое что настораживает - магистр Айнех. Он наверняка спит и видит мое разоблачение. Поставить меня сражаться один на один с драконом... Если бы я там сгорела, он бы с гордостью заявил "Ирэне не стала бы ждать, когда на нее нападут. Это не Ирэне". И он окажется прав, только мне, кучке пепла, будет уже все равно на его заявления. Что-то я опять к жалости вернулась...    Витор, оказавшийся рядом вовремя... Кстати, как он там оказался? У него ведь были "занятия" с той особо целомудренной девушкой. Оставлю этот вопрос на потом.    На первый взгляд между магистром и Витором есть неприязнь. Но что там скрывается на самом деле... Их взгляды, которыми они поубивали бы друг друга с огромным наслаждением, о многом говорят. Здесь явно что-то больше простой неприязни.    Дальше унижения у Витора. Гад. Мерзавец. Подонок. Я его уже всем сердцем ненавижу. Никогда я не соглашусь на его условия. Меня есть кому учить - Дин и Малена, которые особняком держатся. А угрозы лже-жениха о том, что он выдаст меня Айнеху - блеф. Если бы он хотел меня сдать - сдал бы сразу. Раз этого до сих пор не произошло, значит он преследует свои цели, для которых я ему нужна здесь и живая, а не где-то и мертвая.    Из всего этого следует, что мне можно рассчитывать только на Малену и Дина. Хотя и здесь не так все гладко. Сдается мне что эта крепкая дружба лишь видимость. Но они хотя бы не набрасываются на меня и не пытаются поджарить. Надеюсь, что я глубоко ошибаюсь на счет видимости.    --Подруга, вставай! - За раздумьями не заметила, как встала Малена.    Она уже стояла в дверях с полотенцем и халатом.    --Встаю, уже встаю. - Я взяла свои вещи. - Что у нас сегодня по плану?    --Сегодня, - мы вышли в коридор, - две общих лекции по основам целительства, а дальше все по факультетам. - Это плохо. - И вечером будь готова к усиленному штурму твоих сил и извилин. Будем с Дином доводить тебя до нужного уровня.    После этих слова настроение сразу улучшилось. Обучение это то, что мне сейчас очень необходимо.    На обратном пути вспомнился мне один вопрос:    --Мален, а какие взаимоотношения между тобой, Дином и Витором? - Подруга скривилась. - Мы с Дином его... - Пауза. - Стороной обходим.    --Дин его родной брат? - Надо же разобраться в их семействе.    --Да, ты ведь уже заметила какие они разные? - Такое трудно не заметить. - Так вот Дин - копия родителей. Они такие же добрые и прекрасные люди.    Вот, значит, как природа на людях отыгрывается. Над Витором она видимо вообще решила не работать, плюнула на все и сказала: "Да ну его, какой будет - такой будет".    --А ты как же... - Неловко спрашивать, но надо.    --Меня взяла в семью в два года. Они нашли меня около леса, когда возвращались с зачистки.    Взять на заметку выяснить, что у них значит "зачистка".    --Витору на тот момент было четыре, но он уже тогда был злым, хмурым и никогда не играл с нами.    А говорят время меняет людей. Каким родился - таким и остался.    Переодевшись мы пошли на завтрак. Странное дело, столовая - в подвале. Окон нет, стены черные, пол каменный, свет приглушенный. Больше на склеп похоже, чем на столовую. Несмотря на голод, аппетит улетучивается в неизвестном направлении помахав платочком на прощание.    Я ожидала увидеть толпу голодных адептов, на деле же за столами сидели не больше пятнадцати человек.    --А что, у вас здесь питаться не принято? - Не смогла удержаться от вопроса, когда мы сели за стол с подносами в руках.    --Напротив, наши адепты сметают все подчистую, но только ночью.    Что тут скажешь? Другой мир, другие люди, другие порядки и привычки.    Усевшись за стол, я заметила странную еду в тарелках, похожую на дождевых червей, перекрученные мозги, и сырое мясо в одной куче. Прекрасно, теперь аппетит окончательно пропал. Я ковыряла еду в тарелке, пока остальные уплетали ее за обе щеки. Видя, с каким аппетитом они поглощают это, не побоюсь этого слова, чудное блюдо, все же решаюсь попробовать кусочек. Ох, с трудом решаюсь попробовать кусочек, желудок все же кушать хочет. Беру вилкой ту часть, которая похожа на червей, пробую... Пряный вкус, что очень необычно для мясного, сладковатый привкус... Бесподобно! Похоже на тайские фрукты. Все время, пока я завтракала, меня не покидало ощущение, что вот сейчас из кухни выйдет мертвец и скажет, что мы сидим на его фамильном стуле. Неужели хотя бы столовую нельзя было сделать менее мрачной?    Завтракали мы в тишине, только ложки звякали о фарфоровую поверхность тарелок. В конце концов, в столовой осталось семь человек, не включая нас. Четыре девушки и три парня. Выглядели они словно сошли с обложки глянцевого Vogue или Elle. Девушки все с ярким макияжем, распущенными, аккуратно уложенными волосами. В элегантных черных платьях разной длины, украшения, туфли, полный парад. Сразу начинаю чувствовать себя ущербной.    Парни в брюках, классических черных рубашках, у кого-то наглухо застегнутых, у кого-то маняще открыт верх. Волосы у всех длинные, собранные в хвост.    Заметив мой изучающий взгляд, сероглазый шатен соблазнительно улыбнулся, улыбнувшись в ответ, отвернулась, продолжая поглощать что-то великолепное на вкус.    --Девчонки! - Дин с веселой улыбкой направился к нам. - Как дела у моих самых любимых девочек?    Малена увидев Дина встрепенулась, аки птица, глазки заблестели, но выражение лица осталось неизменно надменным. Дин, казалось, не заметил изменений, чел за стол в ожидании ответа.    Я неопределенно пожала плечами. Рассказывать о своих мыслях-снах-домыслах опасно, пока я не уверена что им можно доверять.    --Все как обычно, - Малена со скучающим видом откинулась на спинку стула, - есть какие-нибудь новости, сплетни, слухи?    Было бы не плохо узнать.    --Да, - с довольной улыбкой протянул Дин.    --Ну, не томи. - Подруга придвинулась ближе, я тоже подалась вперед.    Дин повернулся ко мне и игривым тоном:    --А что мне за это будет? - У меня невольно вздернулась бровь.    Малена недовольно толкнула брата в плечо, он сделал вид что ему больно. Схватился за плечо и застонал на всю столовую, корчась от "боли" захрипел:    --За что... За что ты убила меня, сестра? - Он по-детски изобразил обиду, Малена еле заметно улыбнулась. Дин примирительно чмокнул сестру в висок и вновь обратил свое внимание на меня.    Мое внимание было приковано к Малене, у которой в глазах заплясали огоньки, щеки зарумянились... Да тут более серьезные чувства, чем любовь сестры к брату    Заметив мое пристальное внимание, подруга нервно напомнила:    --Ты хотел нам что-то рассказать?    Дин не отрываясь смотрел на меня, по лицу блуждала игривая притягательная улыбка, в серых глазах читался интерес. Отведя взгляд поддержала Малену:    --Да, что ты хотел сказать? - Не удержавшись, добавила:    --Только запомни, раньше гонца, принесшего плохую весть - казнили.    Интерес сменился удивлением и удивлен был не только Дин. Черт. Это ведь в нашем мире в древние времена так было.    --Аа... Я это читала... Где-то... - Надо выкручиваться. - Не помню где. - Что ж вы молчите то... - Эм... Так что там за новости?    Дин молча всматривался в мое лицо, нарушил недолгое молчание:    --Я тут чисто случайно оказался возле кабинета Айнеха, - он наконец-то оторвал от меня свой пристальный взгляд, не на долго, - и услышал один занимательный разговор.    Мы с Маленой придвинулись еще ближе к рассказчику.    --Он на кого-то громко орал, упоминая Савелье, - ох, чую он не благодарностями сыпал, - которая должна была по прибытии предоставить отчет о проделанной работе. - Спокойствие, Лиса, спокойствие.    --А, о какой работе случайно не говорил? - Голос вышел писклявым и нервным.    --Он заявил своему собеседнику, по голосу я его узнать не смог, что та Ирэне Савелье, которая находится в Академии, не та, за кого себя выдает.    Запахло жареным, а я напряглась. То-то я думаю, что Дин так меня разглядывает, а он оказывается подтверждение словам магистра искал. Лиса, играешь - играй до конца. Выбора у тебя нет.    --Что за вздор? - Я неподдельно удивилась. - Как я могу быть не я?    --Тогда скажи нам, Ирэне, о какой работе говорил Айнех?    --Я не помню. - Право слово, мне можно в кино сниматься.    --А если подумать? - Малена вдруг вскинула руку и у нее на ладони замерцал шарик с током, который мне уже довелось увидеть в действии.    Голова чудища стерпела, а меня на исследование ощущений от подобной штуки не тянет.    --Я правда не помню. - Малена чуть опустила руку.    Убеждения в своей невиновности приводят к противоположенному эффекту. Надо действовать резко и в упор.    --Мален, убери игрушку, она ни к чему. - Наглым образом начала я. - Да, у меня было задание, но оно касается только меня и магистра.    Шарик исчез с ее ладони, чему я искренне порадовалась.    --Но, я не помню детали нашего договора, не помню что должна была сделать, и... - пожалею я потом об этих словах, горько пожалею. - С этой проблемой я сама разберусь, хорошо? Только магистр не должен знать о моих проблемах с памятью.    Дин у которого по мере моего признания улыбка стерлась с лица без следа, задумчиво стучал пальцами по столу. Малена по-прежнему держала руку в готовности запустить в меня какой-нибудь дрянью, а я спокойно за ними наблюдала.    Спокойна я была только снаружи, внутри же все кипело, бурлило, ухало, бухало, звенело, гудело... В общем отвратное чувство.    Лиса, так ты еще никогда не лгала. С очередной премьерой тебя, родная.    С ребятами мы этот небольшой конфликт разрешили. В ближайшее время, если опять не всплывет шокирующая подробность из жизни Савелье, должно быть относительно спокойно.    После завтрака у нас были две лекции по основам целительства, на которых я планировала учиться, а не бездумно писать конспект. Планы мои рухнули, только я увидела стремительно приближающегося Витора Гарье. В мыслях начали появляться картины мести. Да, я хотела отомстить за его отношение ко мне и к своей невесте. Я так увлеклась фантазиями, что не заметила, как он подошел и начал что-то шипеть.    --Мистер Лассе, потрудитесь разговаривать со мной в подобающем приличному человеку тоне. - Уверенно оборвала я его шипение.    Нахмурившись, ответил с напускной вежливостью:    --Не соблаговолите ли Вы, мисс Ирэне, уделить мне пару минут Вашего драгоценного внимания? - Все окружающие нас адепты взирали на него в немом шоке.    Малена, пройдя в кабинет раньше меня, угрюмо выглядывала из дверного проема.    Я, гордо расправив плечи, глядя прямо в черно-синие глаза, сказала:    --Нет, мистер Лассен, не соблаговолю. - Повисло гробовое молчание. - У меня есть дела важнее пустых разговоров.    Кажется, кто-то в толпе вымолвил "она труп", но я нарочно не обратила внимания на такое ошибочное утверждение.    Витор гневно схватил мою руку и вознамерился увести подальше от свидетелей, только вот в мои планы это не входило, поэтому я как можно тише, не теряя уверенности, выпалила:    --Пусти меня, Витор, силой ты со мной никогда ничего не решишь.    В ответ он яростно прошипел:    --Значит, война? - Такие кардинальные действия в мои планы не вписывались, но, если русскому бросают вызов - тут, как говорится, сами напросились.    --Война, так война.    Зыркнув напоследок с недобрым прищуром удалился с поля брани.    --Теперь точно, труп. - Все тот же голос из толпы.    --Для трупа я очень даже неплохо выгляжу.    Надо же было достойно закончить представление.    Собственно после этого концерта по заявкам меня не покидали мысли о коварных действиях. Мысленно я уже вывозила против Витора пушки, ядерные установки, танки, артиллерию.    Изредка из моих мечтаний меня вырывала Малена, фразами типа:    --Ты о чем думала? Это же под раздачу все попадут.    --Слушай, Вы хотели ему отомстить за все, я тоже хочу. А теперь и повод есть.    --Да, но такие действия все равно что самоубийство.    Магистр Селнович, добродушная женщина, читающая лекцию о экстренном самолечении, бросала на нас хмурые взгляды.    --Хватит, надо показать ему, что страх не приравнивается к уважению. Пора прекращать диктатуру.    --Адептка Савелье, адептка Гарье! - Прикрикнула магистр Селнович. Мы молча встали. - На какую тему вы столь увлекательно беседуете?    "Решаем вопросы военного характера" хотела было ответить я, вовремя передумала.    --Мы по теме, извините, больше не повторится. - Малена заученно выступила.    --Конечно, отмоете кабинет ядов и зельеварения, и будете впредь молчать на занятиях.    Малена сквасилась. Значит, ничего хорошего в кабинете ядов и зельеварения нет. Больше мы не разговаривали, дабы не заполучить еще один кабинет в наши "умелые" руки.    После целительства Малена меня покинула, отправив на историю.    Историю я всегда любила. Память прошлых поколений - бесценный дар. История неизвестного мира - жизненно необходима.    Лекцию вел профессор Коктипус, седобородый старичок с глазками-бусинками, рассказывал про битву Магионе.    Магионе - принцесса, похищенная Зольдом, жестоким, злым некромантом.    Зольд был из королевского рода, но его семью свергли, лишив возможности править. Он наследовал сильнейший дар - взгляд вечной смерти. Человек, на которого он смотрел в упор и хотел убить, превращался в трупа, который остается в сознание, но при этом не может шевелиться, передвигаться, говорить. Самое ужасное, что может случиться с человеком. Такой дар проявлялся у одного на миллион и считался проклятым. Наследник этого дара тоже считался проклятым, несущим смерть и тьму.    Зольда отвергли все, от него отреклась семья, никто не хотел связывать себя с проклятым. Он начал искать способы снять проклятие, ведь он был не первым и не последним с таким даром. Больше сотни лет потратил он ища спасение от мрака, который неустанно, день за днем, поглощал его душу.    Зольд нашел способ спасения. Кинжал, выкованный Гномами, наделенный самой светлой магией Эльфов, способный избавить от этого проклятия, был у него в руках. Но для ритуала ему нужен был так же и чистый душой и телом маг королевской крови. Именно принцессу Магионе выбрал Зольд для жертвы, которую он должен был принести свету.    Магионе, узнав о его замыслах, согласилась ему помочь. Смелость, достойная не каждого мужчины. Однако семья принцессы не приняла такого самопожертвования, и отправила армию на ее спасение, которого она не желала.    Когда их окружили, Магионе произнесла следующее: "Если вы согласитесь уйти - уйдете отсюда живыми, если нет - отправитесь на кладбище". Никто не внял словам девушки. Разозлившись, она одним взмахом уложила сотню сильнейших магов.    --А что было с Зольдом? - Тонкий девичий голос прозвучал с последних рядов.    --Его поглотила тьма. Магилена очернила свою душу смертью и не смогла провести ритуал.    Захватывающе. Наверняка у Магилены с Зольдом были отношения, иначе как объяснить ее порыв стать жертвой, и гнев во спасение? Не иначе как любовь. Без счастливого конца, но зато имеет место быть. У Ромео и Джульетты тоже конец печальный выдался, но зато чувства были искренними, а отношения, пусть недолгие, но были красивыми. Может, у Зольда с Магиленой было что-то подобное, кто знает...    Вечером Дин и Малена привели меня в кабинет мне незнакомый. На потолке были написаны надписи, похожие на те, что были на стенах холла. Столы сделаны из черного камня, не встречала раньше. Скамьи тоже каменные. Слева, во всю стену, растянут стеллаж, на полках которого в сосудах были... туманы. Именно туманы, разных цветов. Серые, красные, мутно-желтые, белые, синие, бурые, - огромное множество.    Друзья беспощадно измывались над моим умом.    --Рэне, включи мозги, хватит попой думать! Она у тебя бесспорно прекрасная, но мне нужна твоя голова!    Уже даже Дин начал беситься. Малена и вовсе давно в приступе ярости натирала до блеска столы, полы и уже за стены взялась.    --Смотри сюда. - В который раз посмотрела на непонятную мне схему на доске. - Сначала говоришь это, - он ткнул пальцем в закорючки, именуемые буквами, - после делаешь этот жест, - Дин в который раз прочертил воздух зигзагообразно, нарисовал в воздухе каральку, еще один зигзаг, - и закрепляешь отдачей, все просто!    Да, просто, для тех, кто не в танке родился.    Нет, я родилась не в танке, я родилась в бронированном военном автомобиле дедушки, когда он вез мою мать в роддом с полигона, на который она примчалась, чтобы сказать ему, как сильно его любит. Беременных женщин не понять.    Я в сотый раз попыталась сделать то, что Дин с Маленой назвали "кристалл воды". Зачем, спрашивается, мне это надо? Но учителя были непреклонны, аргументировав, что это самое легкое, что только может быть. В общем сто первая попытка провалена, Малена воет, Дин рычит, я невинно смотрю на мучителей, и похоже, мучение - это я.    --Как, как можно это не понять? - Дин отчаянно застонал. - Не могу больше, Мален, иди, твоя очередь.    Малена так зыркнула в мою сторону, показывая, что черта с два она еще возьмется меня учить.    Ладно, раз нет ничего труднее...    Слова, закорючки, сила... Попытка номер сто два. Слова закорючки, сила... Попытка номер сто десять. Слова, закорючки, сила... Попытка номер сто тринадцать. Чертова дюжина. Слова, закорючки, сила, и...    Маленький, размером с горошину, кристаллик воды замер у меня перед глазами. Я, пораженная тем, что у меня получилось, зависла в молчании.    Дин наконец-то улыбнулся, Малена сползла вниз по стене. Магия, это была настоящая магия! С трудом удержалась чтобы не начать прыгать от радости. Ни за что бы не поверила, что я могу так же.    --А, что теперь делать? - Не оставлять же этот кристаллик висеть тут мертвым грузом.    --Ничего. - Дин провел над ним рукой и он осыпался на пол пылью.    Я уселась на стол и взглянула на доску, снова повторив про себя слова, закорючки, сила... вытянув руку вперед начертила в воздухе зигзаг, каральку, еще один зигзаг, и сотворила кристаллик воды, который завис в воздухе напротив моего лица. Молча разглядывала в нем свое отражение, пока кристаллик не упал на пол, оставив от себя мокрую лужицу. Если я не начну стараться, то от меня останется такая же лужа. Это я точно знаю.    --Я еще хочу. - Радость, гор...    --Нет! - В унисон рявкнули учителя. Я насупилась.    --Ну почему? Давайте что-нибудь еще выучим.    --Нет! - Эти двое направились к выходу.    --Ну пожа-а-алуйста... - Я поплелась следом.    --Нет, нет и нет! - Они подождали, пока я выйду из кабинета и захлопнули дверь.    --Почему?    --Дай нам придти в себя. Еще пара таких вечеров и мы свихнемся.    Тоже мне друзья... Я вот учиться хочу, а они... Гады. Но хорошие гады. И пока единственные, кому я могу здесь хоть немного доверять.

Глава 5. Недолго музыка играла...

Время не только расставляет все по местам,

но и раскладывает по рядам.

Георгий Фрумкер

   С Дином мы распрощались далеко за полночь. Он объяснял мне что такое магэн, магический уровень и магический резерв.    На меня накатила усталость, мой мозг уже не особо соображал, но вот что я поняла: магэн - единица измерения магического резерва, который напрямую зависит от магического уровня. Каждое магическое действие измеряется в магэнах. К примеру один кристаллик воды, который я сегодня создала два раза, отнимает один магэн, а шарик, которым в меня собиралась запустить Малена, отнимает три магэн.    У меня, точнее у Ирэне, резерв в сто магэн, тогда как у Малены всего сорок, а у Дина восемьдесят. Друзья отчаянно пытаются объяснить самим себе, как получилось, что резерв Ирэне увеличился в два раза. Лично я даже не могу объяснить откуда у меня вообще магический уровень, магический резерв и магия в целом.    Спать я ложилась довольная и озадаченная одновременно. Довольная результатом многочасового труда в виде кристалла воды, озадачена, собственно, им же. Все-таки трудно поверить в свои магические способности, когда всю жизнь ты лишь читал об этом книги и был уверен, что магии не существует. Если бы мне на Земле кто-нибудь рассказал про подобный мир, я была бы первым человеком, вызвавшим психиатрическую помощь.    За раздумьями провалилась в сон и вновь оказалась на знакомой полянке.    Это прямо напасть какая-то. Третью ночь подряд одно и тоже. И что теперь сидеть и ждать, когда придет "вечный незримый спутник", положит холодную руку на мое плечо, я испугаюсь...    --Ты боишься? - Над полянкой прошелестел уже знакомый голос.    Не ожидала, что она объявится так скоро. Лиса, не бойся, это всего лишь сон.    --Сон? - Насмешливо протянул голос. - Это не сон.    Я медленно опустилась на пенек, посмотрела по сторонам... Никого.    --Ты не можешь меня видеть. - Она что, мои мысли читает?    --Мне не надо их читать, твои мысли - это я.    О, Лиса, можешь расслабиться. Твои мысли тебе ничего не сделают. Это ведь просто мысли, игра воображения, не бо...    --Игра воображения? - Раздался гневный вопрос. - Ты считаешь меня игрой воображения?!    Рокочущий, словно гром, голос окутал все пространство, эхом прозвенел у меня в голове, вызывая невольную дрожь. Вой, которым неизменно сопровождался каждый сон, затих, птицы испугано улетали. Ясное, безоблачное небо заволокли грозовые тучи, закрывая солнце. На полянке вмиг стало темно, холодно и неуютно. Кажется, я ее разозлила.    --Я - то, чего ты должна бояться! - С каждым громыхающим словом небо освещали молнии. - Я - то, что ты должна уважать!    Ливень вмиг намочил мою одежду, вода ручьями текла по полянке образовывая лужи, молнии расчерчивали небо, а тучи, казалось, оседают вниз и вот-вот придавят меня к Земле.    Надо прекращать это буйство природы.    --Я прошу прощения, если обидела, но не могли бы Вы прекратить поливать меня дождем?    Из-за мокрой одежды стало холодно. Зубы застучали, мурашки толпами побежали по телу.    --Прощаю. - Дождь перестал лить, тучи продолжали нависать. -- Смотри внимательно. - Без проблем, знать бы куда смотреть.    Полянка начала преобразовываться, лес исчез, пенек тоже, я шлепнулась на задницу, недовольно фыркнула, вставая на ноги. Огляделась, пытаясь понять, где очутилась.    Полочки, стеклянные шкафы, ящички - все с украшениями, бриллианты, золото, броши, ожерелья, мечи, инкрустированные камнями, гобелены, щиты... Сокровищница.    --Догадливая. - Усмехнулся голос.    Красота, невероятно дорогая, а что-то, скорее всего, вовсе бесценно.    --И зачем мы здесь?    --Ты любой ценой должна попасть в эту сокровищницу.    Так, так... Меня толкают на воровство? Это хоть и другой мир, но кражи нигде не поощряются.    --Прекрати. Твоя законопослушность здесь никому не интересна.    Сесть в тюрьму другого мира... Нет, увольте.    --Хочешь жить - будешь делать, что я говорю.    Ну, допустим, аргумент веский. Что я должна украсть, для чего, для кого?    --Много вопросов задаешь.    Ты хочешь, чтобы я что-то украла из сокровищницы. Безделушки здесь не хранят, значит, это что-то весьма ценное. При этом говорить что это, для чего и для кого оно - не желаешь. Как я тогда, по-твоему, должна это что-то украсть?    --Кинжал. Последний ящик слева. Ты права, он действительно весьма ценный.    Как будто кинжалов на свете мало... Зачем обязательно красть?    --Ты начинаешь меня нервировать. - Раздраженно прошипел голос.    И кто заказчик?    --Это я скажу когда кинжал будет у тебя.    Игра в слепую. Ох, не нравится мне все это. Отказаться я могу?    --Можешь, проживешь еще недельки две.    Почему две?    --Может и одну... Тебя раскроют, Василиса, в этом даже не сомневайся.    Какой тогда смысл воровать?    --Ты меня нервируешь. Если принесешь кинжал - подозрения отпадут. Начни думать головой, а не попой.    Слышала уже где-то эту фразу... Ладно, потом вспомню.    Где находится эта сокровищница?    --Наконец-то, - холодно произнес голос, - я уже думала ты не спросишь. Это, - сокровищница начала растворяться, преобразовываясь в большой дворец из черного камня, с остроконечными пиками башен, витражными окнами... - Дворец Короля Форлыма, ныне правящего.    Что?! Ты издеваешься?! Украсть из Королевской Сокровищницы чистое самоубийство!    --У тебя нет выбора. - Жестко оборвал меня голос.    Мы вновь вернулись на полянку с бабочками, цветочками, солнышком и чувством безысходности.    --Подъем! - Приглушенно донеслось до меня. - Рэне, вставай!    Проснулась я в полете с кровати на пол. Как раз такого пробуждение мне не доставало все это время.    --Айнех тебя убьет, если опоздаешь.    Определенно стоит поторопиться.    Завершив все водные процедуры мы пошли на завтрак, где к нам присоединился Дин.    Выглядел он потрясающе. Серебряные волосы заплетены в тугую косу, черная рубашка с серебряной вышивкой витиеватого узора, узкие брюки... Не одна я затаила дыхание. Девушка за соседним столом вообще как воск расплавилась, стекая на пол безвольной лужей.    --Дин, ты бы девчонок пожалел. - Я сочувствующе посмотрела на адепток. Дин проследил за моим взглядом, улыбнулся и ответил:    --Они привыкли. - Судя по их реакции - нет. - Сегодня встречаемся на том же месте, будем учить тебя программе первого курса.    Первого?    --А можно сразу с третьего? - Малене еда не в то горло пошла, Дин чаем поперхнулся.    Пока я первый освою, потом второй... меня быстрей убьют.    --Я рад твоему желанию учиться, - Дин откашлявшись сипло ответил, - но давай мы не будем так торопиться.    Да, я согласна, все эти закорючки, жесты, потоки и прочее до меня трудно доходят, но это только на данном этапе.    --Может, хотя бы попробуем? - Жалостливо-сочувствующим взглядом Малена смотрела на Дина, Дин обреченно на меня, я радостно улыбалась. - Вот и прекрасно.    Друзья моей радости не разделили, угрюмые, поникшие проводили меня до кабинета и ушли.    Кабинетом это сложно назвать. Скорее зал-кладбище. Никаких могил и крестов здесь не было, зато были трупы. Полуразложившиеся, почти скелеты, просто зеленоватые, недавно умершие... Благо у нас в Академии была практика на местах происшествий и в моргах, вид трупов не пугал. Пугало их положение. Они стояли на одинаковом расстоянии в три ряда по пятнадцать штук. То, что они не двигались несомненно радует, а то что они здесь находятся - огорчает.    --Привет, Ирэне. - Улыбаясь ко мне подошел высокий зеленоглазый брюнет, которого вчера я не видела.    --Привет, - так, и кто это может быть? Малена однажды упоминала Нелина... но он на четвертом курсе. Или здесь и четвертый?    Я оглядела толпу дабы классифицировать на знакомых-незнакомых лиц. Незнакомых оказалось больше, значит четвертый курс тоже здесь. Следуя логики, передо мной сейчас Нелин, лучший друг Савелье.    --Ты где пропадала? - Добродушно улыбнулся парень.    --Я... так это, дела были. - Я улыбнулась в ответ.    --И что, даже не расскажешь какие? - Нелин по-дружески приобнял за плечи.    --Извини, не могу. - Парень кивнул, хотел что-то сказать, но разговор отложили по понятным причинам.    --Разбились на пары и к умертвиям, живо!    Магистр Айнех как всегда добрый. Лицо искажено гневной гримасой, рычащие нотки в голосе, пылающий взгляд. Тьма в человечьем обличие.    Нелин не убирая руки повел меня к ближайшему умертвию. Это был большой грузный мужчина, на вид лет сорока, высокий, метра два ростом. Судя по оттенку кожи, молочно-голубоватый, трупу не больше трех месяцев. Из этого следует, что если он начнет махать кулаками, может и прибить. Все мышцы в полном порядке, внешних повреждений нет. Причина смерти... травма головы. Череп проломлен.    Чисто профессиональный взгляд.    --Сегодня отрабатываете комплекс Харена. - Магистр взглядом пробежался по адептам и остановился на мне. - Для тех, кто не помнит: комплекс Харена включает в себя три последующих заклинания: orthor, hall, metta. Умертвий до непотребного состояния не доводить, иначе заменю их Вами.    Магистр еще раз выразительно глянул на меня, гаркнул "приступаем!" и ушел в конец зала.    Труп ожил, огляделся по сторонам, удостоил нас презрительно-оценивающего взгляда, оскалился и конечно пошел к нам.    Трупы мне доводилось и видеть, и щупать, но узреть ходящего, оскалившегося трупа мне довелось впервые. Честно, я испугалась. Во-первых, я не знаю как выполнять заклинания Хрена... Хаена... Ха... в общем не важно. Во-вторых Нелин, как джентльмен, уступил право первого боя мне. А мне эта его воспитанность сейчас меньше всего нужна.    В общем, когда этот мертвец был уже в паре шагов от меня, я зажмурилась, вытянула руки вперед (женская логика, свято верила, что мои руки его остановят), решила подумать о природе, помирать - так с мыслями о прекрасном, внезапно меня охватил жар. Ну, вот и все, допрыгалась, как говорится. Хлопок! Что-то не ощутила я боли, совсем.    Открыла один глаз, видеть могу, значит жива, второй глаз... Вместо умертвия передо мной было... дерево. Кипарис. Это как это? Я обошла дерево вокруг, потрогала, веточки настоящие, шишки опять же... А куда же тогда...    --Адептка Савелье! - В ухе зазвенело, потому как гаркнули мне прямо в ухо. - Вас привлекает возможность стать подопытным умертвием?!    Я отрицательно помотала головой.    --Тогда за какой тьмой Вы решили наше занятие превратить в урок биологии?!    Я вообще ничего подобного не хотела. Более того, не представляю как такое получилось.    --Магистр Айнех, извините, это случайно вышло. - Я нервно сглотнула.    --Случайно? - Вкрадчиво уточнил магистр.    --Да. - Хорошо, что на нас никто не обращает внимания, все заняты своими умертвиями.    Только Нелин с нейтральным лицом молча взирал на мое творение.    --Убирать это, - магистр указал на дерево, - будете сами, и меня тешит лишь то, что после этого Вы станете лучше контролировать свои действия. Адепт Нарлэн, - он повернулся к другу, - за мной.    Проходя мимо, Нелин ободряюще похлопал меня по плечу. Да, мне определенно сопутствует "удача".    Еще раз обошла Кипарис, придумывая способ его уборки. Поднять не получится, дерево метра два в высоту. Пилы у меня нет, у магистра просить смысла нет, все равно не даст, даже если есть. Значит надо как-то самой его... ликвидировать.    А может, оставить деревце? Вон какое красивое вышло, ярко-зеленое. Зелень она в любом виде полезна, кислород, опять-таки.    Почему-то только сейчас обратила внимание, что здесь очень много света. Огромные окна, потолок... хм, тоже светлый...    --Магистр Айнех, а может здесь оранжерею сделать? - Вылетело быстрее, чем я успела сообразить.    Черт, черт, черт. Где бы языкоприкусыватель взять, чтобы только начала ерунду говорить он бац - и прикусил.    На этот раз на меня внимание обратили все, умертвия тоже. Язык мой - враг мой. Великая поговорка.    --Адептка Савелье, - приторно-спокойным голосом сказал магистр, подходя ко мне. - Вы уверены, что поступили в ту Академию и на тот факультет, который Вам нужен?    Я попятилась от магистра назад, пока спиной не уткнулась в ветки кипариса.    --Я начинаю сомневаться, что Вы боевой маг, а не маг флоры и фауны.    Лучше бы я с цветочками возилась, чем с умертвиями да драконами воевала.    --А теперь без лишних разговоров убирайте эту растительность из зала некромантии, живо! - Все спокойствие улетучилось из его голоса, он быстрым шагом вернулся обратно.    Что ж, мое дело предложить. Между прочим, растениям здесь было бы очень уютно, света много.    И с чего начать? Сама я ствол точно не сломаю, слишком толстый, а вот веточки... Буду по одной отламывать, магистр ведь не уточнял, за какое время мне надо расправиться с кипарисом.    Отломала веточку, пригляделась... Из места разлома сочилась жидкость болотного цвета. Дерево не может дать такой "сок", еще и запах...    Уф, это вонь, самая жуткая вонь. До окружающих запах еще не дошел, но мне же велено было убрать, значит, буду убирать.    Разом отломала несколько веток, по стволу сливаясь в один поток побежала отвратная субстанция, и вот теперь до близ стоящих дошел сей прекрасный аромат.    Адепты сразу сообразили, что источает данную амброзию, не только по жиже на полу, но и по моей коварной ухмылке, с которой я продолжала безжалостно отламывать ветки.    Ждать, пока запах дойдет до магистра, пришлось недолго. Когда его испепеляющий взгляд скользнул по моему лицу, я, честное следовательское, пыталась стереть с лица все коварство, но...    --Адептка Савелье, я вижу Вам нравится этот запах. - Ухмылка на лице магистра тоже стала коварной. Вот и стояли мы, соревнуясь, у кого коварней получится. - В таком случае я предоставлю Вам возможность насладиться им в полной мере.    И уже не глядя на меня, добавил:    --На сегодня всё, свободны!    Адепты не побежали к выходу, они полетели, расталкивая друг друга. До меня донеслись довольные возгласы тех, кто уже выбрался из этой оранжереи, и ругань тех, кто только проталкивался.    Нелин, хвала Богам, встал рядом со мной, ободряюще сжал мою ладонь, и обратился к магистру, который, казалось, уходить не собирался:    --Магистр Айнех, если Вы не против, я останусь с мисс Савелье.    --Я - против. - Магистр сложил руки на груди.    --Он не будет мне помогать. - Сказала я, надеясь, что он мне все-таки поможет.    Магистр хмыкнул, окинул нас насмешливым взглядом, и чеканя шаг удалился из зала.    Вонь очень быстро заполнила весь зал, так что дышать с каждой минутой становилось тяжело.    --Как ты это сделала? - Нелин прикрыл нос рукой, от чего голос вышел гнусавым.    --Не знаю, подумала о растениях, почувствовала жар и... вот. - Теперь мне это дерево не кажется таким красивым.    --Не замечал за тобой такого раньше.    Что-то мне подсказывает, что и сама Ирэне такого не делала.    --Меня больше интересует, как это убрать?    Нелин задумался, обошел кругом кипарис, старательно пытаясь не наступить в отвратную натекшую жижу, лицо его просветлело, явно что-то придумал.    Он начал рисовать в воздухе символ. Там, где он проводил пальцем, будто невидимая нить загоралась огнем, затем сложившийся узор подтолкнул к дереву магическим потоком и оно вспыхнуло пламенем. Синее, зеленое, голубое, желтое, красное... И ужасный тошнотворный запах, который усиливался с каждой секундой, желудок скрутило от тошноты, и я не оборачиваясь помчалась к выходу.    Неприятная ситуация выйдет, если меня стошнит в коридоре. Туалет, как по закону подлости, слишком далеко. Тьма...    В горле уже начал ощущаться ужасный привкус... Не добегу. Уперев взгляд в пол продолжила бежать в сторону туалета, понимая, - еще чуть-чуть и он мне уже не понадобится.    Внезапно я во что-то, или в кого-то врезалась и меня прорвало. Боже, как это ужасно. А еще ужасней осознавать, что тебя только что стошнило на чьи-то ботинки.    --И я тебя безумно рад видеть. - Брезгливо произнес кто-то.    Согнувшись пополам лица не увидишь, и меня это даже радовало. Перспектива приветствовать жертву моего завтрака тоже не радует. Не поднимая головы, пытаясь унять второй позыв, села на холодный каменный пол, привалившись к стене.    --Так меня еще никто не встречал.    Тогда с премьерой тебя... Витор. Я подняла глаза и поняла - не ошиблась. Боги, за что Вы так со мной? В чем я провинилась? Уткнувшись лбом в колени не смогла сдержать разочарованный вздох.    Почему именно он шел по коридору? Почему именно в этот момент? Почему не отошел с моего пути? Почему-у-у...    Подняла глаза, в надежде, что он ушел, - стоит. Ботинки, кстати сказать, уже чистые, рядом тоже ничего, будто тут никто только что не рыгал.    --Долго собираешься сидеть на каменном полу? - Молчу. - Не холодно, нет?    Молчу, ничего не говорю. Вообще у нас война, а на войне с врагами не говорят, разве что пытают.    --Значит, говорить не хочешь? - А голосок добрый-добрый, чую, ох чую я сейчас что-то будет. - Тогда читай.    Он протянул мне свиток, взяла, не говоря ни слова. Печать разломана, значит сам уже читал. Красивым, размашистым почерком, написано:    "Ирэне, дорогая, я соскучилась. Почему не отвечаешь на наши письма? Мы с отцом волнуемся. Сегодня же чтобы явилась домой! Витора бери с собой, негоже жениха без присмотра оставлять. Они, мужики, такие. Чуть не углядишь, он, кобелина, уже служанке юбку задирает!"    Я хихикнула, читаю дальше:    "Тут на днях, представляешь, захожу на кухню, а отец твой, кобелюка, сидит, пирожки кухарки нахваливает. Я то знаю, что за "пирожки" он ей нахваливал!    Что-то я отвлеклась. Ах, да, сегодня, я с ректором уже договорилась, он вам переход откроет, в 18:00, и чтобы без разговоров! Ты меня знаешь, я повторять два раза не люблю.    Целуем тебя, твои мама и кобелюка проклятый."    Высокие отношения, что тут еще скажешь.    Вот я все поняла, кроме одного: какого черта со мной должен быть Витор?    --Мистер Лассен, Вы прекрасно знаете, что я не могу сейчас явиться к родителям. - Сидя на полу под его пристальным взглядом, ощутила себя тараканом, который пискнул, а права голоса на это не имел, и его начинают тапком, тапком.    Меня рывком подняли на ноги.    --Назовешь меня при родителях "мистер Лассен" - убью. - Не впечатлила меня эта угроза.    --Кобелюка проклятый, - сам просил, - так лучше?    Он до боли сжал мою руку выше локтя, синяк будет. Только гордость и у меня есть.    --Руку отпусти, - прорычала я, он медленно, нехотя, но отпустил, - Еще раз так сделаешь - будешь до скончания веков кипарисом.    --Кем? - Опешил Витор.    --Дерево такое. Опыт у меня уже есть. Оно в роли жениха и то лучше смотреться будет. - Перегнула немного... А с другой стороны, он первый начал.    Лицо лже-жениха исказилось в недобром оскале:    --Я ведь могу тебя и одну оставить, только вот объяснять любимому папочке и дорогой мамочке, почему ты расторгла помолвку - будешь сама. И я не думаю, что их обрадует эта новость.    --Разве родители не за счастье дочери? - Лицо его стало еще более самодовольным.    --Тогда объяснишь им, как так получилось, что их дочь - вовсе не та, кого они любят и ждут.    Удар ниже пояса. Шантаж чистой воды. Может ударить его? Нет, таким что в лоб, что по лбу.    --Будь готова к шести, я за тобой зайду. - И скрылся с глаз моих.    У меня снова нет выбора! Этот наглый, самовлюбленный эгоист меня шантажирует!    Я пошла обратно в зал, посмотреть, как там Нелин, а на пути моем стоял магистр Айнех. Воистину: беда не приходит одна.   

Глава 6. "Скелеты" в шкафу

Разум покидает меня,

чувствую, пьяная я...

Автор

   Вздохнула, смирилась с неизбежным и отправилась к магистру. Сердце бешено стучит, в коридорах - никого, чего ожидать от магистра - только ему известно. Хочу сквозь землю провалиться и не знать, чего ему еще от меня надо.    --Адептка Савелье, напомните мне, за какие заслуги я оставил Вас в зале? - Не к добру такие вопросы, а тон прям сама доброта.    --За то что я случайно сделала из умертвия дерево.    --Вот именно, ВЫ сделали. - "Вы" он по-особенному выделил. - Сделали ВЫ, а убирает адепт Нарлэн. Не справедливо, я считаю. Вы согласны со мной?    Отчасти да, но разве могу я это сказать Вам? Могу, и получу какое-нибудь изощренное наказание.    --Я полностью согласна с Вами, магистр. - Он, как мне показалось, удивился. По его каменному лицу вообще сложно что-либо понять, но удивление было.    --Прекрасно. Тогда я готов услышать занимательную историю о Вашем местоположение здесь, а не в зале.    Историю? Занимательную? Да что ж мне истории какой жалко?    --Значит, дело было так: Вы ушли, мне стало плохо, если говорить точнее, меня затошнило. Я побежала в туалет, поняла, - не добегу, но я старалась. Потом я врезалась в мистера Лассена и больше не могла сдерживать позыв природы. В итоге его ноги оказались в...    --Хватит. - Оборвал меня магистр. - Достаточно.    --Вы просили историю - я рассказала.    --Савелье, - начал он вкрадчивым голоском, - как Вы умертвие превратили в дерево?    Как? Сама не знаю. Пересказала ему все, что чувствовала и что делала. Магистр молча слушал, задумчиво потирая подбородок.    --Вот так и получилось. - Закончила я рассказ, магистр молчал. - Я пойду наверно, а то там Нелин один...    --Там уже без Вас все убрали.    Ну, раз так... Стоп! А чего тогда магистр прицепился ко мне, если уже все убрано?    --Магистр, а...    --Свободна, Савелье! - Отрезал он и удалился.    Если бы я была свободна... А так я в заточении, в чужом мире, чужой Академии и на чужом месте.    Остальные занятия прошли незаметно. Я не заметила ни сами занятия, ни то о чем они и что там говорили тоже не заметила. Я все думала об умертвии. Не конкретно о нем, а о том что с ним стало. Во-первых, я не понимаю, как это произошло. Кристаллик воды создала с трудом, а тут сразу дерево, да еще из трупа! Во-вторых, реакция Нелина и Айнеха. Они, как один, спросили как я это сделала. Ладно Нелин, но магистр наверняка сам должен в таких вопросах разбираться, а не у адептки спрашивать. В общем, не нравится мне их реакция.    Разобраться бы с этим вопросом, но родители! И приспичило им прямо сейчас дочь свою ненаглядную увидеть. Я своих родителей тоже с радостью увидела бы, а никак.    Обучение мое колом встанет, а времени и так мало...    Малена с Дином уже ждали меня в комнате. Дин как обычно с улыбкой на лице, Малена как обычно серьезна.    --Ребят, - начала я с порога, - обучение придется отложить.    --Почему? - Последовал от друга логичный вопрос. Я решила, что лучшим ответом будет письмо и протянула сжимаемый в руке свиток.    Малена подсунула голову сбоку, пробежала глазами по тексту и прыснула со смеху.    --Миссис Делани в своем репертуаре. - Посмеялась подруга. Дин весело улыбаясь, скрутил свиток и вернул мне со словами:    --Готовься к встрече с родственниками, тут без вариантов.    --Да, - согласилась с ним подруга, - а если сама не придешь, миссис Делани как в прошлый раз явится лично, при всех отчитает, и показательно за ручку в переход отправит. - Малена хихикнула, вспомнив прибытие матери Ирэне.    Без вариантов, так без вариантов. Напрягает, что Витор со мной будет, и не просто так, а в качестве жениха, в остальном перспектива увидеть этот мир за стенами Академии, безусловно, радует.    Дин с нами сидел недолго. Сказал, что они со своим курсом решили попойку устроить, Айнеха позлить, и ушел.    Малена осталась со мной до конца.    Вещи я собрала быстро. Не думаю, что мы задержимся там дольше двух дней. Привычка всегда брать с собой только самое необходимое сохранилась, в результате у меня в сумке лежало одно платье, спортивные брюки, футболка и пижама, гигиенические принадлежности, разумеется, тоже.    Подруга за мной все это время скептически наблюдала.    --Я бы на твоем месте платьев побольше, да понарядней, брала.    --Зачем? Мы ведь на пару дней едем.    --Рэне, твоя мать - ходячий фейерверк, ты думаешь, у вас будут тихие семейные вечера? - Я кивнула, Малена фыркнула, вытряхнула все сложенные вещи из сумки, достала из шкафа груду платьев, еще парочку из своего отдела прихватила. - Вот! Складывай, за тобой сейчас конвой придет.    Конвоем она Витора назвала, ему очень даже подходит.    Интересно, что Малена имела в виду под "ходячим фейерверком"? Надеюсь, нам там не свадьбу устроить собрались, а то, клянусь, сбегу, куда глаза глядят.    Стук в дверь отвлек меня от подготовки плана побега.    --Конвой прибыл! - Малена открыла дверь и нарочито громко оповестила меня, будто я в соседней комнате нахожусь. Витор скривился, удостоил подругу гневным взглядом, после чего внимание его переключилось на меня.    --Ты готова? - Кивнула. - Тогда пошли, ректор ждет.    Малена на прощание шепнула "удачи" и захлопнула дверь за нашими спинами.    До кабинета ректора шли молча. Я взглядом буравила затылок Витора. Тоже мне, мужик называется, даже сумку у дамы не потрудился взять! А она, между прочим, после сгруженных Маленой платьев, заметно отяжелела.    Вот не понимаю я, что в нем Ирэне нашла? Это ведь ужас, летящий на крыльях ночи, приправленный эгоизмом, самолюбием, садизмом. Этакий микс плохих качеств.    Перед дверью Витор резко остановился,  я едва не врезалась ему в спину, успев затормозить. Он обернулся ко мне, и небрежно приказал:    --Дай руку. - Вот те раз.    --Зачем? - Я на всякий случай сделала пару шагов назад.    --Оторвать хочу. - Саркастично известил меня конвоир.    Я спрятала руки за спину, с сумкой это было сделать сложно. Витор грубо схватил мою правую руку, в руке его блеснуло что-то похожее на золото.    --Не смей! - Сорвалась на крик, пытаясь вырвать руку из его цепких лап.    --Не дергайся. - Рыкнул он, не обратив никакого внимания на мой крик и сопротивление.    На средний палец правой руки скользнуло холодное кольцо.    --Сволочь. - Прошипела я, выдирая руку. Витор бросил на меня безразличный взгляд и открыл дверь.    Кабинет, в который мы зашли, я узнала сразу. Именно сюда я попала из своей квартиры. За столом сидел тот же мужчина.    Низкорослый, полноватый, нос картошкой, залысина блестит, глаза сверкают. Правда сверкают, алыми всполохами.    --Лорд Ханеш. - Витор отвесил легкий поклон, который лорд оставил без внимания. Его взгляд был прикован ко мне, рот изогнулся в гаденькой ухмылке.    --Адептка Савелье, я надеюсь, Вы помните про турнир и не пренебрегаете тренировками? - На что он рассчитывал, когда говорил это с такой гримасой?    --Лорд Ханеш, я искренне не понимаю Вашего ироничного тона. - Ухмылка с его лица стерлась, я продолжила:    --Если Вас не устраивает мое участие в турнире - я откажусь от такой чести. Замените меня другим адептом и не будет никаких проблем.    По крайней мере я облегчу свое существование.    --Нам пора. - Витор резче, чем следовало, дернул меня в сторону шкафа, выразительно глянул на ректора, который недовольно щурился поджав губы. Тот кивнул и меня повели прямо на шкаф с книгами. Об такой лбом стукнешься - сотрясение получишь. Витора сей факт не пугал.    Вопреки моим опасениям, шкаф сменился уютной гостиной. Слева от нас горел камин, поленья мирно потрескивали, отдавая тепло. Рядом с камином расположились два плетеных кресла. Справа от нас большая арка, увитая цветами. Окон нет, на стенах красуются портреты, скорее всего членов семьи, а перед нами стояли... как раз эти члены семьи.    Женщина, на вид лет тридцати, с копной рыжих волос, невероятно стройная и подтянутая, в красном атласном платье в пол.    Мужчина, примерно того же возраста, широкоплечий, темноволосый красавец, в легкой черной рубашке с расстегнутым верхом и черных брюках.    --Ирэночка, дорогая моя, - рыжеволосая нимфа заключила меня в крепкие объятия, - я так по тебе соскучилась.    --Эм... да, мам, я тоже скучала.    --Делани, задушишь ребенка. - Бархатистым голосом засмеялся "папа".    --Иди, обними папочку. - Голосом, не терпящим возражений сказала "мама".    На ватных ногах подошла к отцу, слыша за спиной щебетание "мамы" с лже-зятем.    --Ну, как ты? - Ласково спросил меня "папа", обнимая за плечи. А я вдруг ощутила себя как дома.    Будто это вовсе не чужие люди, а мои родные мама и папа. Тепло разлилось по телу, улыбка сама собой расцвела на лице. Не могу объяснить эти чувства, но... впервые, за все время пребывания в этом мире, я почувствовала себя в "своей тарелке".    --Ирэне? - Мягкий голос отца вырвал из раздумий.    --Все хорошо, пап. - Он недоверчиво на меня посмотрел. - Правда, все хорошо.    И ведь я не обманула. Мне сейчас так хорошо, даже не верится, что это со мной происходит.    Я отстранилась от отца, обернулась и чуть не упала. Ноги подкосились. Если бы не папа, сидеть мне на полу. Причиной этому послужил Витор.    Он с радушной улыбкой мило беседовал с мамой. С лица его исчезла всякая злость, ни молекулы от нее, ни единого намека на прежнего, обычного Витора.    Значит, хороший актер... Ну ничего, я сниму с тебя эту добродушную личину, желательно при массе свидетелей, чтобы не отвертелся.    --Ирэне, - мама обратила свой взор на меня, - нам пора. Мужчины, не скучайте. - Она чмокнула отца в щеку и повела меня к выходу.    --Нас уже ждут портнихи, надо успеть подготовиться.    Мы шли через длинный, широкий каменный коридор. На полу расставлены горшки с цветами, на стенах висят картины, канделябры. Местами стоят искусно сделанные скамьи из камня, с множеством мягких подушечек.    --Сегодня вечером устраиваем небольшой званый ужин, мы должны шикарно выглядеть.    В голове всплыли слова Малены "Рэне, твоя мать - ходячий фейерверк", я поспешила уточнить:    --Небольшой званый ужин на сколько человек? - Мама недовольно скосила на меня глаза.    --Ох, Ирэне, ты не меняешься. - Она укоризненно покачала головой. - Скромный ужин в кругу друзей.    Скромный ужин... Именно эта фраза заставляет усомниться в достоверности предоставленной информации.    Шустро поднявшись по лестнице на второй этаж, коридор которого ничем не отличался от первого, зашли в крайнюю дверь, где нас ждали три дамы среднего возраста. Тут же стояли три швейных машинки, лежали рулоны различных тканей.    --Лэри, - обратилась мать к белокурой женщине, сидящей возле окна, - Ирэне надо сделать что-то такое, чтобы ее жених голову потерял.    Не знаю как голову, а дар речи я чуть не потеряла.    --Мам... - Попыталась я возразить, но меня не терпящим пререканий тоном оборвали:    --Ирэночка, послушай маму, я знаю, что делать. Я твоего отца обворожила, а за ним, между прочим, половина девиц Королевства бегала.    Но я то за Витором не бегаю! И вообще, пусть за ним хоть рота полуголых барышень гоняется, мне все равно.    --Мам...    --Рэне! - Меня снова оборвали. - Не спорь с матерью.    И начался ад. Меня крутили, вертели, замеряли, измеряли, раздевали, одевали, снова измеряли, подшивали, перешивали...    Мать сидела в кресле с кружкой ароматного чая и давала указания "здесь перешить", "там ушить", "подол укоротить", "вырез глубже", "разрез больше". Все мои попытки высказать свое мнение оканчивались провалом. Коронная фраза "мамочка лучше знает" у мамы явно заела, поэтому я покорно замолчала, позволяя крутить меня как им надо.    Через два часа адского пошива мои ноги отказывались стоять, крутиться и вертеться. А радостное "Госпожа, платье готово" я встретила облегченным вздохом, падая на диван. Мать мое падение не обрадовало.    --Вставай, надо примерить.    Я хмыкнула, закатив глаза. Почему нельзя просто надеть одно из имеющихся платьев? Я успела раз десять проклясть вечерний скромный ужин в кругу друзей.    Меня подняли на ноги и помогли натянуть платье через голову. Мягкая шифоновая ткань щекотала кожу. Как только платье село, все разом ахнули, восторженно глядя на меня. Мама даже смахнула слезу. Я поспешила к зеркалу и обомлела.    Жгуче-красное платье смотрелось невероятно прекрасно. Прозрачный шифон оголял ноги, спину и бока. Две широкие полоски красного шелка закрывали грудь и живот, застегиваясь на шее. Декольте слишком глубокое, плечи полностью открыты. Небольшая полоса шелка закрывает то, что должна закрывать, но стоит сделать неловкое движение - белье напоказ.    По длине платье превосходит мой рост, а струящийся шифон при ходьбе облепляет ноги, так что упасть мне труда не составит.    Признаться, такого я еще не носила, и ни за что не надела, если бы не мама и этот званый ужин.    --Ты прекрасна! - Мама протянула мне ожерелье и браслет. - Надень.    Ажурное колье из белого золота повторяет морозные узоры венецианского кружева, сверкающее россыпью драгоценных камней, мягко ложится на кожу, невесомо следуя за малейшим движением. "Кисточка" из бриллиантов и жемчуга плавно опустилась в ложбинку между грудей, невольно концентрируя на ней все внимание.    Браслет причудливыми волнами из белого золота с вкраплениями бриллиантов обрамляет запястье, подчеркивая изящность руки.    О, Боги, я никогда не была такой красивой, женственной... сексуальной.    --Мам, спасибо... - Голос пропал, вышел лишь тихий шепот. Женщина улыбнулась доброй материнской улыбкой и заключила меня в объятие.    Портнихи ахали, вздыхали, разглядывая меня со всех сторон, любуясь творением рук своих.    --Так, снимай платье, нам еще надо успеть сделать кучу масок для лица и тела, чтобы вечером затмить всех.    Мама вернулась в кресло, а я поплелась переодеваться. Для меня сейчас лучшей маской для всего тела будет сон, только разве дадут мне поспать?    --Ирэночка, пошевеливайся, дорогая. - Мама бодро прошагала к двери, и теперь взирала на меня с нетерпением.    --Мам, я уже проголодалась. - Желудок недовольно бурчал, напоминая, что он пуст.    --И ты молчала? - Она укоризненно покачала головой. - Ускорься, иначе косметические процедуры будут проходить на бегу, а я этого терпеть не могу.    Мама вышла за дверь, а я, закатив глаза, на ватных ногах поплелась за ней. Даже после тренировок в Академии МВД, я была менее вымотана, чем сейчас.    Сколько еще можно меня мучить? И не надо говорить мне, что красота требует жертв! По-моему и платья достаточно, чтобы все ахнули от восторга и слюни пустили, и даже Витор... Кстати, о Виторе, интересно будет посмотреть на выражение его лица.    Ухмыльнувшись, я прошла вслед за мамой на кухню. Печи, котелки, ножи на стенах, разделочные доски, - все, как на обычной кухне.    --Сили! - На зов мамы из соседнего помещения выбежала полноватая женщина, в переднике, колпаке, спешно вытирая руки о полотенце.    --Да-да, Госпожа, что желаете?    --Сили, накройте нам на двоих на террасе. И принесите, - мама глянула на меня, - что-нибудь легкое, да побыстрей. Мы спешим.    --Конечно, сию минуту. - Кухарка убежала, на ходу давая указания, меня же повели вон из кухни, в коридор, который мне уже довелось видеть.    Мы пару раз свернули в переходах, завернули в неприметный закуток, и я почувствовала свежий, морской воздух.    Вышли мы на небольшую, полукруглую террасу, освещенную небольшими светящимися шариками. Массивные каменные перила увиты цветами. Солнце уже село за горизонт, так что разглядеть весь пейзаж не смогла.    В центре террасы уже был накрыт круглый стол, на котором горели свечи. Я, не чувствуя ног, упала на мягкие подушки, лежащие на стуле.    --Ирэне, девочка моя, расскажи маме, как у вас с Витором дела? Почему он тобой недоволен?    Что?! Он мной недоволен?! Да какое он имеет право...    --Чем же он недоволен? - Как можно более спокойно спросила я.    --Он сказал, что ты мало уделяешь ему внимания, повышаешь голос, странно себя ведешь...    Это я странно себя веду? Да он меня чуть не задушил! И с какой такой радости я должна уделять ему внимание?!    --Ирэночка, позволь маме тебе кое-что объяснить. - Витор, я готова убить тебя только за этот разговор. - Мужчины, они как пластилин. Чем больше ты его согреваешь, тем он мягче и податливей.    Витор, ты - труп.    --Твой отец тоже непрост. Ему надо власти, он хочет командовать, но, ты же знаешь, как я не люблю когда мной командуют. - Моя месть будет жестокой. - Именно поэтому я создаю для него видимость. Он думает, что я в его власти, а я просто ему подыгрываю, вовремя переводя тему на более приятную, либо веду его в спальню.    Наверно, щеки мои покраснели, потому следующей репликой было:    --Ну, дорогая, ты уже взрослая девочка, должна понимать.    Надо заканчивать этот разговор.    --Да, мам, я все понимаю, но Витор мне не муж.    --А я не говорю тебе прыгать к нему в постель, более того запрещаю это делать до свадьбы. Но он твой жених, и хочет элементарной ласки и нежности.    Сволочь! Ненавижу тебя, Витор, всем сердцем!    --Мам, я ценю твою заботу, но позволь нам самим разобраться в наших отношениях.    Повисло неловкое молчание. Благо в этот момент нам принесли еду. Воспользовавшись моментом уткнулась в тарелку.    "Что-нибудь легкое" - салат, похожий на наш "Греческий".    Периферийным зрением обратила внимание, что мама не двигается. Черт. Похоже, я ее обидела, а я этого вообще не хотела.    --Мамуль, - я подняла глаза, - прости пожалуйста, я не хотела обидеть. Просто... - Как бы сказать. - У нас непростые отношения с Витором, и я хочу сама в них разобраться.    А еще лучше убить одного гада, и тогда на сотню проблем станет меньше.    --Конечно, - мама снисходительно улыбнулась, - только имей в виду, ты всегда можешь со мной посоветоваться.    Я улыбнулась и вернулась к салату. Не хватало мне из-за этого... этого... в общем, из-за Витора, ссориться с мамой.    Ой, я даже не замечаю, как называю ее мамой. И мне... это нравится. Да простит меня моя мама.    После легкого ужина меня повели в соседнее крыло этого замка. Нет, я еще не видела его снаружи, но могу представить, что это нечто огромное, красивое и производит впечатление.    Встречали нас две молодые девушки, похожие на русалок. Длинные, чуть зеленоватые волосы, украшенные ракушками, закрывали спину и грудь. Кожа поблескивает в отсветах светящихся шаров, словно чешуя, только вместо хвоста - ноги. А голоса, словно журчание воды, заслушаться можно.    Дерке и Сели, любезные русалки, сначала отправили нас в мини-бассейн с горячим молоком, ощущения, хочу сказать, очень приятные. После молока в такую же "ванну", только с зеленоватой жидкостью, ощущения смешанные. Последней инстанцией была обычная вода, но с цветами. Я таких цветов никогда не видела, поэтому названия не знаю.    После обычной воды нас заворачивали в водоросли, потом натирали соком неизвестных мне фруктов, но очень ароматных, и на этом оставили в покое. В относительном покое. Принялись за волосы.    Что-то втирали, чем-то мазали, мыли, сушили, снова мазали.    Мама испытывала наслаждение, у нее все было написано на лице. Я в свою очередь тоже позволила себе расслабиться и испытать все прелести от, названных мной SPA, процедур.    Последним на очереди был массаж. В итоге окончательно разомлевшей мне вставать с кушетки не хотелось совсем. И вообще я уже мысленно послала званый ужин ко всем чертям, устроилась поудобней, и даже провалилась в легкую дрему... но:    --Ирэночка, вставай, спать будешь потом, - даже глаза открывать не стала, притворюсь глубоко спящей, ничего не слышащий, - дорогая, ты ведь знаешь, что я могу тебя в зал прямо в таком виде отправить.    Аргумент, но не на столько веский, чтобы я забыла про столь желанный сон.    --Рэне! - Рявкнули мне в ухо. - Вставай, сейчас же!    Меня могут просто оставить в покое? Я не хочу никаких вечеров, ужинов, кругов друзей. Тем более, там будет Витор.    Витор... Если я не пойду, кто будет портить ему вечер, мстить и в конце концов, кто будет срывать с него маску "сама доброта"? Я! Ради такого можно и сон отложить.    Бодро подскочив, ну, мне так показалось, натянула легкую улыбку... Чую, оскал получился.    Повели нас к местным стилистам.    Полчаса мои волосы сбрызгивали пахнущей карамелью жидкостью, заплетали, расплетали. Лицо мое неустанно мазали разной косметикой.    В результате я увидела в зеркале голливудскую звезду. Серьезно, очень похожа. Хоть сейчас на красную дорожку.    Макияж яркий: черным подведены глаза, на щеках румяна, губы ярко-красные. Волосы оставили распущенными, мягкими локонами спадать на плечи.    Увидь меня дед с таким марафетом, собственноручно в таз с водой пару раз окунул бы.    Мама, к слову, выглядела не менее шикарно. Копна рыжих волос, как и у меня уложена волнами, макияж подчеркивает природную рыжину. Ох, не удивительно, что папа из всей толпы бегающих за ним девиц, выделил именно ее.    Платья нас дожидались прямо здесь. У мамы оно было из шелка, цвета баклажана, чем еще больше заостряло внимание на рыжих волосах. Декольте отсутствовало, зато оголена спина, и разрез до бедра у платья в пол выглядит потрясно.    Я же себя в платье ощутила развратной и легкомысленной. Одно дело его просто мерить, в присутствии портних, которые тебя уже и так полуголой видели. А другое дело осознавать, что именно в этом платье ты сейчас выйдешь к незнакомым людям.    --Мам, - протянула я. Она заметила мою запоздалую реакцию и пресекла все попытки к побегу:    --Ирэне, ты прекрасно выглядишь, и даже не думай смущаться.    Смущение - не то слово. Стыд лучше описывает мое состояние.    Дальнейшие попытки переодеться были восприняты воинственно, и в зал меня вели под тщательным, неусыпным наблюдением, чтобы я ни в коем случае нигде не переоделась.    Мама грациозно шагала впереди меня, покачивая бедрами, лучезарно улыбаясь всем, кто попадался на пути. Впереди я заметила широкий дверной проем, через который спокойно могли пройти десять человек в ряд. Приглушенно звучала музыка, дамы и господа то выходили, то заходили, и у меня закралось нехорошее подозрения относительно "скромного семейного ужина в кругу друзей", что он вовсе нескромный, а круг друзей довольно широк.    Подозрения, на мою несчастную голову, полностью оправдались, когда мы застыли в дверном проеме необъятного зала.    Зал действительно поражал своими размерами. Огромная люстра - первое, что бросилось в глаза. Множество золотых цепей со светящимися шарами, переплетались под потолком в причудливую паутинку, накрывая куполом все пространство. Отблеск света в белом камне придавал ощущение чего-то волшебного. Казалось, воздух мерцает. Не обошлось здесь и без цветов, которыми были украшены столы. Сами столы скромно расположены по периметру зала, оставляя основное пространство свободным для танцев.    --Ирэне! - Шикнула на меня мать, дергая за руку. - Ты чего застыла?! Поприветствуй гостей!    Я? Так я... но... Да я даже речь не готовила! Калейдоскоп эмоций отразился на моем лице, мать вздохнула, улыбнулась королевской улыбкой, повернувшись к залу хорошо поставленным голосом начала:    --Дамы и Господа! Мы рады приветствовать вас в нашем доме, на этом скромном балу. - Да уж, никогда бы не подумала, что это называется "скромный бал". - Сегодня, в этот замечательный вечер, мы искренне верим, что каждый из вас, кто еще не нашел свою вторую половинку - ее встретит, а тот, кто уже обрел свое счастье - укрепит его!    Все дружно зааплодировали, а это было кому сделать. В зале, по моим примерным подсчетам, сейчас находится больше 50 человек.    --Я прошу простить мою дочь, она немного волнуется, поэтому от имени нас двоих объявляю бал открытым!    Аплодисменты повторились, к нам начали подходить здороваться, кланяться, говорили комплименты, раздевали меня глазами. Хотя куда уж больше, если уже почти все открыто. После десятого "благодарного мужчины" я начала нервничать. Где папа? Почему его здесь нет? Я искренне захотела чтобы он увел маму. Ибо обращались все к ней, а смотрели на меня. Исчезнет причина - исчезнет проблема.    А может, самой уйти? Как же, мои попытки отойти в сторону будут восприняты как побег, тогда меня уже никто не спасет, и буду я ходить вслед за мамочкой.    Однако, все оказалось не так плохо. Мама сама отправила меня, сказав, чтобы я нашла Витора, потанцевала, выпила, в общем, чтобы хорошо провела время.    За всем этим про Витора я совсем забыла, но искать его точно не собираюсь. Перекусить не помешает, на счет выпить сомневаюсь. К подобным подвигам не тянет. В свои 23 года пить я так и не научилась.    До столов я пробиралась исключительно вдоль стеночки. Матушка позаботилась о через чур высоких каблуках. То что подол платья при ходьбе опутывает мои ноги ее не взволновал, я лишь услышала "дорогая, будь осторожней". Вот я и шла, осторожно, вдоль стеночки. Осталось обойти последнюю вазу с цветами, и желаемая цель "стол с бутербродами" - достигнута. Но! Как всегда, появляется "но". И возникает непреодолимое желание засунуть это "но" поглубже тому, кто стал этим "но"... Но я ведь леди.    --Помочь? - Этот безразличный голос я из тысячи даже во сне узнаю, чтобы не дай Тьма проснуться. Вот, я уже начала выражаться здешним языком.    --Витор, будь любезен, - вежливо начала я, - засунь свою напускную вежливость себе куда... А куда сам пожелаешь, туда и засунь.    И не обратив больше на него ни единого взора, таки преодолела препятствие в виде вазы, до стола осталась всего пара шагов...    --Ирэне, не дерзи будущему мужу. - Тихим голосом с нотками злости поучил меня "жених". Лицо же его выражало радушие.    --Что-то не вижу я здесь ни мужа, ни жениха, ни даже любовника. - Я подошла к столу, со спокойствием удава принялась накладывать на тарелку маленькие бутербродики. Ощутив рядом гневно сопящее тело, закончила свою пламенную речь невинной просьбой:    --Ты коли знаешь хоть одного из них, адресом поделись, а? Уж больно одиноко душеньке девичьей.    Честно, не знаю, что на меня нашло, но так мне понравилось ему дерзить да хамить, ни пером описать, ни словом рассказать, как!    Закончив сооружать пирамидку из бутербродиков, оглядела зал в поисках чего-нибудь мягкого. Заприметила каменную лавочку с ворохом подушек, и прямиком к ней отправилась.    По пути ловила на себе заинтересованные взгляды, после чего эти взгляды падали куда-то мне за спину и сменялись безразличными. Меня это ничуть не расстраивало, даже наоборот, радовало.    Добравшись до скамейки, садиться я не спешила. Аккуратно водрузив тарелку на подлокотник, благо довольно широкий, я начала сгребать все подушки в одну кучу, догадываясь, кого все видели за моей спиной. Подушки упорно не хотели помещаться на одном небольшом пяточке, но мы, русские, народ находчивый. Те подушечки, которые не желали умещаться с остальными, были отправлены на пол, под лавочку. Да, по-детски, зато четко дает понять, что желающему умоститься рядом - здесь не рады.    Моя "тень", глядя на мои действия, не проронил ни слова. Я лишь ощущала пристальный недобрый взгляд, но мне это дискомфорта не доставило. Наоборот, внутренне порадовалась, что его так легко вывести из эмоционального равновесия.    Закончив с раскладкой подушек, села, по-прежнему не реагируя на лже-жениха. Подушек многовато, однако. Я то и дело соскальзывала то в одну, то в другую сторону. Пусть думают, что это задумка у меня такая.    Витор не двигаясь молча на меня смотрел изучающим взглядом. Задержавшись на ногах, обозрение коих не создавало препятствий. На миг показался странный интерес в его глазах... Вот уж кто-кто, а ты мои ноги уже видел!    --Мистер Лассен, - окликнула я его. Он незаметно для других вздрогнул от неожиданности, поднимая взгляд. - Не кажется ли Вам, мистер Лассен, что Вы излишне пристальное внимание уделяете моим ногам?    Я ожидала гнева, ярости, исказившегося от злости лица, чего угодно, только не этого.    С завидным спокойствием Витор провел рукой над свободным рядом местом, камень мигнул красноватым светом, он сел и приторно-ласковым голосом молвил:    --Дорогая, я твой жених. И я именно тот единственный мужчина, который сколь угодно долго может смотреть и на твои ноги, и на твою грудь, и на все остальные, не менее привлекательные части тела.    У меня начался внутренний мондраж. Нет, сейчас, в зале, где полно народа, он мне ничего не сделает. Но сам факт того, что его слова на самом деле не лишены смысла, вселяет ужас.    Стоп! Стоп. Раз ты начала эту игру, Василиса - играй до конца.    --Смею напомнить Вам, - голос предательски дрогнул, сглотнув подступивший к горлу ком, продолжила, - наша помолвка не что иное, как фикция, и Вы не...    --Кольцо. - Жестко оборвали меня.    --Что? - Какое кольцо?    --Кольцо, которое покоится на твоем пальце - обручальное. - Гаденькая ухмылка исказила его лицо. - Хочешь ты того или нет, но... - многозначительная пауза, - ты моя невеста.    А я ведь совсем забыла про кольцо... Взглянув на правую руку, узрела сияющий черный камень, размером с горошину, обвивает огненная саламандра, хвост ее образовывает само кольцо... Ощущение подвоха четко поселилось в душе. Кольцо - не кандалы, снять легко.    --Вы излишне самоуверенны, мистер Лассен. - С этими словами я потянула кольцо и вскрикнула от пронзительной боли, но звуки музыки заглушили мой крик... Это... Как... Кольцо укусило меня! Вернее, саламандра, обнимающая камень, цапнула меня и вернулась на свое место!    Кровь тоненькой дорожкой потекла по пальцу, капая на платье.    Сказать я хотела многое. Начиная с того какая он сволочь, и заканчивая ненавистью. Но не смогла вымолвить ни слова. Молча открывала и закрывала рот.    Витор мне пояснять ничего не собирался, хотя прекрасно понял мой немой вопрос.    Через несколько секунд, он вынул из кармана платок и с безразличным выражением лица, протянул мне. На платок внимание не обратила. Озираясь по сторонам, надеялась наткнуться на внимательные взгляды, никто ли не видел этого? Поймала взгляд мамы, она кивнула мне, поднимая фужер вверх. Они разве этого не видят? Не видят кровь, которая уже порядком испачкала платье?    Витор продолжал держать платок, я не решалась принимать его. Вдруг оттуда вылезет какой-нибудь паук или очередная саламандра, искусают меня, буду лежать в крови, а никто этого не заметит... Больная фантазия голове покоя не дает.    Пока я мучилась дилеммой "брать платок, или не брать. Вот в чем вопрос..." Витор схватил меня за кисть и принялся вытирать кровь с пальца. Это что еще за... У меня свои руки есть, я не беспомощна! Выдернув свою руку, соскочила со скамейки так стремительно, что все подушки попадали на пол. Фыркнула, даже не думая их поднимать, развернулась на каблуках и уже было собралась уйти, как заметила встревоженный взгляд отца, пристально наблюдающего за нами.    Выдавив нелепую улыбку стуча каблуками, направилась в дамскую комнату. Где оная находится, узнала еще до начала бала, так что шла целенаправленно. Ноги заплетались и решительно не желали ступать ровно, пару раз едва не упала.    Влетела в уборную, где на этот момент никого не было. Подол оплетал ноги, захотелось тут же его оторвать, ибо я злая, очень злая. Подбежав к раковине, включила холодную воду, подставляя ладони такой желанной прохладе. Место укуса начало саднить. Под холодной водой мне на миг показалось, будто саламандра недовольно дернулась, но это наваждение тут же испарилось. Саламандра не двигалась. Как она вообще может двигаться? Я понимаю, магия, другой мир, но это ведь кольцо! Обычное кольцо!    Упертая часть меня упорно твердила попытать счастье еще раз, разум убеждал в бесполезности сего действа, а я... А я вредная и настырная, поэтому...    --Черт! - Со злостью выругалась я, после очередной попытки снять кольцо, сопроводившейся очередным укусом. Мне показалось, или на этот раз меня цапнули сильнее?    Кровь быстро окутала палец, окрашивая воду.    --Я бы на твоем месте больше так не делал. - Испуганно обернувшись столкнулась взглядом с совершенно незнакомым мужчиной. Это что, очередной добродетель? Или очередной жених? Или муж? А, вообще...    --Что Вы здесь делаете? Неужели в мужском туалете нет мест? - В самом деле, это верх неприличия!    Мужчина усмехнулся, лениво оперся плечом о стену, и молвил:    --А мне в женском больше нравится. Можно увидеть, и услышать, много чего интересного.    На вид лет тридцати, волосы цвета темного шоколада зачесаны назад, не могу утверждать о длине, но явно не короткие. Глаза янтарного цвета, вытянутое лицо, я бы даже сказала правильное лицо...    --В вашем возрасте увидеть в женском туалете что-либо интересное не представляется возможным.    Мужчина улыбнулся еще шире, в долгу не остался:    --Как, например, девушку, якобы одну, но совсем другую.    Мне разом поплохело. Это кто же это... Как это... Витор сдал? А кому? И зачем? Разозлился? Ох, черт...    --Ну, ну, ну... - Видя мое стремительно белевшее лицо, мужчина сделал шаг вперед. Мне назад - никак, разве что на раковину залезть. - Не стоит так волноваться. Я здесь не для того, чтобы кому-то об этом рассказывать.       Конечно, зачем волноваться... Сейчас просто убьет здесь, без всякого волнения, и волноваться некому будет. Я вжалась в раковину на сколько это возможно, пожалела, что не могу слиться с ней воедино... Если он приблизится ко мне еще на шаг, то я обеспечу ему хук справа. Но мужчина остановился в паре шагов от меня, засунув руки в карманы брюк.    --Девочка, тебе не меня надо бояться. - Здесь больше никого нет, логично, что боюсь я именно Вас.    --Мистер... - Как Вас там... - Ээ...    Посетитель женского туалета явно забавлялся моей реакцией.    --В общем, мистер, Вы по какому вопросу пожаловали? - На одном дыхании выпалила я.    Гость отвечать не спешил. Он лениво сделал шаг в мою сторону, напряглась, сжала кулак и приготовилась дать ему в челюсть, но что-то отвлекло мое внимание, даже показалось, что у меня случилась очередная галлюцинация. Саламандра пошевелилась и зашипела на него!    --Escana! - Грозно бросил он ей, и саламандра, показав ему язык вернулась на свое место.    Дыхание разом участилось, ладони вспотели. Так, я схожу с ума. Кольцо шипит и показывает язык! А еще кусается! И... он смог ее успокоить, значит, знает, что это за ископаемое.    --Ээ... мистер, Вы... ведь знаете, что это такое? - В порыве я чуть не впечатала кольцо ему в нос. Извинившись, одернула руку.    --Знаю, - улыбка у гостя стала запредельной, - но не скажу. - И чего я ожидала? Что мне вот так просто ответят? - Спроси у Витора.    Мужчина рассмеялся увидев скептическое выражение на моем лице.    --Мне жутко нравится смотреть, как ты выводишь его из себя. Это поднимает настроение. - Вот как карта повернулась... Враг моего врага - мой друг.    --Рада знакомству, мистер...? - Я протянула руку.    --Зови меня Джен. - Галантно поцеловав мою руку, отпрянул назад.    --Так что Вас привело сюда, Джен?    --Ирэне. - Он знает, где она?    А в чем подвох? Почему именно ко мне он явился? Есть же родители, Витор, в конце концов.    --Вы что-то знаете о ее местоположении? - Лицо его помрачнело.    --Оттуда не возвращаются. - И почему мне уже это не нравится? Да потому что светит мне очередная авантюра. Конечно, кражи кинжала из сокровищницы Короля мало на мою больную голову.    --Я решительно не понимаю о чем речь. - Джен хмыкнул, сделал незамысловатое движение рукой, упал в появившееся кресло, и начал рассказ:    --Ирэне я знал с пеленок, это был совершенно неспокойный ребенок. В Академию НЦБМ родителям предложил ее отправить я. Хорошие перспективы, условия, обучение... И была еще одна причина: Ирэне попадала в разные истории буквально на каждом шагу, я устал ее спасать. А Академия всегда славилась защитой своих учеников. - Пауза. - Но... Я недооценил тяги Ирэне к приключениям...    Интуиция подсказывает, что ничего хорошего мне сейчас не скажут.    --Из последних передряг я ее вытащить не смог. - И серьезным тоном, добавил:    --Ее дело придется заканчивать тебе.    --Какое дело? - Мне сейчас плохо будет.    --Довольно серьезное, касаемо нескольких людей и Короля. - Все, мне плохо. - Рано бледнеть, оставь это на потом. - Слабое утешение, однако.    --Так, и что мне надо делать? - На последнем слове голос превратился в тихий шепот. Я догадываюсь, каким будет ответ.    --Взять одну вещь из Королевской сокровищницы. - Взять? Просто взять? А где же "украсть", "своровать", "стырить" в конце концов? Сначала голос во сне, потом этот мужик в женском туалете, катитесь вы все!    Ноги отказались стоять, подогнулись, и я с грохотом упала на пол. Мягким падение не было. Камень разбил коленки, ладони в ссадинах.    --Что ж ты так... - Меня подняли и усадили на кресло. - Я же говорил: рано еще бледнеть, а падать тем более.    --Рано? В самый раз! - Мужчина усмехнулся, провел рукой над коленями, раны начало жечь, но не долго, и когда он убрал руки, кожа была целой, без единой царапинки.    --Вы целитель?    --Скажем так: имею предрасположенность. - Прекрасно. А я имею огромное желание сбежать отсюда. - А теперь вернемся к тому, от чего ушли. - Все так же сидя на корточках, продолжил Джен. - Во-первых, как бы ты сильно не хотела, как не желала - на Землю ты не вернешься. Во-вторых, тебе придется доделать то, что начала Ирэне. И в третьих... у тебя нет выбора.    А он у меня вообще хоть раз был с момента моего здесь появления? Не было! Никто мне не дал право выбора! Никто! В этот момент вулкан, который до этого времени лишь изредка выплевывал пепел, - взорвался.    --Я попала в этот чертов мир по ошибке! Приняли за другого человека! Я вынуждена быть той, за кого меня считают, хотя у меня есть своя жизнь! Меня окольцевали какой-то ненормальной ящерицей и чего-то от меня требуют! Я не знаю этот мир и не хочу его знать! - Мой голос сорвался на крик, слезы тоненькими дорожками катились по намалеванным пудрой щекам, не удивлюсь, если тушь размазалась.    Джен мою истерику воспринял с абсолютным спокойствием. Мне даже подумалось, что я его оглушила, но нет. Он с внимательным лицом выслушал мои вопли, и сказал:    --Считай, что заново родилась. Теперь это твоя жизнь, и либо ты ее примешь, либо умрешь. - Утешать он точно не умеет. Хлюпая носом, тяжело вздохнула. Где же слова "не волнуйся, я тебе помогу, вытащим тебя из этого мира"? Мечтай, Лиса, мечтай!    Ладно, раз мне все равно не отвертеться... Оставлю за своей спиной хоть что-то.    Поднявшись с кресла, глянула в зеркало, удивилась, что косметика на месте, ничего не размазалось, и, бросив последний взгляд на Джена, удалилась, гордо подняв голову.    Черт! Эмоции через край плещут. Внутри ураган проносится из ненависти, злости, гнева, ярости. Это надо загасить, иначе стулья полетят в окно, а ножи в людей. И я не гарантирую, что после все останутся живы.    Не успела я пройти и половины зала, как ко мне подлетела мама, со словами:    --Дорогая, почему ты оставила Витора одного? Он скучает! - Мамочка уже чуть-чуть пьяна, вместо строгого тона, вышел игривый.    --Я как раз его сейчас иду искать. - Попыталась спокойно ответить, но... Но!    --Веселитесь, дети. - Не до веселья, когда столько проблем.    Витора и вправду хотелось найти и врезать ему по печени, по почкам, пару раз по голове, под коленную чашечку, в челюсть, и... Ох, надо отвлечься, расслабиться... Мимо проходила служанка с двумя подносами. На одном фужеры с желто-прозрачной жидкостью, похожей на наше шампанское, а на втором стаканы с чем-то зеленым... Интересно, какой он на вкус, этот напиток?    Неуверенно потянулась ко второму подносу, и услышала над ухом:    --Не стоит это пить. - Голос я узнала сразу, а потому с большей уверенностью взяла стакан. - Перепьешь - даже целители не помогут. Эффект от него длится долго, а похмелье проходит намного хуже.    Но я его уже не слушала. В четыре больших глотка осушила бокал. А на вкус приятное... Что-то среднее между киви и виноградом.    --Я предупреждал. - Безразличным тоном напомнили мне.    --А почему ты не потрудился предупредить меня о кольце? Или о том, что оно кусается, шипит и показывает язык? - Лицо его не изменилось, меня же понесло дальше. - Почему, когда я спрашиваю - ты не отвечаешь, а когда мне даром не нужны твои предупреждения - ты тут, как тут! Нарисовался, голубчик!    Незаметно для самой себя перешла на крик, однако опомнилась. Мы все-таки здесь не одни.    --Я рассмотрю все твои жалобы и предложения на досуге, желательно в письменном виде. - Ровным, спокойным голосом известили меня.    Жалобы в письменном виде, говоришь? Хорошо, хорошо. Не поленюсь, пару рулонов накатаю. Но это потом, а сейчас мне что-то и потанцевать захотелось. Пары кружат по залу в темпе вальса, да и сам танец напоминает наш вальс, так что белой вороной выглядеть не буду.    Только вот... с Витором я танцевать не желаю, ибо противен, как слизень на сковородке. А вот тот мужчина, с зачесанными иссиня черными волосами очень даже привлекательный... Еще больше ему придает привлекательности тот факт, что он один, значит, не откажет.    --И куда ты собралась? - Как-то очень недобро спросил Витор, хватая меня за руку.    --Куда угодно, главное без тебя. - Высвободив руку двинулась к желаемому объекту. --Добрый вечер, - подойдя, в знак приветствия чуть склонила голову, выудила из своего скудного арсенала самую обворожительную улыбку, - не составите ли компанию скучающей девушке?    Алкоголь уже дал свое первое влияние на организм, я расслабилась, не задумываясь, как сейчас выглядит мое предложение.    --С превеликим удовольствием, леди Ирэне. - Ох, он знает меня?    Конечно, я же стояла рядом с маменькой, при открытии бала. Что ж, может, оно и к лучшему.    Вложив свою руку в предложенную ладонь, проследовала за господином к центру зала, где уже танцевали, периодически меняясь, пары.    Одна рука в руке, другая на плече, я хорошо знаю вальс. В Академии ежегодно в честь празднования Нового Года проходил бал, вальс на котором был обязательной частью программы. Помню, на первом курсе своему партнеру то и дело наступала на ноги, но он стерпел до конца, и лишь потом, выйдя из зала, смачно выругался.    Мы закружили в танце под легкую музыку, вводящую меня в транс. Стало так легко, забыла обо всем и растворилась в танце, поддаваясь наслаждению. Наши движения были как одно, грациозные, плавные и... господин выпустил мою руку, но в тут же секунду ее сжала другая рука. За всем этим не заметила, как сменился партнер. Со мной в паре оказался "пшеничный" мужчина. Волосы его напомнили мне пшеницу. Танцевать с ним было хорошо, но от первого осталось больше впечатлений... Непроизвольно начала искать его глазами, но взгляд зацепился за Витора, наблюдающего за нами. С непринужденным, в какой-то степени безразличным видом, но челюсть сжата, а глаза напряжено прожигают насквозь. Это что же, собственнические чувства взыграли? Так это прекрасно! Играть на этом я хорошо умею. Кокетливо улыбнулась партнеру, изображая, как мне с ним весело и приятно.    Продолжила танцевать, сменяя партнеров один за другим, наслаждаясь танцем и состоянием окрыленности, пока моя рука не оказалась в уже знакомой руке галантного мужчины с зачесанными иссиня черными волосами.    Взглянула на Витора, он все также стоял с безразличием наблюдая за танцующими, точнее за мной. Актер из тебя хороший, Витор, но и мы, не пальцем деланные.    Перевела взгляд на своего партнера, похлопала длинными ресницами, обворожительно улыбнулась и шепнула ему "Вы хорошо танцуете" не сводя взгляда с Витора. Внезапно он исчез из виду, как вдруг почувствовала... резкий толчок, и боль, пронзившую руку до кончиков пальцев. Казалось, будто кости стираются в порошок, кожа разрывается на кусочки, а мясо ошметками падает на пол.    Вопреки желанию закричать - звук застрял в горле, так и не сумев выйти наружу. Дыхание перехватило, глаза заволокло дымкой, боль по-прежнему сковывала руку и я мысленно умоляла ее уже оторвать, чтобы только не чувствовать этого...    --Решила поиграть со мной? - Окружающие звуки сменились угрожающим шепотом. - Я люблю игры, но предпочитаю играть по моим правилам.    Я не вникала в смысл его слов. И думать ни о чем не могла, кроме этой адской боли, которая, казалось, никогда не прекратится.    --Запомни раз и навсегда: не зли меня, и тебе не будет больно. - Боль начала утихать, цвет, очертания, четкость... дымка ушла с глаз и я смогла разглядеть холодное лицо человека, которому не чуждо причинять боль и страдания девушке, человека, который без зазрения совести называет меня "невестой", человека, которого с каждой секундой я ненавижу все больше и больше. Будто ненависть поглощает, сметает, съедает все остальные чувства, которые могут быть к этому человеку заблаговременно.    --Никогда. - Прошипела я. - Слышишь? Никогда больше не смей ко мне прикасаться!    Меня дернули так, что его рот оказался в паре сантиметрах от моего уха.    --Я буду тебя трогать когда захочу, где захочу, и как захочу. - Прошипел мне в ответ. - Чем раньше ты это поймешь - тем лучше для тебя.    Как можно быть такой эгоистичной сволочью? Неужели в его душе нет ничего светлого, ни капельки доброты? Хоть чего-нибудь кроме гнева, злости и ярости?    --Гниль никогда не сможет сладко пахнуть. Ты насквозь гнилой, Витор. И чем раньше ты это поймешь - тем лучше для тебя.    Я не знаю, что отразилось на его лице, он держал меня боком к себе. Но я и не пожелала знать, какая из трех эмоций ему сейчас присуща. Он собирался высказать мне очередную гневную тираду, мама отвлекла. Забравшись на стул, папа стоял рядом, аккуратно придерживая ее за талию, начала:    --Я хочу поднять этот бокал за мою любимую дочь, - оглянувшись, она будто искала меня глазами. И тут я обратила внимание, что мы стоим рядом с одним из столов, мимо проходят люди, но никто нас не замечает.    --Улыбайся. - Шикнул на меня Витор, и в этот миг взгляд мамы зацепился за нас.    Улыбаться не получалось категорически, а вот вымученно растянуть губы удалось прекрасно.    --За мою дочь и ее жениха, Лассена Витора Гэльсмана Гарье! - Все подняли бокалы, мама радостно улыбаясь отправила служанку с подносами к нам, а вот папа недобро прищурившись смотрел на Витора.    Не задумываясь, взяла бокал с зеленой жидкостью, осушила одним махом, алкоголь обжог горло, схватила со стола первый попавшийся бутерброд, он оказался с осьминогом и креветками, проглотила, не заметив вкуса, и вот тут началось самое ужасное.    Меня скрутило в рвотном позыве. Осьминог, креветки и зеленое пойло просились наружу. Чтобы не упасть ухватилась за Витора, благо он сразу сообразил, что это не добрые и великие чувства во мне проснулись, а природа сделала свое дело. В этот момент я второй раз за два дня хотела посетить туалет быстрее, чем меня прорвет. Одно несомненно доставляет радости: если прорвет, то только на Витора.    Подхватив меня на руки он быстрым шагом пересек зал, затем коридор, взбежал по лестнице, еще один коридор, мне этот путь ощущался длиною в вечность.    Толкнув ногой дверь, лже-жених сгрузил меня возле такого желанного унитаза... Больше я не сдерживалась. Как же это ужасно... Особенно ужасно то, что Витор стоит рядом, держит мои волосы и успокаивающе гладит по плечу! Он мне десять минут назад обеспечил болевой шок, а ведет себя будто ничего не было! Двуликий засранец!    Высказать это вслух я не успела, очередной позыв природы помешал моей пьяно-гневной речи.    --А я тебя предупреждал. - Совершенно спокойно произнес Витор. - Никогда не пей никаких напитков, свойств которых не знаешь.    Твои советы мне сейчас меньше всего нужны.    --А тебе не приходило в голову, почему я пила? - Голос вышел хриплым, но главное ведь содержание.    --Были некоторые мысли. - Все так же спокойно отозвался Витор. И вот что странно, присущие обычному его голосу нотки иронии, ярости, гнева или злости не прослеживались. Это его так мое состояние успокоило? Ждал этого момента весь вечер?    --С тобой рядом на трезвую голову невозможно находиться. - Только и успела сказать, перед тем как меня накрыло очередной волной.    Женишок молчал. Видать нечего сказать на очевидный факт. И правильно. Молчание ему к лицу. А то рот открывает и сразу хочется либо его заткнуть, либо сбежать, либо вообще убить. И последний вариант меня очень даже привлекает.    --Предпочтешь все время проводить в обнимку с унитазом? - Я хоть и не видела его лица, но что-то мне подсказывает, что он сейчас улыбается.    --Обниматься с унитазом гораздо приятнее. - Может зря я это сказала... Нет, не зря. У меня есть два аргумента: я пьяная, и он мне чуть руку не оторвал! - Учти, на очевидные вещи не обижаются.    Он хотел сказать, или не хотел, теперь не важно. Мне не важно. Меня начало лихорадить, и это было не от холода. Сидеть я больше не могла и повалилась на бок, глаза сами собой закрылись и как я не силилась их открыть, у меня не получалось. Никаких мыслей. Одна темнота. Ощутила, как немеют пальцы на руках, а я ничего не могу с этим сделать, и от этого становится жутко. Сколько прошло времени, до того как я почувствовала тепло? Час? Два? Минута? Попыталась вспомнить что-то хорошее, но все мысли возвращались к тому, что мне плохо. Пристрелите меня. Сквозь туманную пелену услышала гневное:    --Еще хоть раз ты меня не послушаешь, вырву твои ручонки, чтобы не тянула в рот всякую дрянь.    Витор, это его голос, я узнала. Моя вредная натура вылезла из темноты и начала грозить ему кулачком, выкрикивая:    --Конечно, я не буду тебя слушать. Все буду делать назло.    Я была уверена, что эти слова были в мыслях, но услышала:    --А будешь делать назло - убью, воскрешу, и будешь беспрекословно мне подчиняться. - Чистой воды угроза, но не было в этом голосе ни злости, ни ярости, ни тона, сопровождающего обычные угрозы. Это больше похоже на отчаяние.    У Витора отчаяние? О, Лиса, к перепою еще и бред добавился. Просто до твоей не соображающей головы дошло не в том цвете, в каком было сказано.    Землетрясение, вернее телотрясение я оценила по десятибалльной шкале в девять баллов. Колотило очень сильно. Витора наверно тоже потряхивало, моего телотрясения на троих хватит. Органы делали тройное сальто, переворачивая все внутри. А еще вернулась тошнота... и голод. Несовместимы эти два чувства, вот ни сколько. Подумаешь о еде - тошнит, подумаешь о тошноте - тошнит, вдобавок голод пробирает. Жуть, одним словом.    Я успела привыкнуть к одностороннему теплу, как спиной ощутила холодную, мягкую поверхность. Осознание, что это кровать, пришло не сразу. Зато трясти сильнее начало сразу.    Комната кружилась, неприятный звон в ушах распалял головную боль, до меня доносился только стук моих собственных зубов. Несколько раз погружалась в темноту, но холод вытягивал из нее. В какую-то минуту я даже отключилась, а когда пришла в себя, обнаружила, что завернута в мягкий и пушистый плед, меня резко бросило в жар. Тело словно тонну весит, не могу пошевелить ни одной конечностью. Руки, ноги онемели. В конце концов, мне удалось скатиться на пол, плед немного развернулся, легкая прохлада коснулась тела и я осознала, что моего платья на мне нет, вместо него обычная футболка. Даже не хочу думать, чья она. Издала досадный стон и упала головой на пол, боли не почувствовала. Закрыла глаза, кажется, это будет длиться вечно, никогда не закончится. Успокаиваю себя мыслью, что скоро мне будет лучше, повторяю мысленно мантру "мне будет лучше, мне скоро станет лучше".    Неожиданно меня подхватили на руки и уложили на что-то мягкое. Холодное прикосновение к губам заставило меня поднять веки. Передо мной был Витор, собственной персоной, со стаканом в руке, от одного его внешнего вида меня начало тошнить еще больше. Промычав что-то невнятное, попыталась отстраниться, но холодная жидкость потекла мне в рот, охлаждая горящее горло. Каждый глоток отзывался болью в горле, но это определенно помогло. Жар больше не распалял изнутри, голова только начала болеть сильней.    С тихим стоном опустилась лицом на подушку, почувствовав уже знакомый запах миндаля и... Здесь лежал Витор. Какого черта? Хотела возмутиться, но едва подняла голову, она взорвалась новой болью. Тьма с ним, потом поговорим. Легла обратно и провалилась в забытье.    Пробуждение вышло тяжким. Голова стала чугунной, руки хоть как-то повиновались, а вот ноги...    Я лежала на кровати наполовину укрытая пледом, но не тем пушистым и теплым, а тонким и легким.    В комнате темно, не знаю, где окна, но свет через шторы не пробивается. Значит, либо еще ночь, либо раннее утро.    Я бы не переходила из горизонтальной плоскости в вертикальную по своей воле, но воля не моя, мочевой пузырь требует скорейшего освобождения. Одна маленькая проблемка, - я не вижу в темноте и не имею понятия куда идти. А это уже две проблемки. И вторую можно решить методом ощупывания стены на предмет дверей. Вариант не отличается особой привлекательностью, но за неимением лучшего...    С кровати я поднялась без проблем, что порадовало. Сделала шаг вперед... вернее, я думала, что делаю шаг вперед, а понесло меня в бок... Отсутствие ночного видения сделало свое дело. Я ударилась головой о шкаф, разнеся глухой стук по всей комнате.    --Черт. - Тихо простонала, от пульсирующей боли в голове, сползла на пол, уткнувшись лбом в колени.    Знала бы я раньше, чем кончится этот вечер... Ну, знала бы, и что? Из своей природной вредности все равно выпила бы зеленое пойло. Но не думала я что будет ТАК плохо...    --Ты такими темпами сама убьешься и комнату разнесешь. - Меня аккуратно взяли на руки.    Тьма решила надо мной жестоко пошутить. Помимо Витора есть мама, папа, Джен, на худой конец... Нет же, рядом со мной человек, видеть которого хочется меньше всего.    --Ты зачем встала? - До меня дошло, это же Витор, но в его голосе должен быть упрек, злость, другие характерные для него эмоции... А их не было. Спокойный тон с нотками волнения.    Да, Лиса, хорошо ты головой приложилась. Но с другой стороны... сама я сейчас никуда не дойду. И не знаю куда идти, один раз можно воспользоваться его помощью... Надеюсь, плата за нее будет не слишком высокой.    --Я в туалет хочу. - Тихо проговорила я. Любой звук отдавался в голове звенящей болью.    В ответ я ожидала услышать колкость или иронию, но нет. Меня молча занесли в уборную, ванна здесь тоже была, поставили рядом с унитазом. Перед тем как выйти сказал позвать его, когда закончу.    Осмотрела себя в зеркало. Футболка черная, большая, явно мужская... Теперь я вообще ничего не понимаю. Витор носится со мной, как курица с яйцом. Вопрос: с чего вдруг у него такая смена линии поведения? Чувствует за собой вину? Бред. Из добрых побуждений он вряд ли на такое способен, значит надо искать подвох.    Я обязательно об этом подумаю, но потом... От мысленной активности голова разболелась сильнее.    Теперь надо дойти до двери. Да, Витор сказал позвать его, но у меня ноги свои есть, пусть и не в адекватном состоянии, но свои.    На этот раз меня отнесло в стену. Удар пришелся на левое плечо, зато голова не пострадала. Дверь распахнулась, являя предо мной взъерошенного, помятого, в футболке, похожей на ту, что сейчас на мне, и шортах, Витора. Вон как его потрепало...    --Что за вредная девчонка... - Проворчал он, узрев мои объятия со стеной.    Медленно начала сползать по стене вниз, но Витор подхватил меня и благополучно доставил до кровати. С облегчением опустилась головой на подушку, и уже было собралась заснуть, но Витор зажег светильник, который резал мне глаза. Я отвернулась к стенке, но Витор по-прежнему стоял передо мной. Чего ему нужно от меня? Хмыкнув, приподнялась на локтях и повернулась к нему лицом.    --Что? - спросила раздраженно.    Он внимательно смотрел на меня, сложа руки на груди. Закатив глаза, попыталась поднять подушку, чтобы сесть поудобнее, но она не поднималась, я совсем обессилила. Витор наклонился ко мне и молча помог уложить подушку.    --Да, что с тобой такое? - не выдержала я. - То грозишься убить, то помогаешь мне. Муки совести проснулись? Не поверю, у тебя совести нет.    Витор молчал, я бесилась, голова болела. Что вообще с ним происходит? Вот уж чьи действия невозможно предугадать.    Может, он меня сейчас убивать будет? Вот и разглядывает, выбирает с чего лучше начать и каким методом действовать.    --Витор, ты либо убивай, либо отваливай, либо говори к чему это все? - Под "это все" я подразумеваю вечернюю помощь, ночную, и вообще...    --Гораздо проще было тебя бросить одну, и летальный исход не заставил себя ждать.    Ну, он прав. Зачем вытаскивать меня из ужасного состояния, чтобы потом убить? Глупо.    --Я не поверю, что ты за пять минут изменился. Не бывает такого. Значит, у тебя свои цели и за свою помощь ты затребуешь плату. Какая она, эта плата, Витор? - Он на мгновение нахмурился, я приготовилась к очередной боли, только что на этот пострадает, - рука, или нога? Поежилась от воспоминаний болевого шока.    --Замерзла? - По своему понял мою дрожь. Ничего не стала отвечать, сам сделав неправильные выводы, взял плед, начал меня накрывать, и я не выдержала:    --Хватит, Витор. - Я выхватила плед. - На руках носишь, с пола поднимаешь, пледом укрываешь, даже в туалет отнес! Что происходит?    -- Вот чего ты орешь? - сказал он холодно. - Хочешь всех разбудить? Ложись спать. Свет оставить?    --Витор! - взвыла я, но он насилу укрыл меня пледом и удалился.    Ударила подушку от бессилия, вырубила светильник, попыталась заснуть, но сон не шел. Я все думала, о Виторе, вернее, - что ему надо. Просто так помогать он не стал бы, а вот что за это затребует - вопрос. Причем огромный и жирный вопрос.    А еще меня удивила реакция отца. Он словно видел все, что делал Витор. Правда, мои скудные знания не могу ответить, почему нас не видели остальные и никто не помог! Но папа... прожигающий Витора взгляд о многом говорил. Надеюсь, он понял его истинную сущность, его игру, и поможет разорвать помолвку.    Надеюсь... Надеюсь...    --Ирэне. - тихий бархатистый голос ворвался в сон, - просыпайся, родная.    Это ж сколько я проспала, что меня будить начали? Надо мной нависала улыбающаяся фигура отца.    --Тебе надо поесть. - На мой немой вопрос папа ответил:    --Ты проспала обед.    Я больше никогда не буду пить. Закусила губу, стыдно то как... Надеюсь, никто не видел моего "триумфального" удаления с бала.    --Пойдем, нам с тобой надо серьезно поговорить. - На этот раз встать оказалось гораздо легче, только... Не могу же я в футболке идти. Папа, словно прочитав мои мысли, протянул мне обычное зеленое платье, и вышел за дверь.    Медлить не стала, переоделась, взглянула на свое отражение... Под глазами залегли тени, волосы сбились в колтуны, цвет лица отдает зеленцой, сочетаясь с платьем... Картина маслом. "Бурлаки на Волге" выглядели лучше, честное слово. От косметики и следа не осталось, Витор постарался. А я вместо благодарности на него накричала... И правильно, нечего было мне больно делать.    Папа ждал за дверью. Укоризненно покачал головой, рассмотрев мое зеленоватое лицо и обняв за плечи, повел вглубь коридора.    --Я распорядился, чтобы обед тебе доставили в мой кабинет, - мы неспешно спускались по лестнице, - там нам никто не помешает.    Разговор наверно о Виторе пойдет. Все-таки не прошла даром моя игра на нервах лже-жениха. Мама не заметила, зато папа оценил всю ситуацию правильно.    Едва зайдя в кабинет уловила запах запеченной рыбки и овощей... Желудок довольно заурчал в предвкушении вкуснейшего обеда. Он ожидал меня на журнальном столике возле дивана. Сам диван стоит вплотную спинкой к окну. Большой рабочий стол посреди комнаты излучал величие, а шкафы вдоль стен заполненные книгами дополняли рабочую атмосферу.    На письменном столе царил полный порядок. Все свитки аккуратно сложены в прорезях, чтобы не скатывались, перья, ручки, карандаши составлены в лаковую деревянную подставку, никаких лишних мелочей... Правильно говорят: хочешь узнать человека - посмотри на его рабочее место.    --Ты кушай, - мы сели на диван, - а я пока расскажу тебе одну историю.    Я только "за", особенно под запеченную рыбку с овощами...    --Родилась у одних уважаемых людей дочка, дочка выросла, отдали ее в Академию, - вот тут я жевать медленнее стала, не про меня ли случаем история? - и не знать бы горя родителям, но... - Многозначительная пауза. - Но явилась она как-то раз и сказала: "Мам, пап, я помолвлена". И не с кем-либо, а с человеком, на всю Академию прославленным своей жестокостью. - Подавилась, откашлялась и отставила тарелку, на всякий случай. - Отец естественно сказал "нет", а без его согласия и кольцо свою силу не примет, и брак заключить нельзя. - А вот интересно... Что, если папа скажет свое "нет", кольцо снимется? - Уговаривала дочь отца согласие дать, да только непреклонен он был.    Что ж тогда согласие дал?    --Не прошло и двух дней, как заявился к отцу жених, - последнее он с ноткой презрения молвил, - в чувствах великих убеждать стал, дочь все его слова подтвердила, а он, подлец, к теще подмазался, она отца долго уговаривала... - Загадочно улыбнулся. - И дал отец согласие свое, скрипя сердце. Догадываешься, о ком я говорю?    Еще бы не догадаться... Кивнула, он продолжил:    --Так вот объясни мне, родная, а то я, проживший не одну сотню лет, повидавший за свою жизнь многое, все никак в толк не возьму, за какой бездной вам эта помолвка? - Голос строгий, губы сжаты, глаза насквозь пронизывают...    А я не нахожу ответа. Я ведь не знаю зачем Витору эта помолвка, и что ему надо. Лучшим ответом посчитала молчание.    --Ты думаешь твой отец слепой дурак и ничего не видит? - Помотала головой и подумала... А что конкретно он видел? Нашу "милую" беседу возле стола, на лавочке, мою попытку снять кольцо, болевой шок или мое финальное удаление из зала?    --Пап, а что ты видел? - Пронзительный взгляд отметил каждую эмоцию на моем лице.    --Ирэне, не пытайся что-то от меня скрывать. Я могу помочь.    Я же именно этого и хотела, а чего тогда молчу? Рассказать, как он обращается со мной ума много не надо. Папа действительно поможет, только вот... Так ли хороша эта идея? В Академии магистр Айнех, когда не обнаружил на мне кольца, глазами сверкал, как пожар третьей степени опасности. Он мне пострашнее Витора кажется. Поставит перед клетками с чудищами, распахнет все разом и прощай и Лиса, и Ирэне.    Теперь я знаю, кто точно поможет в избавлении моего пальца и меня от Витора, а пока...    --Нет, папа, тебе показалось. - Натянула улыбку. - У нас все хорошо.    Его взгляд так и кричал "не верю!", и правильно, но он лишь спокойно спросил:    --Ты ничего не хочешь мне рассказать?    Рассказать? Надо подумать... Про кинжал нельзя, про сны не желательно, про... И меня осенило!    --Со мной произошла одна странность. Я превратила умертвие в дерево. - Я ожидала от папы той же реакции, что была у Нелина и у магистра Айнеха, он лишь потер подбородок и вкрадчиво поинтересовался:    --Скажи мне, родная моя, ты случайно ничего не теряла?    Тупиковый вопрос.    --Вроде нет... - Уверенности в моем голосе и след простыл.    --Ты родилась обычным ребенком, а вот сила у тебя... не типичная для этого мира. Свет выбрал твою душу, что крайне редко случается. - Мне уже страшно. - Испокон веков на светлых охотятся, слишком много могут дать, поэтому мы с твоей мамой приняли решение надеть тебе артефакт, который искажал бы потоки светлой магии, превращая в темную.    Не до конца поняла, но суть уяснила. Я, то есть Ирэне - светлый маг.    --До пяти лет нельзя было использовать на тебе артефакт, велика вероятность перегорания на стадии становления. Но ты успела оставить свой светлый след, - папа улыбнулся, - арка в гостиной, терраса, цветы в вазах, никогда не увядающие.    Да, цветочки там красивые. Вот оно как получается... Значит, светлое порождает природу, живое, все самое прекрасное...    --В пять лет на тебя надели артефакт, стояла задача расположить его там, где не увидит никто. За исключением мужа.    Это ж какое место они использовали для сокрытия артефакта? Нет, у меня этого артефакта априори быть не может, но...    --Где артефакт, Ирэне? - Строго вопросил отец, подавшись вперед.    Почему мне так "везет"? Что я должна ответить? Куда я его дела? Видя мое замешательство, папа, задумавшись, выдал:    --Позовем маму. - Он щелкнул пальцами, в воздухе вспыхнул огненный цветочек и сразу растаял.    Буквально через минуту в кабинет вошла мама. Роскошная рыжая шевелюра рассыпалась по плечам и спине, черные брюки с заправленной в них белой рубашкой, высокие каблуки. Безупречна.    --По какому поводу собрание? - Мама поцеловала в щеку меня, папу, и села между нами.    --Дорогая, проверь на Ирэне наличие артефакта.    Улыбка исчезла с ее лица, даже с серьезным лицом она великолепна.    Неожиданно для меня, даже очень, совсем неожиданно, левую руку мама сунула мне в декольте, правая грудь ощутила прикосновения прохладной женской руки. Мой шок достиг предела, пока эта самая рука ощупывала то, что еще вообще никто кроме меня и врачей не щупал, и мама констатировала:    --Артефакта нет. - Это они пяти летней девочке прокололи сосок? Только не говорите мне, что...    --Астер, - мама повернулась к отцу, попутно убрав руку с моей груди, - надо срочно заказать новый.    Нет! Только не это! Я согласна на пуп, но не грудь.    --Конечно, только пускай Ирэне сначала объяснит, куда делся прежний.    Объяснить... Знать бы как это сделать...    --Я... потеряла. - И никто мне не поверил. Ни мама, ни папа. Они молча смотрели на меня, а я гадала: что сейчас будет? Мама первой нарушила молчание:    --Ладно, пусть так. Астер, дорогой, закажи артефакт, а мы пока с Ирэночкой в город выберемся.    Папа молча кивнул, не сводя с меня взгляд, мама потащила к выходу, а я не могла смириться с мыслью, что целостность моей груди под угрозой. Однако переживать по этому поводу мне не дали. Маменька задалась целью пригласить Витора пойти с нами. Я была против. Даже попыталась сказать, что девочкам лучше вдвоем ходить по магазинам, но мама как обычно кинула "не перечь матери" и мое мнение в счет не взяли.    Витора я хотела видеть меньше всего. Правда. После того состояния в котором он меня видел... В общем, стыдно, очень стыдно. Поблагодарить его мне гордость не позволит. Все-таки одно доброе дело не способно искупить содеянное ранее. Поэтому когда Витор к нам подошел, я лишь холодно улыбнулась, предоставила маме полную свободу слова, и поплелась следом за ними, тогда как они шли впереди мило беседуя. И пусть, так даже лучше. А то ведь могу не удержаться, съязвить, обхамить, удостоюсь неодобрительного взгляда матушки... Разумнее будет помолчать.    Мы уже четвертый час ходим по магазинам, торговым лавочкам, рынкам и базарам. Купили с десяток платьев, две шубы, два полушубка, пять пар сапог, семь пар туфель, две пары пушистых тапочек, и в заключении шкатулку, заполненную всеми возможными драгоценностями. И все это мне одной! Я всячески возражала, потому как просто не представляю, зачем мне столько вещей. Привычка обходиться минимальным количеством вещей за столько лет плотно укоренилась, но, если честно, поход по магазинам меня немного порадовал.    Где есть радость - есть и огорчение. В моем случае это по обыкновению был Витор. Нет, он не применял ко мне силу, не говорил гадостей, не угрожал... Хотя я бы все это предпочла тому, что сделал он. Он вызвался платить за все вещи, которые со скоростью урагана набирала для меня мама! Вот в этот момент я возмутилась по настоящему, и даже разозлилась, когда мама отвела меня в сторонку и велела не противиться, якобы он мой жених и ведет себя правильно, а я своими выпадами его обижаю! Собственно и шкатулку он преподнес сам, там даже матушка была не в курсе. Все равно я ее ему верну. Мне от него такие "подарки" даром не нужны. Но, что не говори, а внимание приятно.    --Может, уже домой пойдем? - Мы шли между палатками торговцев разнообразным оружием.    Мечи, клинки, рапиры, сабли, стилеты, ножички разной длины, топорики, луки, арбалеты, боевые плети и хлысты, томагавки, - на любой вкус, вес, размер. Впечатлил такой большой и разнообразный выбор.    Впечатлили гномы и эльфы, о которых я читала в книгах "Властелин Колец", поэтому помимо притягательного оружия я пристально разглядывала продавцов.    Эльфы все невероятно красивые, даже Мэтт Бомер померк рядом с ними, а именно его я считала мужчиной с идеальной внешностью. Если сравнивать Витора и эльфов, а этим я тоже не постыдилась заняться, то эльфы его превосходят. Хотя... Есть у Витора во внешности что-то такое, что притягивает внимание... Нет, он красив, но эти ушастики... Замечталась, в общем.    --Сначала в ресторан зайдем, надо поужинать.    Мама немыслимым для меня способом отправила покупки домой, и мы двинулись дальше.    Да, от еды я не откажусь. Пока ходили проголодаться успела.    Мы прошли оружейные торговые ряды, свернули налево, людей здесь было не в пример меньше, а вскоре вообще на весь переулок были только мы. И интуиция, чуечка моя, неприятно кольнула.    --Давайте вернемся, - почему-то шепотом попросила я, дергая маму и Витора за руки.    --Сейчас выйдем на площадь прямо перед рестораном, это самый короткий путь. - Ласково оповестила мама, только легче от этого не стало.    Интуиция продолжала голосить, что дальше лучше не идти, мозг пытался понять причину столь волнительных чувств...    Внезапная вспышка ударила в глаза. Задохнулась от потрясения так и не успев сообразить, что конкретно произошло, замерла на месте, как вкопанная. В нас со скрежетом и свистом летели синие мерцающие линии. Витор крикнул приказным тоном "Щит". Мама, издав что-то вроде рыка, выставила руки. Синие линии врезались в невидимую стену, воздух вибрировал, Витор отправлял в нападающих черные, сотканные из тумана шары. Долетая до них шары распадались, окутывая бандитов черным непроницаемым туманом, лишая возможности концентрировать удары.    --Рэне, беги обратно! - Приказал Витор. И я побежала.    Хвала Богам, со скоростью у меня никогда не было проблем. Выбежав к стоящим палаткам с оружием, подбежала к первой, оценивающе окинула взглядом имеющиеся луки, приглянулся один искусно исполненный, словно для девушки создан, стрелы...    Денег у меня с собой нет и не было, поэтому пришлось убеждать гнома в своей честности, он упирался. В книгах правду пишут, гномы уперты и жадны. Но он все-таки согласился.    Никогда не думала, что мое умение, мой опыт стрельбы из лука мне когда-нибудь понадобится. Спасибо дедушке, не разрешил бросить секцию. Все девочки ходили на танцы, а я на стрельбу из лука.    Вернувшись в переулок стала вглядываться в темноту. Эх, мне бы эльфийское зрение... Витор и мама стояли на линии огня, так что вероятность задеть их высока. Но и отвлекать тоже нельзя. Начнут кричать, чтобы я ушла... Лучше тихо и молча помочь.    Впереди виднелись лишь нечеткие контуры нападавших, так что целиться трудно. Как любил говорить дед "нет ничего невозможного". И он прав.    Я тихо зашла за спину Витора, он меня не видел, а вот бандюги заметили. Не знаю, заметили ли они лук в моих руках, он будто слился со мной в единое целое.    Выглянув из-за спины лже-жениха, прицелилась, метя в одну более заметную фигуру, и услышала:    --Любимая, я кажется велел тебе уйти. - Процедил сквозь зубы. Первое слово пропустила мимо ушей.    --Тебе пора привыкнуть к моему характеру. А теперь, любимый, - с издевкой бросила я, - будь добр, заткнись.    Он недовольно прищурился, но замолк, посылая очередной снаряд в бандитов.    Я сосредоточилась и плавно выпустила стрелу. Секунда - и фигура со стоном опустилась на землю. Стрела, поразившая цель, засветилась серебряным цветом. Ух ты... А стрелы то непростые. Вон как сияет... И бандюга, судя по хрипу, живой, хотя по положению стрелы - попала в сердце, а там без вариантов.    Глянула на маму. Зубы сжаты, тело напряжено, на пределе, значит. Что-то я не понимаю, какого черта Витор их еще не убил? Ладно, обсудим это потом, а сейчас надо вон того, плюющегося синими палками пристрелить. Щит еще стоит, можно чуть высунуться.    Прицелилась, и вдруг этот верблюд заметил мой нацеленный на него взгляд... Переулок озарил большой огненный шар, нарастающий в руках бандита, озаряя его лицо, перекошенное злорадной усмешкой. А если я в этот шар попаду?    А что гадать? Я выстрелила! Выстрелила и попала прямо в этот шар... Прогремел взрыв, превращая нападающих в пепел. Я взвизгнула от неожиданности, падая на землю и отползая назад. Витор накрыл нас защитным куполом сероватого цвета, а я заметила падающую навзничь маму, не раздумывая поползла к ней.

Глава 7. "Записки сумасшедшего"

Бывает, что с гордостью открываешь

девственный материк мысли. А потом

где-то в лесу находишь пакетик

от презерватива.

Станислав Ежи Лец

   Добро пожаловать в новый мир, Лиса! К магии как-никак уже привыкла, пора познакомиться с другой его частью - бандитами и атакой в темном переулке... Интересно, кто они и что им нужно было от нас? Вот бы с этим разобраться... А я еще переживала по поводу своей следовательской работы! Тут теперь заработаться можно.    Оказавшись возле нее, обнаружила, что мама без сознания, внутри все сжалось в тугой комок, трясущимися руками подняла к себе на колени голову мамы и взглянула на нее. Из носа двумя дорожками бежала кровь, лицо бледное... Проверила пульс на шее, облегченно выдохнула, когда почувствовала его слабые удары.    --Витор, - позвала его дрожащим голосом, он рассматривал угол, в котором были бандиты. - Зови отца.    Витор опустился рядом, провел ладонью над лицом мамы, щелкнул пальцами свободной руки. В нескольких сантиметрах от моего лица появился черный дракон в миниатюре и тут же растаял.    --На грани перегорания. - Я не уловила суть слов, переспросила:    --Какого перегорания?    Витор поднял на меня свои темно-синие глаза.    --Когда магический резерв на нуле, активируется дополнительный, у всех разный, но в основном не больше 15 магэн. Она выжала из себя все, и даже больше.    Сейчас бы высказаться отборным русским матом, да неприлично. Получается, еще чуть-чуть и она бы...    Додумать не дал отец, возникший в паре шагов от нас. Окинув взглядом маму он сначала посерел, потом пожелтел и как итог остался бордовым, злым и похоже разнесет он этот город к бездне. А пока этого не случилось...    --Пап, маму к целителям надо, срочно.    Он подошел, а меня такой волной ярости накрыло... Это же какое самообладание надо иметь, чтобы сдерживать этот тайфун внутри себя. Меня до сих пор трясет.    Бережно подняв с земли безвольное тело, исчез. Чую, это не на долго. Я бегло осмотрела переулок. Стрела, поразившая бандита, лежала в кучке пепла, целая и невредимая. Даже следов крови нет.    Лук, стрелы... Гном! Он же там ждет!    --Витор, там это... Надо гному за лук и стрелы заплатить. - Во время падения лук я отшвырнула в сторону, и теперь он лежал у стены, а стрелы раскиданы по периметру.    --Подними его, пожалуйста. - Я кивнула в сторону лука, а сама принялась собирать стрелы. Витор не сдвинулся с места. Я что-то запредельное, невозможное попросила? Даже "пожалуйста" сказала!    Заметив мой недобрый взгляд, он невозмутимо спросил:    --Ты знаешь его свойства? - Какие свойства, кроме стрельбы, могут быть у лука? А вообще-то нет, не знаю.    --Мне некогда было вдаваться в подробности, вас тут убивали, между прочим.    --Запомни одно правило: не бери в руки, и в рот тоже, то, чьих свойств не знаешь.    Прав ведь, но, не за чем ему знать, что я признала его правоту. Загордится пуще прежнего, а с ним и так невозможно рядом находиться дольше пяти минут.    Гном нашелся на том же месте. Седобородый, борода до пояса, брови густые, наполовину скрывают глаза, и такая лукавая улыбка на губах...    --Спасибо Вам, мистер...?    --Гоин, - спохватился гном, - мистер Гоин.    --Спасибо Вам, мистер Гоин. Очень выручили.    Я взглядом указала Витору, чтобы тот расплатился с почтенным гномом, он усмехнулся.    --Мистер Гоин, - начал он, - поведайте моей невесте свойства стрел и лука, что Вы ей дали.    Гном подтянулся, глаза, часть которых была доступна для обозрения, заблестели, словно он только этого и ждал.    --Лук этот непростой, - гордо пробасил мистер Гоин, смотря исключительно на меня, от чего мне стало не по себе, - создан он светлыми эльфами и силу имеет светлую, потому использовать его может только светлый маг. В руке владельца незрим он для чужих глаз, а коли в руки другие попадет - сам прахом станет, и чужака в пепел обратит. - Витор хмыкнул. И правда, правило его работает. - Стрелы, милая барышня, тоже непростые. Не убьют они, покуда пустивший их того не захочет. Держать дух в теле будут, и вытащить их лишь Вы сможете.    Так вот почему тот бандюга со стрелой в сердце жив был! Я ведь когда стрелу пускала о смерти не думала, в мыслях было просто попасть.    Я еще раз поблагодарила мистера Гоина, Витор за мое оружие заплатил, и подумалось мне...    --Теперь, Витор, есть у меня против тебя средства борьбы. - Мы возвращались обратно в переулок. - Захочу - будешь со стрелой в ноге лежать, захочу - убью, чтоб жизнь не портил.    Он усмехнулся.    --И очернишь свою душу? Нет, на такое ты не пойдешь.    О, бездна. Он ведь теперь знает, что я светлая... А если в жертву принесет? Или продаст кому? Так, я теперь с этим луком и колчаном спать буду. Неудобно, зато спокойно.    Едва мы приблизились к кучкам пепла, как вернулся отец. Глаза бешеным огнем горят, губы поджаты, кулаки сжаты так, что костяшки пальцев побелели... Чистая ярость. Ужасающе-прекрасен... Вот это я понимаю - мужчина. Сейчас как разнесет ко всей тьме этот город... Ой, только я сначала хочу осмотреть место происшествия.    Папа кинул гневный взгляд прищуренных глаз на Витора, и грозным командирским тоном спросил:    --Что произошло? - В принципе здесь одного взгляда на три кучки пепла хватит, чтобы понять, что здесь не чаи распивали. Но вопрос верный.    --Нападение. Миссис Делани держала "щит", я пробивал защиту. Ирэне, - взгляд упал на меня, - было сказано вернуться на площадь.    --Не вернись я с площади, вместо тебя здесь сейчас лежали бы цветочки, которые я любезно принесла бы на место твоей гибели.    У папы дрогнули уголки губ в улыбке. А что? Я - молодец, всех спасла.    --Почему защиту не пробил? - Серьезность и строгость вернулась.    --Двух матричная, с замыканием контура на амулете. Амулет косвенному воздействию не поддался, значит, защиту держал маг на расстоянии в реальном времени.    --А двух матричная, это...? - Наверно, я должна это знать, но я то не знаю.    --Ставили два мага, не ниже шестнадцатого уровня. - Пояснил Витор, папа задумался.    --Как вы прорвали контур? - Похоже, настала моя очередь на вопросы отвечать.    --Я из лука выстрелила. - Брови отца взлетели вверх, я объяснила. - Он светлыми эльфами сделан, и стрелы тоже. А лук они не видели.    И тут я сообразила, что лук кроме меня никто не видит, положила его на землю перед собой, чтобы могли рассмотреть.    Папа присел перед ним, но руками прикасаться не стал. Похоже я здесь одна, кто хватает в руки все подряд.    Что-то мне покоя не дает фраза про контур... Стрела даже не замедлила своего движения, не говоря о том, чтобы уничтожиться. Но мистер Гоин про эти свойства стрел ничего не говорил.    --Витор, гном не упоминал, что стрелы могут спокойно пересекать магические контуры. - Он хмыкнул.    --Думаю, он сам об этом не знал. - На мой недоуменный взгляд ответил папа:    --Эльфы не любят рассказывать все о своих творениях.    Интересно, какие еще сюрпризы таит мое оружие... Надо будет поразмыслить над этим вопросом, а пока...    --Пап, можешь мне осветить здесь все? - Я прошла в угол, где лежали бывшие бандиты.    Не говоря ни слова папа махнул рукой и надо мной повисли три световых шарика, двигались они вместе со мной, что очень даже удобно. Не надо с фонариком по углам бегать.    Начала осмотр со стен. Не знаю, что на стене можно найти, но я все же посмотрела. Никаких посторонних элементов не обнаружилось. Я присела на корточки, вглядываясь в пыль на земле. Следов оказалось много. Одинаковые отпечатки по всему квадрату... А ведь когда началась атака, они стояли на месте и не переходили с места на место.    --Они здесь долго стояли. - Сказала я, продолжая рисовать картинку в своем воображении.    Психология движения. Вот один след, с узорчатым рисунком, хаотично расположен по всему квадрату. Значит, нервничал, оттого дергался и ходил то там, то там. Второй след с ромбовидным отпечатком, отметился всего три раза, значит, либо просто пару раз сменил место дислокации, либо подвинулся, но вел себя спокойно и уверенно. И третий след. Равномерные движения по одной линии, так двигаются, когда о чем-то думают. Непроизвольные, машинальные.    По времени примерно полчаса надо, чтобы "нарисовать" такую "картину".    --Думаешь, они знали, что мы пойдем этим путем?    Знали? О ресторане мы заговорили уже на площади, подслушать могли, но чтобы дойти до переулка нам понадобилось максимум пять минут, а стояли здесь как минимум двадцать.    --Нет, не знали. Смотри, - Витор встал рядом, - видишь, как следы расположены? Здесь стояли не пять минут, и не десять, а мы решили идти в ресторан, подходя к концу площади. Здесь идти пять минут неспешным шагом.    А еще... Если бы нас ждали, то напали бы сразу и более слажено. Так, не успей мы выставить "щит" - и нет нас. Но нападение было таким же хаотичным, как эти шаги. Хотя они определенно готовились, только при других обстоятельствах.    --Что ж, сейчас узнаем. - Папа поднял обе руки над кучками пепла, закружил их, поднимая спиралью вверх, ветер подхватил пепел и перед нами предстали пепельные фигуры нападавших.    --Имя. - Гаркнул отец.    --Кеслон Пери Слим. - Прошелестел стоящий посередине.    --Имя. - Отец повернулся к стоящему слева.    --Вален Сен Тор.    --Имя. - К стоящему справа.    --Келин Фар Пури.    --Все наемники. - Мрачно констатировал отец. - Я так и думал.    Наемники... Как все-таки похожи наши миры. Своими руками грязную работу делать никто не хочет.    --Кто Вас нанял? - Тоном генерала на допросе подследственных вопросил папа. А тон знакомый... Дедушка вот именно таким всегда допрашивал солдат и офицеров.    --Гром. - Еле различимый шелест донесся от покоившегося справа.    --Это кличка такая? - Мой голос до отцовского не дотягивает, поэтому я даже напрягаться не стала, спросила обычным, будничным тоном.    Отвечать никто не спешил, а вот после громоподобного вопроса отца сразу ответили:    --Все его знают как Грома. Имени он не говорил. - Все тот же справа. Значит, он главарь этой горе-банды.    Гром... Будь я на Земле, посчитала бы этого Грома авторитетом среди зэков. Уж больно говорящая кличка.    --Амулет он вам дал? - Это уже Витор голос подал. Только вот на его угрожающе-спокойный тон ответили сразу, даже обидно как-то...    --Да.    --Когда?    --Сегодня утром. - Занятно. Ведь утром еще никто не знал о нашей вылазке в город. Даже я не знала, спала больная похмельем.    Витор видимо об этом же подумал, потому что спросил:    --Кто доложил о нашем походе в город? - И вот тут то его спокойный тон пошатнулся. Рычащие нотки прорезались.    --Гром. - Раз этот Гром знал о нашем походе...Он был у нас дома! Подслушал, подсмотрел, неважно, но был! Иначе как это объяснить? Впрочем, ему просто могли рассказать...    --С какой целью вы напали? - Интересно мне какую они цель преследовали. Убить, четвертовать или еще что. Только мне опять никто не ответил... Зато после папиного грозного крика заговорили сразу:    --Приказано было доставить девчонку живой. - Вот сразу бы так... Что? Доставить живой? Куда?    Лицо у меня вытянулось, а вот папа и лже-жених во все глаза уставились на меня. Честно? У меня не было сомнений, что причина нападения - я. То есть Ирэне. Но одно дело думать об этом, а другое - услышать подтверждение тому. А еще осознать, что если бы не Витор и мама, не добежать мне до палатки с гномом, и вообще утащили бы меня бездна знает куда, и все. Конец. Конец недолгой истории. Только я то стою здесь, а значит, новые наемники и нападения не заставят себя ждать, и это совсем не бодрит и уж точно не поднимает настроения.    Эмоции от моих собственных предположений отразились на моем лице. Витор решил меня "успокоить" обняв за талию и прижимая к себе. От чего я только взбесилась, хотела вырваться и вообще врезать ему пару раз (давно об этом мечтаю), но сдержалась, потому как папеньке не далече как сегодня утром сказала "У нас с Витором все хорошо" и этой легенды надо придерживаться. Руку его не скинула, однако желала оторвать, да так чтоб обратно не приделал, а от него отодвинулась, насколько возможно. Правда, меня тут же вернули на прежнее место... Нарывается, женишок, на пару-тройку стрел в его бренное тело. Сладки мысли о мести, но их пока на второй план отодвинула, а сейчас надо вопрос с бандюгами решить.    --Куда доставить? - У меня этот вопрос только в мыслях был, а папа озвучил.    --В "Розу Ветров". - Не забыть узнать, что это за место.    Витор зарычал, рука сильнее притянула меня, так что я влипла в его бок. Я закряхтела, отстраняясь от него. Бросила взгляд на папу, его лицо было задумчивым, кулаки сжаты, погрузившись в размышления, он не сводил глаз с пепельных фигур, как неожиданно повернулся ко мне и произнес:    --В Академию тебе возвращаться нельзя. - Махнул рукой и пепел осыпался. Ветер подхватил его и унес за собой наверх, разнося над крышами. - Останешься в замке, пока не найдем заказчика.    Как это в замке? А учиться? Я и так ничего не знаю, а пропущу вообще ничего не нагоню потом. И ректор три шкуры за турнир снимет. Нет, нельзя мне в замке отсиживаться.    --Пап...    --Мистер Астер, - Витор нагло меня перебил, - я в состоянии обеспечить защиту своей невесте.    И так это было сказано, что даже у меня на мгновение отпали все сомнения по поводу моей безопасности. Но лишь на мгновение. Как защитит - так и убьет, не поморщится.    --Нет. Я не могу так рисковать жизнью своей дочери. - Отрезал отец не желая более дискутировать на эту тему. Я же наоборот ждала от Витора ответа.    --Мистер Астер, Ирэне отныне находится под защитой рода Гарье. - Мне показалось, или папа побелел?    Так, похоже, мой лже-жених затеял очередную игру, а меня уведомить не удосужился? Я подняла голову, чтобы взглянуть в лицо Витору, по хитрющей ухмылке поняла - я не ошиблась.    --Ты приняла клятву рода? - Глухим, обреченным голосом спросил отец, я еще раз глянула на ухмыляющегося Витора...    --Я... Да, приняла... - Не знаю, о какой клятве идет речь, но я побью Витора, за то что он меня так подставляет.    Минуты шли, папа молчал, Витор тоже, я наблюдала за недобрым прищуром отца в сторону лже-жениха... И начала нервничать. Так, если подумать, что может означать клятва рода? Защита? Да, Витор об этом говорил. Любовь до гроба? Ерунда. Хомут на шею? Да все что угодно, только ничего хорошего, раз у папочки такая реакция... А ухмылка Витора. Это вообще плохой знак, даже очень. Но ведь я ничего не принимала. Следовательно, он ничего не давал, и беспокоиться не о чем. Тогда почему он ухмыляется? Нет, что-то тут не так.    --В замок. - Скомандовал отец, делая какой-то жест. - Через час вернетесь в Академию.    Витор кивнул и повел меня на стену. В этот раз иллюзиями на тему сотрясения или разбитого носа страдать не стала. Вышли мы в гостиной с камином и аркой. Папа вышел следом, и попрощался:    --Я к маме, узнаю как у нее дела. - Обнял меня, поцеловал в лоб, и глядя на Витора грозно сказал:    --Отвечаешь за Ирэне головой. Если с ней хоть что-нибудь случится - кровный враг тебе обеспечен, ты меня знаешь.    И ушел обратно в стену.    Надеюсь, с мамой все будет в порядке... А еще...    --Витор, ты мне не хочешь объяснить, что это еще за клятву я якобы приняла? - Он хмыкнул и пошел к выходу.    Это что значит? Что мне объяснить он ничего не хочет? Надоели мне его загадки. Кольцо, теперь клятва. За какой бездной ему все это? Спасать меня, на себе женить? Я ведь не Ирэне, так в чем смысл? Сила моя нужна? Но он не знал, не знал что я светлая.    --Стой! - Крикнула я, когда он уже скрылся за аркой. - Витор!    Он даже не остановился. Значит, разговаривать не желаем? Хорошо, хорошо. То, что я сейчас не совсем в адекватном состоянии после всего произошедшего, оправдывает меня в какой-то степени. А вот что оправдывает его... Да ничего его не оправдывает! Я злая девушка, пережившая нападение на себя и на свою мать, лже-жених не в счет, хотя спасибо ему за помощь. И вообще... я хочу в Академию...    Это странно, но я хочу в Академию. Там Дин, а с ним так спокойно, весело, хорошо... И Малена... Она пытается показать себя пофигистичной, но она тоже душевный человек. А Витор... Витор - это Витор. Здесь даже пояснения и аргументы не нужны.    --Мисс, - женщина преклонного возраста подошла ко мне, - Ваши вещи доставлены в Ваши покои.    Какие вещи? Ах, да, вещи... В мои покои... Прекрасно. Знать бы еще где эти покои покоятся.    --Благодарю, а Вы не проводите меня? Я неважно себя чувствую. - Даже не пришлось в голос нотки усталости добавлять, они там сами по себе были.    --Конечно, мисс, идемте.    Женщина пошла чуть впереди меня, что мне на руку. Дороги ведь я не знаю. Идти оказалось не так далеко, край второго коридора. Все пакеты с купленными вещами и впрямь были здесь. Аккуратно составлены на диванчике. Кровать двуспальная, с ситцевым балдахином. Стены светло-лилового оттенка, большое окно, легкие шторы... Красиво...    Видя кровать так захотелось прилечь, поспать, отдохнуть... Вот я и прилегла, только под спину мне попало что-то твердое. На вид книгу напоминает, только обложка из кожи, и названия нет. И не открывается никак, странно. С обратной стороны потертость на обложке в виде ладони. Может, руку приложить и откроется?    А как монстр из нее какой вылезет? Ладно, была не была.    Приложила правую ладонь к обратной стороне, раздался щелчок и книга раскрылась.    На первой странице ровным почерком выведено "Ирэне Деланита Камере Савелье". Значит, личный дневник Ирэне.

"1 курс"

"15 октября

   Заклинание полного стазиса преобразовать не получилось, пошел откат в обратную сторону, при изменении пяти кратных частиц маг. пот. Блок выставить успела, но ногу задело. На занятия не пошла, Айнех бесится.    Не могу понять причину, почему не сработало мое заклинание. Исходя из всех расчетов, все должно было получиться, но пошел сбой. В ближайшее время надо пересмотреть расчеты и довести до совершенства."       Ирэне переделывала заклинания? Зачем, интересно мне знать, ей это понадобилось. Хотела ученым стать, прославиться на весь мир? Бред какой. Здесь явно не известность причиной стала. Вот, пожалуйста, очередная загадка в мою личную копилку "хочешь жить - включи мозги".    Я только не понимаю, почему этот дневник лежал на кровати, да так, чтобы точно нашли. Если на нем защита определенная стоит, значит логично было его прятать, а не оставлять на видном месте, пусть и в своей комнате. И кстати о защите... Он открылся от моей руки. Но я не Ирэне, и вообще не могла она сюда мою руку подставить, ну никак. Так каким же тогда чудным образом он мне поддался? Нет, я определенно ничего не понимаю в этом мире. Ничего. Абсолютно. И меня это совсем не радует.    --Ты готова? - В комнату без стука вошел Витор, бросил взгляд на раскрытый дневник в моих руках. Я быстренько его захлопнула, огляделась, сумка с моими вещами тоже была здесь, я засунула дневник в боковой карман, и уверенно:    --Да, - говорю, - готова. С пакетами поможешь? - Одна я столько не унесу, а просить больше все равно некого.    Витор хмыкнул, взял все пакеты разом и вышел из комнаты. Сумку я понесла сама. Мало ли. Вдруг он знает, что это дневник Ирэне, и он ему зачем-то нужен? Я ведь ему зачем-то нужна, так что быть уверенной хоть в чем-то нельзя.    Переход был все в той же гостиной, вышли мы в кабинете ректора. Я вежливо поздоровалась, Витор тоже, ректор даже взглядом не удостоил. Тем лучше, вопросов никаких не будет.    Какого было мое удивление, когда выйдя в коридор, я вздохнула с таким облегчением, в душе образовалось непередаваемое спокойствие, тревога, не покидавшая после нападения, отступила. Захотелось быстрее увидеть Малену, Дина, рассказать им про все мои злоключения, и я уверена, что они поймут и даже что-то смогут посоветовать.    Меня молча довели до комнаты, всучили пакеты и так же молча, не говоря ни слова, удалились. Витор себя странно начал вести. Раньше не знала чего ожидать, теперь вдвойне не знаю. Не рычит, не язвит, не ухмыляется, за руки не хватает. Если бы хоть одно из этого присутствовало в нашем общении, я бы не задумалась над этим вопросом.    --Рэне вернулась! - Малена радостно подбежала, рывком обняла, забрала пакеты, - Я посмотрю?    Вот она, девичья страсть к новым вещам. Я кивнула, и обратила свое внимание на Дина. Тот сидел за столом с кружкой чая.    --Привет, красавица. - Радостно улыбаясь, отодвинул стоящий рядом стул, жестом приглашая присесть.    Малена крутилась перед зеркалом, прикладывая то одно платье, то другое. Изредка выкрикивала "Рэне, я возьму это поносить?" и "Ты просто обязана дать мне его на время!", я только улыбалась ее изречениям.    Дин налил мне чаю, поставил передо мной кружку и потребовал:    --Рассказывай! - Я только этого и ждала.    Меня как прорвало. Я рассказала обо всем. Как нацепил на меня кольцо Витор, как шили платье, как на балу меня это самое кольцо искусало, о встрече с Дженом я умолчала. Моменты неуравновешенности Витора друзья злорадно просили повторить раза три. Потом не совсем приятные воспоминания о том, как я напилась, и как Витор носился со мной. На этом моменте у Малены реально отпала челюсть, а Дин поперхнулся чаем, еле откашлялся. Дальше я во всех деталях пересказала разговор с отцом, и даже про возможный разрыв помолвки заикнулась. Друзья очень удивились тому факту, что я светлая и что сама об этом не знала.    Рассказ о нападении вышел самый напряженный. Я продемонстрировала им лук и стрелы, и если стрелы они рассмотрели тщательно, лук по понятным причинам разглядывали со стороны.    --И как ты думаешь, что им было нужно? - Дин в последней части рассказа сидел с абсолютно серьезным лицом.    --Понятия не имею. Но я нужна была им живая, не просто так ведь.    --Надо ответ искать в твоей потерянной памяти. - Малена задумалась. - О твоей силе не знал никто, кроме родителей. Им явно нужен не свет.    Об этом я тоже уже думала. И все больше начинаю склоняться в сторону одной, пока видимой мне единственной, причины - кинжал. Джен говорил о краже, но не говорил, что именно я должна украсть, а вот во сне мне явственно было сказано: кинжал. Значит и Джен имел в виду кинжал. А еще фраза неизвестного голоса "Если принесешь кинжал - подозрения отпадут". Подозрения. Ирэне должна была его украсть, но по какой-то причине не сделала этого. И, видимо, Гром уверен, что она его украла.    Это мои догадки, и я могу ошибаться, но другой версии у меня все равно нет.    --Ничего себе... - Мы с Дином обернулись на восторженный возглас Малены.    В руках она держала открытую шкатулку, про которую я успела забыть. Да, там было чему удивляться. Бриллианты, рубины, алмазы, золото, белое золото, искусная ювелирная работа высшего уровня.    --Откуда эта... красота? - Глаза подруги блестели не хуже бриллиантов.    --Это подарок Витора, - я забрала шкатулку, и направилась к выходу, - его надо вернуть.    --Я понимаю, у Вас нет отношений, и все такое, но... - Малена запнулась. - Это же подарок...    Вот от кого я таких слов не ожидала, так это от Малены. Я удивленно заломила бровь, подруга потупила взгляд и через силу молвила:    --Да, ты права, надо вернуть... - И отвернулась. Дин хмыкнул, поторапливая:    --Если собираешься возвращать подарок сегодня, то выдвигайся прямо сейчас. Вам еще минут 20 надо на поругаться, и тебе минут 10 чтобы придти в себя. А через час Айнех по коридорам с проверкой пойдет, не дай тьма тебе с ним столкнуться.    И он чертовски прав. Выбежав в коридор помчалась по уже знакомому маршруту. По мере приближения к двери начал зарождаться страх. Как он отреагирует на мои действия? Раз начал вести себя по-другому, то не должен мне боль причинить. Хотя... честно признаться, я уверена, что он не изменился и даже не начал меняться. Это лишь очередная его игра, а я пешка, с которой, как он считает, он волен обращаться как хочет. Но украшения я у себя не оставлю. Такие подарки дарят либо женам, либо любовницам. Я не к тем, не к тем отношения не имею.    --Кто? - На мой стук донесся далекий от приветливого голос.    --Витор, это я, надо поговорить. - Кто я - уточнять не имеет смысла, по голосу узнает.    Дверь мне открыли с ленцой, не спеша, все в его движениях и виде кричало "Раз пришла - значит, подождешь". Я же говорю - не меняется этот человек, более того - не знает таких слов!    --До утра не подождет? - Он уперся рукой в полуоткрытую дверь. Даже войти не предложил! Может, оно и к лучшему. Здесь если закричу - услышат. Вряд ли помогут, но услышат.    --Нет, не подождет. Держи, - я протянула ему шкатулку, - это твое.    Бросив мимолетный взгляд на протянутую мной вещь, усмехнулся:    --Это подарок. - Сейчас я начинаю думать что ты, самовлюбленный эгоист, думал меня так купить!    --Мне такие подарки не нужны. - Стараясь сохранять спокойный, ровный тон ответила я. - Подари своей безотказной подстилке.    Похоже, перегнула. Синева исчезла из глаз, оставляя после себя темноту, губы вытянулись в тонкую линию, рука сжала дверь так, что дерево жалобно затрещало. Я, повинуясь инстинкту самосохранения, попятилась назад. Научена горьким опытом, знаю, что за этим последует.    --В комнату. - Угрожающе рыкнул лже-жених, открывая проход.    Зайти, чтобы не выйти? Нет, спасибо.    --Ты знаешь, я тут подумала, подожду до утра. - И развернувшись, пошла обратно, моля здешних Богов о спасении от гибели преждевременной.    --Стоять! - Раскатилось по коридору. Хоть бы одна голова в коридор высунулась! Сидят все по норкам, как трусы. А я между прочим хрупкая девушка! Душевно ранимая! Я не привыкла к некромантам и их методам общения!    Конечно я не думала останавливаться. И даже вздумай я остановиться все равно не остановилась бы. Ноги сами меня несли, жить то хочется. Остановиться все-таки пришлось. Я банально врезалась в того, от кого так отчаянно убегала!    --Далеко бежим? - Издевательски протянул он.    Далеко! Куда угодно, лишь бы тебя не видеть, не слышать и не знать.    --Витор, ты немного не в себе, давай завтра поговорим? - Нет, на понимание я не рассчитывала. Вот нисколько. Меня нагло закинули на плечо как мешок с картошкой, и, не обращая внимания на протесты, понесли в комнату.    Положение удручающее. А я вообще не люблю быть в таких положениях, но меня кто-то спрашивает? Что на этот раз пострадает из моих частей тела от психической неуравновешенности Витора? Рука? Уже было. Нога? Вполне возможно. Голова? Тоже может быть, но думаю голову точно не тронет. Другие части тела? Надеюсь, воспитания ему хватит, чтобы не опуститься до такого. Тьма! О чем я? Это же Витор! Самый жестокий ученик Академии! Без совести, жалости и других, присущих нормальным, адекватным людям, качеств!    Вот и комната... Дверь захлопнулась с таким грохотом, что она, как приличная дверь, должна уже отвалиться или хотя бы с петель слететь! Или на чем у них здесь двери держатся...    Приземлилась я на диван. Лже-жених сбросил меня как все тот же мешок с картошкой. Куда исчезла та забота, с которой меня с пола поднимали и на кровать укладывали да пледом укрывали? Или чтобы увидеть его нормальным человеком, надо напиться до полубессознательного состояния?    --Я весь во внимании. - Навис надо мной этот черноглазый монстр. - Рассказывай, любимая, что на этот раз тебя не устраивает?    А тон такой, что сразу понятно - слушать меня не намерен. Спрашивает чисто ради приличия, чтобы было с чего начать.    --Витор, давай без выражений. - А что? Какая я ему "любимая"? - И вообще меня много чего не устраивает, но пожалуйста, отложим разговор до утра, а?    Бездна, Боги, ответьте мне, за что вы так со мной? Этот упертый псих меня ведь теперь не отпустит, пока чего-нибудь не сделает.    Больно схватив мой подбородок вынудил смотреть ему в глаза. Он в целом выглядит не так ужасающе, как одни его глаза! Нет в них цвета, нет ничего, пустота, темнота, даже искорки света нет.    --Раз ты не хочешь говорить - скажу я. - Да даже если бы я начала говорить, последнее слово все равно было бы за тобой! - Шкатулку ты заберешь, это подарок, и тему эту больше не поднимаешь, это раз. - Конечно, так я прям и купилась на твои украшения. Меркантильная сволочь. - Моя личная жизнь тебя не касается, это два. - Чую, взорвусь ведь сейчас, выскажу все, а потом страдать от этого садюги буду. - И последнее, - решишь от меня убежать - сломаю ногу.    Вот не нашла я в себе силы смолчать, не нашла!    --А теперь скажу я. - Зашипела я, освобождая свой подбородок из его цепких лап, подскочила с дивана, как только мне это удалось, отходя к двери. - Твой подарок мне даром не нужен хоть с тобой, хоть без тебя, это раз. Ты меня сам назвал своей невестой, нацепил это... кольцо! А теперь говоришь, что твоя личная жизнь меня не касается? Да ты сам сделал меня своей личной жизнью! И последнее, - когда ты уже запомнишь, что нельзя со мной силой, Витор?    Я выдохнула, пытаясь унять бешенное сердцебиение. Сердце, казалось, сейчас выпрыгнет то ли от страха, то ли от... страха.    Лицо лже-жениха не выражало абсолютно ничего. Это пугало еще больше. Пусть лучше явственным будет гнев, злость, да что угодно, но хоть какие-то эмоции.    --Значит, подарок даром не нужен, - голос спокойный такой, а глаза... В один миг по телу прошла волна дрожи, и один за другим режущей, пронизывающей болью начало поражать один орган за другим, словно меня без наркоза решили распотрошить, - значит, сам сделал тебя своей личной жизнью, - в голове стали раздаваться удары, как будто об бетонную стену стучат без остановки, не заботясь о целостности такой важной части тела, - значит, нельзя с тобой силой.    Голова, органы, ноги, руки - все! Все, без исключения, пронизывала невыносимая боль! Слезы хлынули из глаз, я не уловила момент, когда рухнула на пол не в силах больше стоять на ногах. Прозрачная пелена застилала глаза, очертания расплывались, не знаю, где был Витор, что он делал, что говорил, я больше его не слышала.    За что? За что он так со мной? Что я успела ему сделать, за что такая жестокость? Неужели, Ирэне терпела тоже самое? Лежала на полу корчась от невыносимой боли, страдала, рыдала? Боги, как вы могли создать это воплощение дьявола? И почему именно мне приходится терпеть эти муки? Может, именно так ощущаются семь кругов ада?    В голове зазвучал отдаленно знакомый голос: "Соберись, Лиса, он - зло, ты - свет, дай ему отпор! Ты сможешь!"    Как, как я могу дать ему отпор, если даже руки меня не слушаются? Я не знаю магии, у меня нет против него ни единого шанса!    "Можешь! Свет всегда поглощает тьму!"    Такую тьму не способен поглотить ни один свет... Но либо я попытаюсь сделать хоть что-то, либо так и останусь лежать на этом полу, корчась от боли.    И я представила... Представила солнце, ярко освещающее луга и поля, как радуется этому теплу каждое растение, как колосок пшеницы тянется наверх, как цветочки раскрывают свои бутоны, подставляя теплым лучам свои лепестки, как птички и зверьки греются под этим вечным источником тепла...    Боль начала отступать, голова больше не разрывалась на части, тело перестало выкручивать, а перед глазами уже не расплывался окружающий мир.    --Ты всегда будешь одинок, Витор, - прохрипела я, переворачиваясь на спину и уже не боясь, что боль вернется, - рядом с тобой невозможно находится, ты - воплощение зла. - Я не спешила вставать, давая себе возможность окончательно придти в себя. - Нет таких людей на свете, готовых терпеть боль.    --Тебе придется находиться рядом со мной, у тебя нет выбора. - А голос по-прежнему спокойный. Будто не он только что меня чуть не убил!    Я повернула голову на голос, Витор сидел на диване с книгой в руках, чашкой чего-то на столе и даже не смотрел в мою сторону.    --Нет, я никогда не буду с тобой. - Поднявшись, я, пошатываясь, дошла до двери, держась за ручку, чтобы не упасть. - Ты не способен измениться. Я буду просить отца расторгнуть помолвку.    Дрожащими пальцами открыла дверь, и услышала то, от чего чуть не упала.    --Не выйдет, дорогая. Ты приняла клятву, теперь кроме меня нашу помолвку никто не способен расторгнуть.    Что за ерунда? Я ничего не принимала, он ничего не давал. Словно прочитав мои мысли, Витор добил:    --Никогда не давай согласия, не зная всей сути.    В голове всплыло "--Ты приняла клятву рода? --Я... Да, приняла...". Сволочь! Как он мог?!    --Ты не давал мне никакой клятвы! - Похоже, у меня сейчас будет истерика.    Он кинул на меня безразличный взгляд, усмехнулся и резко сказал:    --Ты уверена? Помнится, ты была в полубессознательном состоянии.    Я все поняла! Его забота, его помощь - это все часть его игры! А я, сама того не понимая, действительно приняла клятву, которую он давал ничего не осознающей мне! Как это низко, подло... и так в его духе.    Не говоря больше ни слова, я вышла из комнаты, хлопнув дверью.    Я не представляю, что это за клятва, но одно я знаю точно - жить с Витором я не буду. С таким человеком жить - со смертью играть. А я такие игры затевать вообще не хочу.    Надо будет узнать у Дина про клятву рода, он в любом случае должен знать. Моя неосведомленность против меня же действует.    Потерла виски, где еще глухо отдавались остатки недавней боли. Голос... Голос, что я слышала, он показался знакомым. Знакомым потому что я его уже слышала! Во снах, именно этот голос преследует меня в моих снах. Как она, голос женский, прорвалась в мои мысли? Раньше такого не было. Только сон, не выходя за его грань. А здесь прямо в мыслях! Боюсь представить что со мной бы стало, не явись она. И ведь я смогла отогнать окутывающую меня тьму. Смогла! Значит, Витора можно меньше бояться, я могу ему противостоять, а это очень важно.    --Адептка Савелье, что Вы здесь делаете? - За раздумьями не обратила никакого внимания, в какой коридор зашла, и теперь передо мной стоял магистр Айнех собственной персоной.    А, тьма. Это традиция такая, после "общения" с Витором обязательно натолкнуться на Айнеха? Если да, то мне эта традиция не нравится.    --Я просто задумалась, - оказывается, я забрела в преподавательский коридор, - извините, я пойду.    Развернувшись, пошла обратно, смотря во все глаза, чтобы не проморгать свой коридор.    --Стойте, адептка Савелье. - Бездна! Что ему надо? Я остановилась, бежать бесполезно.    Магистр Айнех подошел, взглянул в мое лицо, окинул меня взглядом, и констатировал:    --Вы плакали, адептка Савелье. Причина? - Мне послышалось? Я взглянула в глаза магистра. Как всегда: тьма. Но не такая, как в гневе у Витора. Эта темнота привычная, обыденная. И единственное, что я разобрала в этом взгляде - решимость вызнать правду.    --Это личная причина, магистр. - Не собираюсь я ему рассказывать, как только что корчилась на полу Витора разрываемая адской болью. Пойдет, чего доброго, прибьет его. Нет, это безусловно привлекательный вариант, но все же.    --Да неужели? - Язвительность так и сквозила. - Губа у Вас тоже по личным причинам разбита?    Что? Я дотронулась до нижней губы, и скривилась от боли. Действительно, разбита... Наверно, неудачно приземлилась когда падала.    --Я упала. - И я не вру, просто не за чем магистру все знать.    Магистр сощурился, не верит, значит.    --Упали? - Кивнула. - Допустим. Позвольте узнать где? - Вопрос с подвохом.    Где я могла упасть? Беспроигрышный вариант - лестница.    --В столовую спускалась, оступилась и... вот результат. - Я указала на губу.    --Упали и не заметили, что разбили губу? - Тьма. Хоть что-то от Вас можно скрыть, магистр Айнех? Что ж Вы приставучий такой?    --Чего Вы добиваетесь, магистр? - Зачем ходить вокруг да около? Вопрос в лоб, как говорится.    Магистр хмыкнул, еще раз окинул меня взглядом и безапелляционно:    --Правды, Савелье.    Какой правды? Что Витор сволочь? Я думаю Вы это и сами знаете. Рассказать Вам о наших "отношениях" с лже-женихом? И какой приговор я себе подпишу? Нет, эта неизвестность действительно пугает. И хоть магистр сейчас выглядит не так устрашающе, доверия не внушает.    --Магистр Айнех, позвольте...    --Магистр Айнех. - О, тьма. Опять он! Ну что еще надо? Не добил? Поиздеваться решил? - Что здесь происходит?    Витор, злой как черт, стремительно приблизился к нам. В руке он держал треклятую шкатулку.    Магистр напрягся, губы сжал, и вот он - обычный магистр Айнех. Тот, который так "приветливо" встретил меня на полигоне, и допрашивал в кабинете.    --Разговор между магистром и адепткой. Что-то не так, адепт Гарье? - Равнодушно осведомился магистр.    Витор бросил на меня гневный взгляд, а затем посмотрел на Магистра.     -- Если вы закончили, я заберу свою невесту. - Даже не вопрос. Я глянула на магистра, не знаю, что он прочитал в моем взгляде, но:    --Нет, - спокойно ответил Магистр. - Пока мы не выясним, почему у Савелье разбита губа и в связи с чем слезы - она никуда не пойдет.    Я как-то неожиданно для самой себя облегченно выдохнула. Лучше я с магистром поговорю, чем с Витором уйду.    --Что? - Выдавил из себя Витор, его кулаки сжались, а глаза потемнели. - У тебя разбита губа? Это кто-то сделал? - Волнение в голосе, во взгляде, чертов актер! Ты виноват в этом! Ты сделал это со мной!    --Хватит! - Крикнула я. - Хватит, Витор.    Меня удостоили таким взглядом, от которого впору самоуничтожиться. Магистр же наоборот наблюдал за разворачивающимися событиями с интересом.    --Мы с тобой потом поговорим. - Процедил лже-жених, поворачиваясь к магистру. - Видите, девушка нервничает, зачем же сейчас мучить ее расспросами?    Магистр на его реплику отреагировал все с тем же интересом.    --А Вы знаете, мистер Лассен, до Вашего появления у нас был довольно спокойный разговор.    Мне кажется, или магистр цепляет Витора? Он ведь прекрасно видит, в каком тот состоянии, а говорит таким саркастичным тоном, с долей издевки. Как бы бойни не было, а то разнесут тут к бездне Академию. И тут взгляд магистра зацепился за шкатулку. Я ее уже готова разбить об голову этого... жениха!    --Позвольте, - магистр небрежно указал пальцем на шкатулку, - я взгляну.    Он определенно выводит Витора. Тот вон как челюсть сжал, аж желваки заходили.    --Конечно, магистр. - Сквозь зубы процедил он, протягивая требуемый предмет.    Откинув крышку, Айнех усмехнулся, глянул на меня и выдал:    --И почему у меня складывается ощущение, что Вы, мисс Савелье, не желаете это принимать?    Как он это делает? Мысли читает? Следит за нами? Как ему это удается?    Я молча смотрела на ухмыляющегося магистра, в сторону Витора даже глаз не скосила. Боюсь представить, что у него сейчас на лице написано.    --Магистр Айнех, Вам не кажется, что это наше личное дело? - Нарочито спокойно спросил Витор.    --Вот ведь какая ситуация вырисовывается, мистер Лассен, я встречаю в преподавательском коридоре зареванную адептку, которая является Вашей невестой, с разбитой губой. На выяснение причины она отвечает - это личное. - Магистр внимательно следил за моей реакцией. - Теперь ответьте мне, адептка Савелье, губу Вам Ваш жених, - "жених" особо выделено, - разбил?    Ой, тьма... В сторону Витора я по-прежнему старалась не смотреть, но рык его услышала особенно четко. Специально выводит! А я потом отдуваться за двоих буду?! Ну уж нет!    --Магистр, пожалуйста, давайте закроем эту тему? - И столько в моем голосе жалости было, сама удивилась. А что о магистре и Виторе говорить? Четыре глаза удивленно пронзили в меня с разных сторон.    --А что Вас так напугало, Савелье? - Боги, заткните его, кто-нибудь!    --Ничего, абсолютно ничего. - Я вяло улыбнулась. - Я просто устала, хотела уже отправиться спать...    Зевнула для правдоподобности, только магистр отставать не спешил.    --Мистер Лассен, Вы отдаете себе отчет, что избили девушку? - Это уже чистой воды провокация пошла! Зная вспыльчивость лже-жениха... В общем, у него в левой руке была шкатулка, собственно, она была... Обломки от сего деревянного шедевра ручной работы посыпались на пол, украшения тоже...    --Магистр Айнех, Вы отдаете себе отчет, в чем меня обвиняете?    --Безусловно. - В моем мире сейчас начался бы мордобой, но у них здесь магия и другие порядки... Быть смертоубийству, как пить дать.    Воздух словно заискрился, стало тяжелей дышать, напряжение тяжким грузом опустилось на плечи. Витор свел ладони вместе, будто держит что-то ценное, магистр ловко сцепил пальцы, и, похоже, настала моя очередь вмешаться. Мне бы сейчас скалку, или сковородку, было бы кстати.    --Ээ... Мужчины, - я вклинилась между ними, - компромисс: магистр, я обещаю поговорить с Вами один на один утром, постараюсь ответить на все Ваши вопросы. - Я нехотя повернулась к Витору, сглотнула подступивший к горлу ком, и выдавила:    --Я пойду с тобой.    Надеюсь, мне поставят памятник, как самой стойкой девушке.    --Савелье, Вы уверены в своем решении? - Магистр слегка обеспокоенно на меня взглянул.    Нет! Не уверена! Но я уверена, что не хочу проходить свидетелем по делу о драке между магистром и адептом. Тем более что один на порядок сильнее.    --Да, магистр, уверена.    --А знаете, адептка, я провожу Вас. Вы уже двадцать минут как должны быть в своей комнате.    Как он это делает? У меня во взгляде было написано "помогите, спасите"? Может и так, но я рада, рада, что хотя бы до утра он избавил меня от Витора и разборок с ним. Благодарность? Да я его расцеловать готова!    --Мистер Лассен, Вас это тоже касается. - Строгим преподавательским тоном отчеканил магистр и повел меня в мою комнату, оставляя Витора со сломанной шкатулкой позади.    Я постаралась не думать, что ждет меня завтра. В том плане, какой приговор мне вынесет Витор. Надеюсь, переспит со своим гневом и посмотрит на ситуацию трезво, без застилающей глаза ярости.    Войдя в мой коридор, магистр замедлил шаг, я насторожилась.    --Мисс Савелье, Вы ведь понимаете, что это, - магистр указал на мою разбитую губу, - самое невинное, что может быть?    Понимаю, только Вам от этого что? Какой смысл у этого разговора? Я все равно ничего не скажу. Да, я благодарна за кратковременное спасение, но рассказывать ничего не намерена.    --Магистр, это наше личное дело, - уклончиво ответила я.    --Витор Гарье, - начал магистр, но не закончил. Саламандра ощерилась, как прошлый раз на Джена, зашипела... Магистр бросил на нее взгляд, саламандра захлопнула пасть, пару раз моргнула и затравлено вернулась на свое место. Он даже не говорил ничего! Просто посмотрел, один взгляд и... и я в который раз ничего не понимаю.    А не будет выглядеть подозрительно, если я спрошу у него про кольцо? Надо уже понять, что это за... зверь такой.    --А Вы... - Не зная как лучше начать, замялась, магистр закончил сам:    --Знаю ли я что это за кольцо? - И лицо такое самодовольное... Я ошарашено кивнула. Нет, он определенно умеет читать мысли, иначе как объяснить его точные попадания прямо в цель? - Мистер Лассен не потрудился объяснить?    --Он... не успел. - Магистр хмыкнул.    --Кольцо с частью Духа Хранителя рода. С той частью, что отделяется от Духа при рождении мужчины, для его защиты. - Вот это ничего себе... То есть оно реально живое?    --И снять его может только Витор? - Зря я, наверно, это спросила, но уже спросила, так что поздно жалеть.    --Будь это кольцо с Хранителем мистера Лассена - да. - Магистр перешел на заговорщицкий шепот, наклонившись поближе ко мне:    --По секрету, Савелье, конкретно это кольцо подвластно не только ему. - И подмигнув напоследок, подтолкнул меня к двери, попутно ее открыв. Пока я сообразила, дверь уже захлопнулась, отрезая меня от коридора.    Дина в комнате уже не было, Малена сидела за столом над тетрадями и учебниками, что-то писала. Она бросила "я сейчас, почти закончила", и застрочила вдвое быстрее. Если она заметит мою губу - допрос обеспечен, а он мне сейчас нужен меньше всего.    Переодевшись в пижаму, нырнула под одеяло, отворачиваясь к стене. Малена вспыльчива, плюс ненависть к Витору... Моя разбитая губа может послужить катализатором глобального конфликта, а перспектива стать камнем преткновения мне не улыбается.    Витор, как я и думала, хороший актер и редкостная сволочь. Заботился, защищал, а сам в это время просчитывал ходы в своей, только ему известной, игре. Зачем было спасать, если он так рьяно жаждет моей кончины? Или страдания других приносят ему колоссальное удовольствие? Скорее всего именно так. А о чем он думал, когда чуть с Айнехом не сцепился? Магистр сильнее, опытнее и умнее его. Это все равно что с автоматом против танка идти. Патроны потратишь, а тебя все равно задавят. Магистр тоже хорош. Целенаправленно его выводил. При этом такой спокойный, я бы даже сказала веселый, был. Кстати, магистр... Его поведение мне тоже непонятно. Вспомнить хотя бы как он меня встретил на полигоне, или как вел себя в зале Некромантии. Правда, я тоже хороша. Умертвие в дерево превратила... Но это сути не меняет.    Может, магистр тоже ведет свою игру? Тьма, что ж это за мир такой... Каждый действует только в угоду себе, не обращая внимания на других. Хотя, у нас люди ничем не лучше...    --Рэне, ты спишь? - Малена тихонько подошла к моей кровати.    Нет, не сплю, но поворачиваться не буду. Завтра все равно увидишь, но, то будет завтра, а пока...    --Почти, что у нас завтра по плану?    --Выходной.    Как выходной? О, нет. Я не хочу выходной. В первую очередь потому что тогда Витору ничего не помешает заявиться ко мне прямо с утра. А я еще обещала разговор тет-а-тет магистру. Точно! Вот к нему и сбегу. Надо только пораньше встать, чтоб с Витором не столкнуться. И лук с собой захватить, мало ли что.    Едва сомкнула глаза, приснилась мне хорошо знакомая полянка. Страха при виде этого места я больше не испытывала. Спокойно села на пенек, порадовалась солнышку, как обычно освещающему полянку.    --Говори уже, что на этот раз? - Вяло поинтересовалась я, срывая растущий рядом розовенький цветочек. На ромашку похож.    --Найди Джена. - Вот так сразу? Просто взять и найти? Конечно, прямо сейчас пойду искать!    --А кого поближе нет? Я не имею представления о его местоположении. - Голос хмыкнул.    --Поближе? Айнех, например? - Язвительно протянула незримая девушка, или женщина.    Да хоть бы Айнех. Джена я видела один единственный раз, и то было в туалете, когда я была зла на Витора за кольцо. И почему именно Джен? Это я и спросила.    --Он поможет тебе выкрасть кинжал.    Кинжал... Я уже забыла о нем.    --Как просто сказать "выкрасть кинжал", а то, что он хранится в Королевской Сокровищнице, значения не имеет? - Я не смогла скрыть ехидства в голосе.    --Не имеет. - Холодно ответила мне. - Найдешь Джена, чем быстрее - тем лучше. Ты в хорошей физической форме, на подготовку уйдет как максимум месяц. Это тебе не в город по магазинам сходить, - съязвил голос, - Дворец хорошо охраняется, без Джена ты и на метр к нему не подойдешь.    А с Дженом подойду, зайду и не выйду. Хоть с ним, хоть без него - я не вор, из магического могу: кристаллик воды сделать и неизвестно как превратить умертвие в дерево. Все! Это максимум, на что я сейчас способна. Бегаю быстро, только вряд ли смогу убежать от летящего в спину магического шара. Здесь даже лук не поможет.    --Где его искать? - Все равно кража неизбежна, хоть как-то подготовиться можно.    --Умная девочка, - усмехнулся голос, - вызовешь его маячком, он сам придет.    Прекрасно. Надо то лишь маячком вызвать.    --Может расскажешь, как это сделать? - Я тоже язвить умею.    --Малена и Дин научат, только попроси. Знак маячка Джена найдешь в дневнике, который он любезно тебе преподнес.    Положить на кровать теперь называется "преподнес"? Ну, это я уже придираюсь. Зато теперь знаю, откуда он там взялся.    --И еще, отложи у себя в памяти: ни Витору, ни Айнеху слепо верить нельзя. Витору ничего не рассказывай, Айнеху не вздумай врать. Он ложь за семь верст чует. - Это я уже поняла. - Говори правду, но только ту, которую можно ему сказать. В общем, фильтруй.    Почему я всегда оказываюсь в центре всех проблем? Вселенская несправедливость. Хоть Малене и Дину я могу верить или они тоже свои игры ведут?    --Можешь...    Голос растаял, я поняла, что проснулась.    Солнечные лучи пробивались сквозь шторы. Значит, уже утро... Утро еще одного дня, которое предстоит пережить прячась от Витора, поговорить с магистром Айнехом... Голос только подтвердил, что им нельзя доверять. Надо еще попросить Дина и Малену помочь с маячками, если научусь, то смогу найти Джена, с ним до кинжала добраться. Как все просто! "Укради кинжал"! Легко сказать! Почему бы просто не заказать новый, копию сделать. Нет надо все усложнить. Вот доберусь до Джена и устрою ему допрос. А если откажется рассказывать - буду пытать.    Малена еще спала, я тихо, чтобы не разбудить, взяла вещи, сходила в душ, и собралась идти к Айнеху, мысленно настраивая себя, что все будет хорошо.    На всякий случай написала записку, уточнила, где меня искать, если к завтраку не вернусь, и ушла. Вообще-то я не успела узнать, в каком кабинете обычно сидит Айнех, особенно учитывая, что сегодня выходной. В холле стоять не безопасно, Витор в любой момент может появиться, поэтому я пошла наверх. Поиски решила начать с зала Некромантии, его расположение я хорошо запомнила. Должно же мне хоть в чем-то повезти.    Шла не спеша, решив рассмотреть Академию хоть немного.    Каменная кладка, черный каменный пол. На потолке выведены надписи и символы, как в холле и в том кабинете, в котором у нас с Дином и Маленой было занятие. Ничего особенного. Я как-то всегда представляла, что в мире фэнтези все так необычно, красиво, не так, как в нашем мире. А здесь ничего особенного и нет, за исключением проблем.    Дверь в зал оказалась открыта, я незаметно скользнула внутрь, видя перед собой занимательную картину.    Айнех посреди зала, с голым торсом, мечом наперевес кромсает обступающих его умертвий. И так искусно он это делал, что я невольно засмотрелась.    Движения четкие, плавные, выверенные, без промахов. Меч словно продолжение его руки, будто он уже с ним родился, и только на ноги встал - в бой пошел.    Выражение лица спокойное, уверенное, сразу видно - еще не проигрывал, и, похоже, даже не знает что это такое.    Умертвия один за другим кусками осыпались на пол. Именно кусками. Он за пару секунд успевал разрубить одного, при этом ногой бить другого, и в итоге добивать мечом. Не хотела бы я оказаться на месте того, кто осмелится пойти против него в бой. Я ничего не понимаю в магии, но магистр сейчас использует чисто физическую силу и холодное оружие. Ничего более.    Кажется, теперь я начинаю понимать фразу - настоящий боец. Пусть у него нет груды мышц, и на шкаф он не похож, выглядит очень даже хорошо. Подтянутый, в прекрасном теле. Неудивительно, если у него каждое утро с таких тренировок начинается. В Академии МВД я видела, как борются офицеры, на показательных тренировках, и восхищалась их грацией. На фоне магистра они выглядят, как если поставить рядом медведя и балерину. Примерно так же.    Мне бы научиться так сражаться... Только вот меч - не мое оружие. Вот лук - другое дело. Лук... ох, черт. Я же его в комнате забыла!    --Адептка Савелье? - Неподдельно удивился магистр, закончив кромсать последнее умертвие.    А мне вдруг стыдно стало, стояла, можно сказать, подглядывала. Застукали с поличным.    --Я... не хотела Вас отвлекать. Просто я обещала Вам разговор, и... Я лучше в другой раз зайду. - Что-то мне прямо не по себе. Развернулась к выходу, и услышала спокойное, размеренное:    --Стоять. - Остановилась. Все равно догонит, да и сама пришла, вроде как "сама виновата".    Вернулась в исходное положение. Меча в руках магистра уже не было, умертвия стояли целые и невредимые каждый в своем квадрате. Магистр накинул рубашку, не утруждаясь ее застегнуть.    --Что же Вы, мисс Савелье, только пришли, и уже уходите? - С долей иронии произнес магистр.    И ушла бы! Но Вы теперь не дадите уйти. Собственно, ответа на его вопрос у меня не нашлось. Магистр усмехнулся.    --Пройдемте, Савелье, в мой кабинет. - И двинулся в конец зала. - Здесь обстановка к беседе не располагает.    Нормальная обстановка. Умертвия стоят себе тихонько, не дышат. А в Вашем кабинете мы одни будем. Но возразить не решилась, отпало всякое желание после увиденного. Пополам разрубит на раз-два. Нет, это все моя больная фантазия. Он же магистр, а я вроде как адептка, должна быть какая-то неприкосновенность.    Я поплелась следом за магистром, стараясь на умертвий не смотреть. Все-таки для меня это жутко. Люди, или не люди, погибли, а их в целях обучения используют. Не понять моему земному уму такую политику.    Магистр открыл неприметную дверь в конце зала, жестом приглашая войти. Потоптавшись в нерешительности, все же зашла в кабинет, магистр вошел следом, захлопывая дверь.    Кабинет магистра ничем не отличался от других. Черные стены, черный пол, мебель тоже вся мрачных тонов. На столе практически ничего нет, пара документов, книга, шкафы с разной литературой. Рядом со столом два мягких кресла, за столом большое учительское.    --Присаживайтесь, адептка Савелье. - Магистр сел за стол, указывая на кресла.    Честно сказать пыл к разговору поубавился. Что уж там, его вообще не было. Было желание отсрочить встречу с Витором, а, получается, нарвалась на разговор с Айнехом. Кабинет в конце зала, в коридорах Академии пусто, кричи - не кричи, все равно никто не услышит. Ладно хоть записку оставила, если что заберут мой хладный труп, не оставят врагам на поругание.    Что я несу? Какое поругание? Это все нервы, просто нервы и моя больная фантазия. Причем безнадежно больная.    --Адептка Савелье, с Вами все в порядке? - Учтиво поинтересовался магистр, видя мое замешательство, и вообще, у меня все эмоции обычно на лице написаны.    Я кивнула, села на кресло, отчего-то стало тесно, неуютно и некомфортно. Ощущение, словно кресло давит на меня подлокотниками, спинкой, и вообще, желает поглотить меня. Валерьянки бы мне, да побольше.    --Признаться, не ожидал Вас увидеть в столь ранний час. - Магистр расслабленно откинулся на спинку своего широкого кресла, легкая ухмылка нарисовалась на его лице.    Молчит, ждет, что я начну рассказ? Рассказ, что я не хочу видеть своего "жениха" не слишком подходящий, а ничего в голову не идет, учитывая предупреждение "Айнеху не вздумай врать".    --Я... Просто решила заглянуть в зал, а тут Вы. - Вроде, не соврала. Я ведь действительно не думала увидеть его здесь.    Магистр молча вглядывался в мое лицо, кивнул каким-то своим мыслям, и перевел разговор:    --Я увидел заинтересованность на Вашем лице, - нейтральное начало, магистр подался вперед, - что довольно странно. Мечи Вас всегда интересовали меньше всего.    Так они меня и не интересуют. Меня лязг металла никогда не привлекал.    --Меня заинтересовал далеко не меч. - Магистр изогнул бровь в немом вопросе. - Ваша техника боя.    Рискую, очень рискую. Ведь за два года Ирэне наверняка не раз видела магистра в деле. Но зато я не вру, говорю как есть.    Дедушка, спасибо ему, против воли родителей отдал меня на карате. Сэнсэи всегда двигались так, что мы все замирали в немом восторге. Но... они меркнут по сравнению с магистром. У него движения плавные, грациозные, а на карате резкие, отрывистые, в общем, не описать этого, пока сам не увидишь.    --Техника боя? - Переспросил магистр. Я заторможено кивнула. - Адептка Савелье, - насмешливым голосом начал магистр, - а чем Вы занимались два года, что учились здесь?    Так я и знала. Ну вот кто тебя, Лиса, за язык тянул? Зачем было говорить такие очевидно-глупые вещи? Хорошо, сказано - не врать, буду выкручиваться.    --А я не видела Ваши индивидуальные тренировки. - Очень надеюсь, что Ирэне их действительно не видела, и вообще, похоже, самое время культурно удалиться с глаз долой. Слишком много нестыковок получается, магистр все же не мальчик, просчитает и сделает верные выводы.    Магистр молча смотрел на меня изучающим взглядом, от которого мурашки по коже. Словно в самую душу заглядывает, рыщет, выискивает что-то. Будто цепляется за ниточку, а она в последний момент ускользает. А если не ускользнет? Так, нельзя этого допускать, срочно, срочно выкручивайся, Лиса!    --Магистр, Вы... - Ох, черт. - Вчера сказали, что это кольцо подвластно не только Витору, может Вы знаете кому еще?    Взгляд магистра не изменился, даже наоборот, более цепко начал всматриваться в мои глаза. Поспешно отвела их, все-таки я помню, глаза - зеркало души. Вдруг увидит чего.    --Предполагаю. - Пауза. - Не лучше ли Вам спросить об этом своего жениха?    А то он скажет. Хмыкнет и уйдет, или дверью хлопнет, в лучшем случае, но ответа не даст.    --Да, пожалуй Вы правы. Так я пойду? - Я с надеждой указала на дверь. Магистр сопроводил мой жест незаинтересованным взглядом и напомнил:    --Если мне не изменяет память, а она мне не изменяет, Вы обещали ответить на все мои вопросы. - И чего ж Вам память не изменила? Ну, хоть разок бы, для приличия, налево сходила! А вообще сама виновата, зачем было давать такие обещания подкрепленные эмоциями?    Молчит, задумчиво в лицо вглядывается и молчит. А мне страшно. Сейчас как спросит что-нибудь эдакое, так чтоб точно не отвертелась, и все! Тайна века раскрыта, а на чужой земле холмик с моим именем. Вот, опять больная фантазия разыгралась...    Я вот думаю... А что, если использовать этот разговор в свою пользу? От вопросов все равно не отвертеться, а так хоть выгода какая будет...    --Конечно, я помню, только предлагаю сделку. - Магистр бровь в немом вопросе заломил. - Я отвечаю на Ваши вопросы, а Вы на один... нет, на два - моих, только при этом сопутствующих и уточняющих вопросов задавать не будете, идет?    Айнех удовлетворенно хмыкнул, кивнул, а я вопросом озадачилась. Почему он так быстро согласился? Да еще с самодовольным выражением лица сидит теперь. Он что, ждал чего-то подобного? Хотя я не удивлюсь, если он предвидел подобный вариант. Как-то же он с легкостью прямо в цель попадает, в плане мыслей. Вчера вон как вечером все развернул.    И чего он молчит? Что ждет?    Стоило об этом подумать, как магистр спросил:    --Я внимательно слушаю Ваш рассказ о том, в связи с чем вчера пострадала Ваша губа?    Вот я знала, знала, что подобный вопрос будет. Его не могло не быть. Магистр так стремился узнать правду, только для чего это ему? Хочет официально сделать выговор Витору, за неподобающее поведение? Бред. Здесь не лицей послушниц, из-за разбитой губы поругания устраивать не будут. Тогда в чем причина?    --Мы немного повздорили с Витором, я упала, разбила губу. - Не соврала, ни в чем. Упала ведь я сама.    --Сами упали? - Я кивнула. - И не заметили, что губа разбита?    И зачем, спрашивается, так дотошно все выяснять? Нет, магистр, я, хоть убейте, не понимаю, с какой целью Вам нужны ответы на эти вопросы.    --Не заметила, эмоции захлестнули. - Все предельно честно. Помимо адской боли были и эмоции, так что это правда.    --Эмоции? - Кивнула. - Допустим. Тогда как Вы оказались в преподавательском коридоре?    --Я задумалась и не увидела, куда иду. - Тоже правда. Но мучает меня вопрос, зачем, магистр, Вам это надо?    --Задумались? - На автомате кивнула. - Хорошо, как объясните излишне нервозное состояние мистера Лассена?    Как? Он - псих. Вот и все объяснение.    --Повздорили, отсюда нервы. - Вообще бесился он исключительно из-за шкатулки. Из-за нее и повздорили, значит, не соврала.    --Значит, повздорили? - Кивнула. - Почему Вы не желали принимать шкатулку?    Допрос, самый настоящий допрос. Потому что не нужны мне от постороннего человека такие подарки. Неизвестно, что у него на уме. Скажет потому что-то типа "не бери в руки то, чьих свойств не знаешь" или что-нибудь подобное.    --Считаю, что для таких подарков нужен весомый повод. - Магистр хмыкнул.    --Чтобы порадовать любимую девушку - поводы не требуются.    Может и не требуются. Одно упущение - я не его любимая девушка. С "любимыми" себя так не ведут. Отсюда вывод - мне его преподношения с подтекстом "Я на тебя трачусь - значит, ты моя" не нужны.    --Это все, что Вы хотели узнать? - Магистр подался вперед, и самым серьезным тоном спросил:    --Мисс Савелье, Вы испытываете к Витору Гарье какие-либо чувства кроме ненависти?    Шок? Да, полнейший. Я ни за что не поверю, что магистр так "удачно" пальцем в небо ткнул. Не бывает таких совпадений, тем более что их в сумме более чем много. И как отвечать на этот вопрос?    Чувства, кроме ненависти... Кроме... Нет, ничего нет, абсолютно. Но я не могу Вам этого сказать, магистр.    --Мистер Айнех, я не понимаю, о чем Вы.    Проще дурочку включить, вряд ли поможет, но, а вдруг?    --Какая часть моего вопроса Вам непонятна?    Ну, если так ставить вопрос...    --Мне понятен Ваш вопрос, я не понимаю, о какой ненависти идет речь. - Магистр внимательно посмотрел в мои глаза, я стойко выдержала взгляд, после чего магистр откинулся на спинку кресла, и махнув рукой, небрежно бросил:    --Какие у Вас вопросы, адептка Савелье?    Вопросы... Вопросы важные, все важные, но надо выбрать два наиболее важных, а это сложно. Сложно, потому что для меня любая информация - клад.    --Мистер Айнех, скажите, что такое клятва рода и как можно разорвать помолвку, если невеста ее приняла? - После такого вопроса магистр, как магистр, по-любому должен все понять. Но мне важно знать ответы на эти вопросы.    Удивлен магистр был, не то слово. Но ведь уговор был уточняющих вопросов не задавать.    --Я не буду спрашивать, кто эта несчастная невеста, что решила разорвать помолвку после принятия клятвы рода, но ей придется хорошо постараться, и уговорить неугодного жениха забрать клятву и разорвать помолвку, иначе никак. - Тьма... Значит, Витор говорил правду... - Клятва рода, мисс Савелье, дается в одностороннем порядке жениха невесте. Как Вы наверняка уже поняли, - это не просто пара слов. Принимая клятву, невеста полностью становится, грубо говоря, "владением" будущего мужа, становится под защиту рода, и, - на этом моменте магистр подался вперед, и сочувствующим, как мне показалось, тоном, закончил, - не может магически воздействовать на жениха даже в предсмертной агонии.    Бездна! Знала я, что есть какая-то подстава с этой клятвой. Витор вообще не боится отпора, и не боится по понятным причинам. Я просто не могу ничего ему сделать! Даже если освою магию на приемлемом уровне.    --А жених? - Только и смогла спросить я. Уточнять, что именно хочу узнать, не стала, магистр и так все понял.    --А он в своем праве делать с невестой все, что ему угодно.    Что же у них здесь за средневековье? Женщина, получается, никто? Хочешь бей, хочешь убивай, ты в своем праве, так получается?    --И что, никак нельзя ее обойти? - В надежде спросила я, предполагая, что ответ будет не утешительный. Магистр только подтвердил это, покачав головой.    Вот теперь точно - попала. И кто меня за язык тянул говорить "Да, приняла"? Ведь насторожила ухмылка Витора, а все равно сказала. Поздно пить боржоми, когда печень уже села.    --Я могу идти?    Магистр молча на меня смотрел, а после сказал:    --Если нужна будет помощь - обращайтесь, мисс Савелье.    Я кивнула и покинула кабинет.    Так, что я имею? Кучу проблем и жениха садиста, который ко всему прочему является моим "владельцем". Я в заднице? Именно там. Как выбираться? Неизвестно. И что теперь, упасть на пол и биться в истерических конвульсиях? Не на ту напали. Как любит говорить мой дед "Еще повоюем".    В комнату я шла с одной единственной решительной мыслью: узнать, где библиотека. Надо наконец-то узнать, что это за мир такой и что в этом мире происходит. Может, узнаю чего интересного про Короля Форлыма, вряд ли, конечно, но надежда умирает последней.    Входя в комнату, я ожидала увидеть бодрствующую Малену, а обнаружила спящую красавицу, наполовину свесившуюся с кровати. Прости, подруга, но сон твой придется потревожить.    --Малена, подъем! - Подергав девушку за руку и не дождавшись никакой реакции, крикнула ей в ухо:    --Вставай!    Малена задергала головой и руками от резкого пробуждения, спровоцировав тем самым свое падение на пол. Выругалась, высказала "ласковую" тираду в мой адрес, привалившись спиной к кровати, подперла голову рукой и, закрывая глаза, поинтересовалась:    --И зачем ты меня разбудила? Выходной же... - И уже ворчливо добавила:    --Я, в отличие от некоторых, два дня не отдыхала, а училась в поте лица...    Такой отдых и врагу не пожелаю. Сначала страдать от жуткого похмелья, а потом отбиваться от бандитов, прямо райское удовольствие.    --Дело у меня, не терпящее отлагательств. - Я взяла со стола записку, оставленную ранее, и принялась со всей тщательностью рвать оную на кусочки. - Мне в библиотеку надо.    Малена встрепенулась, и удивленными глазами на меня уставилась:    --Какой уважающий себя адепт пойдет в библиотеку в выходной день?  &
Источник: http://samlib.ru/d/djoudi_l/obr.shtml



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Основы православной культуры полный текст учебника для 4 Русская проза конца хх века.


Больному юмор стих Читать онлайн - Аксенов Василий. Московская сага
Больному юмор стих Стихи о здоровье и здоровом образе жизни (зож)
Больному юмор стих Лика Верх. Академия темных. Игра на выживание
Больному юмор стих Данетки с ответами, Danetki s otvetami Danetki s otvetami
Больному юмор стих Умершему мужу Cтихи умершим
Больному юмор стих Детям это смотреть нельзя!
Больному юмор стих Коллекция С Старое Радио
60 классных идей по созданию собаки своими руками Викторины - 2017. Конкурсы на 7я.ру Главная Ассоциация СРО АПДВ Как поздравить психиатра с праздником День медика » Травмы Конкурсы ко Дню Матери Клуб Увлечённых Мам Конкурсы на свадьбу для жениха и невесты: смешные, веселые и прикольные Печать открыток в Москве Поздравление с днем свадьбы короткие Русские головные уборы: кокошник, кичка, шапка


ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ